Чтение онлайн

Зал был круглый, как таблетка. Такая форма подходит, если кто-то хочет построить не просто помещение, а место, где можно заниматься магией. В частности, здесь было очень удобно разместить в центре каменное возвышение типа алтаря, что неведомый строитель и сделал. А еще, не мудрствуя лукаво, он покрыл возвышение магическими петроглифами, необходимыми для установки и закрепления стационарного портала, и воткнул на равных расстояниях друг от друга бронзовые светильники. Сейчас они, правда, больше походили на чахлые зеленые кактусы, но когда-то их можно было использовать по назначению.

— И тут следы, — заметила Гермиона.

Я посмотрел, а затем опустил нос к полу, где на слое пыли отпечатались копыта и гаргульина лапа. Запах был узнаваем. Я мог точно сказать, что на восьми конечностях передвигался именно мой друг детства. Насчет Тристана тоже ни малейшего сомнения.

— Куда же они подевались? — спросила Гермиона, — Здесь нет другого выхода?

— Нет, — ответил Сляден, пробираясь к алтарю. — И я подозреваю самое…

— Худшее? — Я добрался до цели первым, гордясь тем, что смог учуять запах пропавших. — Мы не можем этого знать. Факты говорят лишь о том, что Леопольд и Тристан уже давно тю-тю.

— Что значит — тю-тю? — побледнела волшебница.

Свою прежнюю умственную кондицию она еще явно не восстановила.

— Все объяснит эта записка, — сказал я и указал лапой на кусочек бумажки, лежащий в центре возвышения, как раз в том месте, где следы восьминогого непарнокопытного обрывались.

Гермиона опередила Слядена — вот что значит молодые ноги! — и схватила находку.

— «Мы переносимся в замок Жаворонка, — прочла она вслух. — Хотели подождать, но вы слишком долго приходите в себя. Ждем вас на огонек. Тристан и Леопольд». О! Это просто кошмар!

Сляден подошел и сунул нос в записку.

— Кошмар, вы правы! У современной молодежи очень хромает правильнописание. Гляньте. «Пиреносимся». И слово «замок», насколько я знаю, пишется через «а», а не через «ы». А тут! «Аганек»…

— Да нет же!

— Надо писать «огонек»! — свирепо заметил коротышка.

— Вас волнует исключительно это? — зарычала Гермиона. — Очнитесь! Они воспользовались порталом и улетели!

— Не подлежит сомнению, я это уже понял.

Девица раздула ноздри, как умеет делать только она. В ее глазах я увидел нечто, напоминающее жажду убийства.

— Каким-то образом им удалось активировать портал, и они ускользнули из наших когтей, — подытожил я. — Ничуть не удивительно. Уверен, этот проект был задуман и воплощен именно Тристаном. У Леопольда просто бы не хватило мозгового вещества.

— Но как они узнали? — недоумевала Гермиона, размахивая запиской, словно веером.

— Это покрыто мраком, — ответил Сляден, прогуливаясь по каменному возвышению. Чародей вел собственное расследование, пытаясь определить суть манипуляций, предпринятых Тристаном.

— А если они попали не туда, куда нужно? — спросила, холодея, Гермиона.

— А если туда? — вставил я свой вопрос.

— В каком смысле? — повернул ко мне голову Сляден.

— В таком, что мы до сих пор не имеем представления, что такое Замок-на-горе, где живет Жаворонок. И что это за птичка. Может быть, она похожа на животное, от которого получила свое прилагательное! Может, в пасти у Жаворонка пять сотен острейших зубов, а в грудной клетке спрятано злобное сердце! Вы нам ничего не рассказываете, Сляден, а это есть нарушение ранее достигнутых соглашений.

— Да! — поддержала меня сестрица. — Что, если этот ваш Жаворонок уже доедает жениха моей подруги и выковыривает останки Тристана из щелей между зубами?

— Что вы! Не может такого быть! — возмутился отшельник. — Перестаньте нести чепуху! Какие зубы? Кого доедает?

— Повторить? — шикнула Гермиона.

— Послушайте, Жаворонок — никакое не чудовище, а просто птичка, маленькая такая волшебная птичка. Не его вина, что он расцветкой напоминает тигра. Насчет замка же я могу сказать одно-единственное: это просто замок. Правда, он сохранился гораздо лучше, чем этот дворец.

— Исчерпывающий ответ. Я запомню. А теперь я намерена сделать то же самое, что сделали эти двое. Мне вся эта канитель надоела. Я хочу поесть, принять ванну и переодеться, и чем раньше я повергну зло, тем быстрее попаду домой.

— Твоя матушка и тетушка, должно быть, уже роют землю копытом и взирают на окружающее налитыми кровью глазами, — сказал я.

— Этого я и боюсь. По их представлениям — если, конечно, до них дойдет, что я не у загородной подруги и не развлекаю Тристана на каруселях, — я совершила ужасный проступок. Сбежала. Шеневьера все время говорит, что я со своими взглядами вполне могу это сделать и с мужчиной… Она просто старая дура!

Я был совершенно согласен.

— Слушай, дорогая, до каких пор они будут надзирать за тобой? Не пора ли тебе взбунтоваться?

— Еще не время, — ответила Гермиона, кусая губу.

Я покосился на Слядена, увлеченно ползающего на четвереньках по каменному возвышению. Чародей что-то бормотал, как любят делать многие представители нашей профессии и чем, признаюсь, иногда грешу я сам.

Что пытался найти на грязном камне Исирод, было непонятно.

— Значит, нам надо как можно быстрее сокрушить твердыню зла, — сказал я.

— Ага, понял наконец! — воскликнула Гермиона, запустив пальцы в мою шерсть.

— Но я не возражал. И потом, если Зелия и Шеневьера начнут тебя искать, они рано или поздно, пропесочив всех твоих подруг и приготовив из них пару тонн фарша, придут ко мне домой. Представь, что будет! Они поймут, что ты сбежала со мной, хотя и в другом смысле, да еще в другое измерение! Селина, наивная душа, не посвященная во все тонкости моей жизни, конечно, сразу же откроет чародейкам тайну. И…

Мы и раньше предполагали, что наши подвиги могут всколыхнуть могущественные силы в лице наших родственниц, но сейчас это предположение обрело плоть и кровь и медленно перерастало в угрозу. Не надо было обзаводиться подзорной трубой, чтобы увидеть висящие над нашими макушками дамокловы мечи.