Чтение онлайн

Вопрос был, что и говорить, своевременным. Я довел до ее сведения, что состояние моей одежды меня волнует куда меньше, чем сохранность всего остального.

— Сейчас, милый! Ты так пострадал! Мы вытащили тебя из бушующих вод, и ты походил на морской огурец… — Гермиона простерла надо мной руки.

— Морской огурец?

— Да. На который наступили. Их часто выбрасывает на пляж, и дети забавляются тем, что…

— Оставь подробности, — прохрипел я и тут же получил заряд ободряющей магии, от которого мои глаза чуть не выскочили из орбит.

— Сил у меня не так много, — сказала сестрица, — но это поможет тебе немножко прийти в себя.

С ее помощью я принял сидячее положение и огляделся. Чувствовал я себя бодрее, это безусловно, и ребра, кажется были целыми. По какой-то таинственной причине мои кости не пострадали.

— Значит, мы находимся в руинах древней расы?

— Так гласит официальная версия, — кивнула Гермиона.

— Вот, оказывается, откуда мы произошли.

— Ну твердых доказательств нет, — замялся скромняга Сляден. — Если бы у меня было время и возможности, я бы написал диссертацию…

— С этим обождем. Сначала надо решить, что делать дальше. Тут возникают трудности. Мы потеряли весь скарб, кроме этой отвратительной книги. В число наших потерь также входят Тристан и Леопольд. Ума не приложу, куда они могли подеваться.

— Это плохая новость, — сказал я, — Из разряда тех, что бьют прямо в печень.

Волшебница согласилась. Жажда приключений еще горела в ее глазах, но была не столь яркой, как раньше. Уже не солнце, а далекие газовые фонари в мигонском тумане. Тяжелые испытания все-таки просверлили несколько отверстий в Гермионовой броне, и это факт.

— Предлагаю эмигрировать, — сказал я.

— Куда?

— Выберем какое-нибудь дальнее измерение, поселимся в сельской местности и будем разводить круглобоких коров и веселых барашков.

— Зачем?

— Так мы избежим неприятных последствий. Нам влетит от Вольфрама за потерю внука и недобытие Жаворонка. А герцог? Разве не спустит он с нас три шкуры, когда узнает, что его любимый сын сгинул в неизвестности? Спустит. А моя родительница? Ты знаешь свою тетку, мою мать. И другую тетку знаешь — Шеневьеру. Не говоря уже о твоей собственной мамаше, Зелии. Мне не хочется лицезреть, как вся вышеупомянутая братия приближается к нам с дубинками в руках, чтобы как следует отдубасить.

Гермиона помотала головой. Мой сумбурный, пропитанный паникой монолог ей не понравился. Упрямство в ее душе пробудилось от спячки и встало в полный рост.

— Браул, я не собираюсь бегать и прятать голову в песок! Да и какая из меня пастушка?

— Но ты же никогда не пробовала. Я стану охотиться, а ты — ходить к колодцу босиком по утренней росе…

— По-моему, он сошел с ума, — сказал Сляден, обнимающийся со своей книгой в трех метрах от меня.

— Не обращайте внимания, — сказала юная волшебница. — С ним часто такое бывает. Я это называю синдромом цыплячьей души.

— Никогда о таком не слышал, — заметил я.

— Твое счастье. Выражаясь по-научному, ты просто струсил.

— Я?

— Ты! — Гермиона стиснула мою руку. — Отставить пораженческие настроения, иначе будешь… Что там делают с такими типами по закону военного времени? — спросила она у Слядена.

— Хм… Вешают?

— Расстреливают? — подсказал я.

— Четвертуют! — прорычала девица.

— Нет, нет, нет! Повешение! — с убежденностью заспорил я. — Рядовым выдают веревку с мылом, а офицерам, так как они рангом выше, предоставляют возможность быть утыканными арбалетными болтами! Я в книжке читал!

Гермиона надулась, точно мопс, объевшийся овсянки.

— Постойте, господа волшебники, — влез в нашу дискуссию Неистовый Странник. — Предлагаю не терять понапрасну время и силы. Все равно у нас нет ни топора, ни веревки с мылом, ни арбалетов. Лучше подведем итоги и подумаем, какие шаги предпринять.

— Логично, — ответил я. — Гермиона, слушай умудренного опытом человека. Кхррыы…

— Что? — Девица вытаращила глаза.

— Что?

— Ты сказал… Кхррыы…

— Не говорил!

— Господа! — взмолился Сляден. — Давайте уже что-нибудь сделаем! Лично я просто не могу здесь долго находиться. У меня начинается нервная почесуха!

Чародей подполз к нам и воззрился на каждого с такой пронзительностью, словно он гипнотизер в передвижном цирке. Взгляд, направленный в мою сторону, был к тому же подозрительным и испуганным.

Мало что понимая, я сидел и пускал слюни. Внезапно меня посетило странное желание: побегать по кругу и верещать, подобно четырехлетнему ребенку.

— Итак. Мы во дворце, — сказал Сляден, примеряя маску председателя. — Браул, вы слышали наш разговор с госпожой Скоппендэйл в той части, которая касалась портала?..

— Слышал.

— Хорошо. Значит, снова объяснять не нужно. Идти пешком до замка Жаворонка долго и опасно. Для этого нам снова придется прокладывать маршрут через лес, в котором властвуют крэндели…

— Кстати, откуда они взялись? — спросила волшебница. — Почему у Трехо Альманзора об этом ни слова нет?

— Альманзор, как вы уже поняли, просто дилетант, — отозвался Исирод. — Уверен, что сам он тут никогда не был. Но речь не о нем. Лично я считаю, что крэндели… как бы это выразиться… потомки тех, кто ушел отсюда несметные эоны назад.

— Потомки? Выходит, мы происходим от этих собакомордых? — спросил я.

— Нет. Крэндели — некая выродившаяся и одичавшая ветвь древней расы. Возможно, они получились в результате непродуманных магических опытов и были изгнаны из лона своего народа. А когда все отсюда ушли, их оставили. Бедняги вынуждены были жить собственной жизнью, без всякого надзора, и неудивительно, что у них укоренилась привычка употреблять людей в пищу. Такова моя теория. Магическое происхождение крэнделей косвенно подтверждается их неспособностью покинуть Лес Миллиона Костей и входить в пределы развалин дворца, где мы сейчас находимся. Речь идет, вероятно, о запретах, наложенных сильными чарами, которые до сих пор держат дикарей в определенных рамках.