Blood and Tears

В раздираемой межклановыми войнами Японии восемнадцатого века выживать было крайне тяжело, а у наемников работы всегда было в достатке.

Их было четверо - самых молодых и самых удачливых из них, связанных не просто нерушимыми клятвами, а теми искренними чувствами, что испытывали друг к другу, готовые снять с себя кожу друг ради друга, если потребуется, в случае, когда не останется уже и последней рубашки.

Один был высок, худощав и бледен, с косой густых черных волос, отливавших лиловым оттенком на солнце, и стальным блеском узких глаз - ловкий, быстрый, бесшумный и смертоносный.

Второй чаще играл роль странствующего монаха, был нескладен и долговяз, с непривычными темно-рыжими волосами и зелеными глазами необыкновенно чистого оттенка.

Но ещё более удивительными были глаза одной из двух девушек - небесно-голубые, что ярко выделялись на фоне светлой кожи лица в обрамлении остриженных до плеч угольно-черных волос. Это был как раз случай опасной красоты, знающей множество приёмов умерщвления - от легких и безболезненных, до страшных и мучительных, с одинаковым успехом и легкостью использовавшей и яд, и кинжал, и маленькие сюрюкены и дротики или губительную силу отточенного лезвия катаны.

Четвертая - тоже девушка - маленькая и хрупкая, как фарфоровая статуэтка, с длинными темно-каштановыми волосами и большими карими глазами, более преуспевшая в науке врачевания, чем убийства, не раз спасавшая жизни друзей при помощи своих знаний и мастерства.

Их звали Юто, Ори, Акеми и Марико...

...Она рубила направо и налево, оставляя за собой изуродованные трупы. Иногда вытирала с лица чью - то кровь и снова сеяла смерть коротким мечом. Её лицо выражало страдание, и она , кося орду, стонала сквозь зубы: "Варвары! Варвары!"

Вдруг краем глаза Акеми заметила мелькнувший в толпе неподалёку жёлтый плащ и вскрикнула:

– Ори! НЕТ!

У неё шумело в ушах, глаза застилала кровавая пелена, но она только ещё неистовее пробивалась к повозкам... На одной из них увозили Ори, раненного или мёртвого...

Где - то рядом всхлипнул Юто и упал с рассечённой грудью. Она даже не успела пробиться к нему - всё пространство между ними заполонили атакующие враги.

Девушка всё также размеренно рубила головы и конечности, вспарывала животы, рассекала вдоль и поперёк. Она уже почти ничего не видела и не понимала, но продолжала сражаться.

Последнее, что она услышала, был зов Мари, искавшей её - из последних сил попыталась ответить, но из горла вырвался только сип, ноги подкосились, и опустилась темнота и тишина.

Очнулась она от стука колёс и толчков на неровной дороге. Её везли в кибитке, очень грязной и вонючей, с голым полом и несколькими крюками. Из щелей не пробивалось ни лучика света, и поэтому решила, что стояла ночь.

Ещё плохо соображая, она попыталась освободиться и ощутила острую боль в левом боку. Руки и ноги были стянуты кожаными ремнями и привязаны к крюкам. Со стороны донёсся хриплый стон Юто.

"Значит он жив!"- обрадовалась Мико и тихонько позвала его. Не получив ответа, она изо всех сил дёрнула крюк, к которому были привязаны её руки, и вырвала его! Правда, освободившись, едва не потеряла сознание от боли.

Схватившись рукой за бок , она с удивлением нащупала рукоятку ножа. Выдернув его из раны и поднеся к глазам, она удивилась ещё больше.

"Это ведь нож Юто! Как он сюда попал?!..." и, спохватившись, разрезала ремни на ногах и те, что стягивали друга. Он на секунду пришёл в сознание, осмотрелся беспомощно и снова закрыл глаза.

На рассвете, проснувшись, она сначала занялась раной Юто, потом скинула кимоно и вдоволь наплескалась в ледяной воде, даже поймала нескольких рыбёшек.

Когда парень открыл глаза, она улыбнулась и сказала:

– Я поймала немного рыбы - тебе нужно поесть...

Пока он ел, Мико смотрела на воду, сидя спиной к нему. Ни один из них за всё время не проронил ни слова.

Наконец, девушка повернулась к нему и попросила:

– Юто... Сыграй мне...

Он достал флейту и заиграл тихую и грустную мелодию - Акеми подпевала ему, но внезапно заплакала и отвернулась...

– Что-то не так , Ми?

Она резко повернулась и огрызнулась:

– Всё не так, с тех пор, как мы ввязались в эту свару!

Флегматичный и, как всегда, спокойный юноша спросил, пожёвывая травинку:

– Ты знаешь, что нужно делать? Или куда нам отправляться? Не грусти, а лучше придумай что-нибудь!

– Я уже ничего не знаю! Сначала нужно найти Мари и Ори! Но, куда идти? Где мы вообще? Ты говори, ты же ветер! Такой умный, тогда скажи, в какую сторону идти?! На север? На юг? На запад? На восток? Или придумаем пятую сторону?

– Не кричи на меня!
– заорал Юто и размахнулся, чтобы ударить её, но вскрикнул от боли и повалился на землю.

– Осторожнее! Постарайся не двигаться , рана может открыться и тогда начнётся кровотечение...

Парень лежал на спине и смотрел в небо. Когда боль немного утихла, закрыл глаза и произнёс:

– Мико, мы должны поддерживать друг друга, а не грызться... Я согласен, что нужно, прежде всего, найти друзей - Он помолчал, теребя шнурочки на шее, потом улыбнулся - Мари - прекрасная девушка, если бы у меня было побольше времени, я бы женился на ней... А Ори , конечно, воин никудышний , но человек терпимый... Эй, что ты делаешь? Прекрати! Не надо!
– Мико, смеясь, брызгала ему в лицо холодной водой. Вдруг подбежала, наклонилась и нежно поцеловала в губы.