Чтение онлайн

Поднявшись над селом метров на пятнадцать, Себастьян остановился в зарослях вереска и окинул взглядом открывшуюся панораму. Несколько десятков домишек и вагончиков-бытовок, стиснутые в замкнутом пространстве склонами кратерообразной каменной гряды, были ему хорошо знакомы. На протяжении многих лет он наблюдал за этим селом, подслушивал разговоры горцев и видел, как строили в свое время каждый домик, помнит, когда притащили из предгорья тот или иной вагончик. Вон, кирпичного цвета, стоящий несколько на отшибе – там живет приемный отец Саида, такой же старик, как и он сам.

Сейчас у деда гостят молодожены: сын Саида Аюб и его жена Айна.

Они недавно поднялись сюда из долины к старейшине рода, чтобы оказать знаки внимания и немного подбодрить старика.

Увлекшись созерцанием панорамы «родного» села, старый диверсант не сразу заметил, что обстановка несколько изменилась. Со стороны перевала показались три БТР-80 без опознавательных знаков. Они медленно и почти бесшумно, с интервалом в пятьдесят метров, спускались к селу со стороны границы.

Себастьян замер в недоумении и потащил из мешка бинокль. До сих пор никто так пристально не интересовался «его» селом. Были обстрелы, вороватые очереди в ночи, не причинявшие особого вреда, как и везде. В других местах случалось: налеты, бои местного значения, захваты территории. Но здесь? В этом труднодоступном и никому не нужном горном селе? Странно…

Между тем, миновав седловину, бронетранспортеры расположились треугольником – таким образом, что все постройки оказались в секторе обстрела.

Из люков сноровисто повыскакивали бородатые парни в разномастном камуфляже и рассыпались по окраине, оцепив село полукольцом, – было их человек тридцать.

Что-то знакомое всколыхнулось в памяти старого диверсанта. Что-то, давно ушедшее в небытие… Тактика действий карательных отрядов СС? Однако… В смекалке камуфляжным парням не откажешь. Дорога, ведущая из предгорья в село, размыта, помощь в кратчайшие сроки не ожидается – минимум два часа. Раннее утро, все отдыхают после ненастной бессонной ночи. В селе практически отсутствуют вооруженные мужчины – активное сопротивление исключено… Что же здесь будет? Неужели сейчас, спустя десятки лет, старый диверсант увидит миниатюрную модель грандиозных карательных операций прошедшей великой войны?!

Себастьян не испытывал предрасположения ни к одной из сторон. Они все были для него одинаковые – горцы, и только… Но удивительно и странно было наблюдать в этом тихом горном краю ТАКОЕ…

На поезд Иван чуть не опоздал. Нужно было забрать «дипломат» из камеры хранения, которую именно в этот момент закрыли в связи с поимкой какого-то бича. Бич спрятал от собратьев по ремеслу две бутылки водки в камеру хранения, здраво рассудив, что лучше потратить незначительную сумму, добытую попрошайничеством, нежели рисковать, таская с собой такое добро. Спрятать-то спрятал, а комбинацию цифр забыл – вот и получился маленький ажиотаж, весьма разнообразивший постные будни сотрудников ЛОМА…

Как обычно, поезд уходил в Москву полупустой. Иван оказался в купе один – попутчиков в ближайшие четыре часа не ожидалось. Он осмотрел апартаменты, достал из «дипломата» спортивный костюм, переоделся. Разложил на столе нехитрые пожитки, пересчитал наличность – вместе с деньгами Вовца получалось что-то около восьми тысяч.

– Да ты у нас буржуй, парень! – удивился Иван. Таких денег он отродясь в руках не держал. – Хорошо с мерзавцами работать. Вот только башку продырявили, а так ничего, можно…

Уставившись в окно, он некоторое время попереживал по поводу Андрея, но скорбь была недолгой. Сыщика он практически не знал – чужой человек.

Жалко, конечно, парня, но увы – на войне как на войне. Придет время, и Пульмана с Бабиновым постигнет сия печальная участь. А оно обязательно придет – Руслан свое дело туго знает, да и он, Иван, каким-то чудом ускользнул из рук горячо обожаемого «дядечки» без дополнительной процедуры стерилизации. Так что не стоит впадать в уныние. Интересно, а если бы Пульман с «дядей» удосужились на прощание убрать из его памяти все, что касалось их деятельности? Что тогда?

Хотя в принципе любой из них может подкараулить его где-нибудь и произнести код… Код. Из головы все не шел случай с забытым бичом кодом камеры хранения.

Бывает же так! Вот бы Пульман с «дядей» забыли его код! То-то была бы потеха.

Встречает его «дядя» посреди улицы и с ходу что-нибудь начинает буровить, типа:

«подшипник-котлета – эмм… ой, забыл дальше!» – а Иван обаятельно улыбается и со всей дури «дядечке» – бац! – по репе. Тот на карачки, а Иван пристраивается сзади и погнал пинками по улице, смачными такими, расшлепистыми, пока все мозги не вышибет через жопу. Красота!

Насладившись мысленной местью, он попытался представить себе, что сделали эти подонки с его мозгом. Как это так вообще получается – чтобы мозг мог функционировать в двух режимах? Ходит весь день нормальный человек, улыбается всем подряд, а вечером ему по телефону какой-то шизик пробормотал код и человек становится убийцей… Черт-те что и сбоку бантик!

Напрягшись, Иван постарался припомнить картинки и муляжи из курса школьной анатомии: мозг просто так, мозг в разрезе, строение коры и так далее.

Однако предательница память не желала восстанавливать фрагменты давно забытой школьной программы. Вместо этого она представила другую картину, восьмилетней давности, навечно впечатавшуюся в сознание и являющуюся порой в ночных кошмарах. Услужливо явила перед мысленным взором, расцветив богатыми красками, панорамно приблизив детали пейзажа…

Их высадили в седловине, укрытой с трех сторон пологими склонами чужих корявых кряжей. Иван, прапорщик-фельдшер и девять бойцов. Специальный расчет из 11 человек. Задание было несложное. Этой ночью в течение получаса застава внутренних войск, расположенная на границе двух республик, подвергалась обстрелу. До сего момента на данном участке границы происходили лишь мелкие стычки, не вызывавшие особых опасений у коменданта особого района. Однако по интенсивности ночного огневого контакта можно было предположить, что в налете участвовали как минимум полтора десятка хорошо вооруженных боевиков. Многовато для обычного ночного баловства.

Необходимо было выяснить, имеет ли место передислокация мобильного отряда, и если да – каковы его цели на данном участке, вооружение, численность и вообще… Что понимал под этим самым «вообще» начальник разведки особого района, можно было только догадываться. Но на инструктаже перед операциями это «вообще» всегда присутствовало. А ты понимай его как хочешь…

До заставы часа полтора карабкаться вдоль границы – ближе пилоты сесть отказались, сославшись на то, что десятикилометровый радиус находится в зоне возможных действий боевиков. Пешком дотопаете – рядышком тут! Разумеется, такое расстояние с неба кажется мизерным, но с летчиками не поспоришь – сказано высадить в квадрате 36-45, высадили. Попробуй, повозникай – в следующий раз вообще нарочно сядут на самом краю квадрата, по инструкции они правы, а тебе придется пилить пешедралом полдня…