Чтение онлайн

 Было видно, как не на шутку разволновался Шо. Пытаясь скрыть эмоции, он то и дело затягивался сигаретой, вызывая в своем организме нестерпимые приступы душащего кашля.

 - Да, как ученый, ты неплох, – откашлявшись в очередной раз, продолжил исповедалец. – И даже, в кое-каких местах, мне симпатичен. Сложно представить, да? Сложно, если вспомнить тот факт, что после нашей с тобой размолвки и моего изгнания… Да, изгнания! …меня, почему-то, в спешном порядке выкидывают из рядов Верховной Академии! А после, и вовсе, Совет Инспекторов решает исключить мое имя из скрижалей легальной науки навечно! То есть, меня сейчас нет! Как ученого, как светской личности! Это все твои происки! – пригрозил дрожащим пальцем Шо. – И скудоумие близоруких инспекторов, твоих дружков! Как?! Как пьянчужки из какого-то замшелого трактира под лучезарной вывеской «Верховная Академия» могли вот так просто поломать судьбу не последнего в Агории исследователя? Но ничего, я и до них доберусь! Они! И ты тоже! Вы все – книжные черви, заставили меня корчиться в конвульсиях безысходности! Меня! Вкушавшего науку, как нектар! Так что, мой милый друг, всю ответственность за свои чудовищные эксперименты, я возлагаю на тебя и тупиц из Академии!

 Боб открыл рот, но Шо яростно остановил его:

 - Молчи! Иначе я за тебя исполню волю и сам спущу курок нейтрализатора, направленного в мою голову! Тогда ты точно не услышишь самого главного! Самого!

 Боб опустил нейтрализатор, и, на всякий случай, перевел его в режим шумовой завесы.

 - Вот это ты правильно сделал, – скривился Шо, изображая улыбку. – В Агории только и разговоров о тотальном разоружении. Должен же кто-нибудь начать, ха-ха-ха! Ну, надо же, мне полегчало! Вот видишь, как порой полезно, говорить врагу все, что ты о нем думаешь.

 - Просто мое дуло перестало щекотать твою бровь, трус, – не выдержал академик.

 - Предупреждение номер раз! – взлетел в воздух указательный палец Шо. – Договаривались же, что говорю только я.

 Лишь затянувшись новой сигаретой, Шо продолжил:

 - Когда я узнал, что моя работа по созданию эволюционирующей биомассы продолжает жить в стенах твоего испытариума, я умер… Зачем ты это сделал?.. Мы же договаривались…

 Он покопался в карманах и выудил на свет миниатюрный футляр:

 - Узнаешь?

 Боб лишь понуро опустил глаза.

 - Что я вижу? – делано удивился Шо. – Наше светило зарделось багрянцем раскаяния? Как это мило! Невинная стыдливость испуганной лани! Сколько грации в одном только взмахе ресниц!

 - Прекрати паясничать!

 - Второе замечание, – Шо предупреждающе поднес указательный палец к своим губам.

 Опальный ученый открыл футляр и бережно извлек из него лист бумаги. Развернув его, он зачитал:

 - «Мы, подписавшиеся, данным письменным соглашением подтверждаем тот факт, что с момента скрепления подписями этого документа, прекращаем исследовательскую деятельность над проектом, под рабочим названием «Разумная масса». Соглашение обоюдно и оспариванию не подлежит. С настоящего момента каждый ученый продолжает сольную карьеру. Проект «Разумная масса» считается замороженным до неопределенного времени. Все разработки принадлежат тандему Шо-Боб и не могут использоваться учеными в своих самостоятельных изысканиях». Помнишь эту бумаженцию, Боб? Не соглашение, а песня! Ну, признай, грех было нарушать такую идиллию!

 - Я был зол на тебя…

 Шо ухмыльнулся:

 - И что? Ты был зол, и поэтому решил, что можно подленько расконсервировать базу знаний и залезть туда своим рылом? Я не могу иначе охарактеризовать данный поступок, потому, что воспитанные джентльмены лишь от одной мысли о подобном преступлении лезут в петлю!

 - Ты же догадываешься, для чего мне нужны были эти архивы, – попытался оправдаться Боб. – К тому же, в то время я здорово прикладывался к пробиркам – пил, все, что вызывало галлюцинации… В общем, я слабо контролировал свои действия…

 - Нет, я не догадываюсь, Боб, для чего тебе понадобилась именно моя часть общего архива проекта. Просвети меня! – настаивал Шо на публичном признании.

 - Я… - хрипло начал Боб. – Я… Мне нужна была замена сбежавшей к тебе Стер… Я решил, что смогу создать ее клон.

 - Хорошо, ты его создал! Ты породил свою ненаглядную. Но почему после нее стало расти поголовье людей?! Один, второй! Миллион! Миллиард! И поехало! Тебе – испытариум и почетную степень академика, людишкам – субстрат! А что же Шо?

 - Прошу, прекрати, – попросил Боб.

 - А Шо нужно стереть! – уже не слышал ничего вокруг, кроме своей обиды изгнанник.
– Чтобы не всплыл со своим футляром! Так, Боб? Ради своей ненормальной увлеченности смазливыми дамочками ты предал идеалы! Но я верну все на свои места! Сделаю так, как-будто и не было твоего первого клона, не было людей, твоего НИИ и твоих незаслуженных заслуг! Я сотру их! Как ты когда-то стер меня!

 - Все можно восстановить, – робко начал Боб, хотя даже он сейчас не верил в свои слова.

 - Поздно, – горько прищурился Шо. – Если бы не твоя слабохарактерность, то я сейчас занимался бы межпланетной селекцией. Ну, нравится она мне! Видно, не судьба… Теперь я – злодей, – развел руками Шо. – И знаешь, мне кажется, это нравится все больше и больше. Ну, вот, думаю на этой лирической ноте, исповедь может быть завершена! А теперь мне просто не терпится вытащить из тебя код к Вратам Агории.

 Боб тут же схватился за нейтрализатор и щелкнул переключателем, переводя тот в режим уничтожения:

 - Боюсь, я слишком стар для твоих экспериментов.

 Шо кивнул куда-то за спину академику:

 - Неужели мне начинать с молодежи?

 Почувствовав неладное, Боб резко обернулся и остолбенел. Под охраной трех десятков стражей, в залу входили связанные члены экспедиции. Все! Присутствовал даже Серафим! Рты пленников были плотно заткнуты кляпами.

 Шо проворно кинулся к Бобу и выхватил оружие.

 - Так-то лучше!

 Подоспевшие уродцы заломили руки академика за спину и затянули их крепкой веревкой на «вечный» узел.

 Шо со вновь вернувшейся вальяжностью прошествовал к агорианцам. Он подошел к Катарине и схватил ее пальцами за обе щеки, сильно их сдавив:

 - Великолепная агорианская особь! Она будет гармонично смотреться в чаше моего миксера. Правда, ненадолго. Все великолепие пропадет, лишь только моя машина начнет работать.

 Академик побледнел, но остался нем – он не хотел выдавать дочь. Мало ли какие сумасшедшие планы у безумца Шо на его родственников?

 - Знаешь, как они здесь оказались? – отец всея дженейров указал на пленных.
– Банальная жажда жизни.