Чтение онлайн

Подруга нехотя перевела цепкий взгляд на светлое лицо взволнованной блондинки.

— К нам идет моя мать, — шепнула София. Кам проследила за её взглядом и убедилась в правдивости данного наблюдения.

— Ох, ладно. Ещё один поклонник, — отмахнулась Камалия, поняв причину внезапного беспокойства, — Куда интереснее Кристофа.

— Я не готова к очередной партии игры в любезности, — с чувством призналась София.

— Хорошо, спасайся бегством, — не скрывая хищной улыбки, бросила Камалия, — Я обо всем позабочусь.

Уже через пару мгновений юная рэи'Бри оказалась в безопасности, с тех пор и до самого вечера Софи старательно избегала бдительного взгляда матери, то скрываясь на одном из балконов, то сбегая в сад или к игорным столам, за которыми восседали почтенные женатые илле, не заинтересованные ни в чем, кроме карт. С ними Софи вела успешные беседы о политике, стараясь больше слушать, нежели говорить. В итоге, порядком устав от сигарного дыма и громкого пьяного смеха грузных седовласых мужчин, девушка спряталась в каменной клетке северного балкона, не популярного среди гостей и оттого ещё более ценного в качестве укрытия.

К десяти часам нижний сад затопили серые сумерки и влажная июльская духота. София любовалась открывшимся видом, едва различая темные фигуры гостей, намеренно заплутавших среди высоких деревьев.

— Не пристало высокородной илле разгуливать в одиночку, да ещё так поздно, — заметил Даниэль сэу'Верли, нарушая вечернюю тишину. Его благородие и её светлость уже были представлены друг другу чуть ранее, когда мужчина вел степенную беседу с одним из многочисленных игроков в карты.

— Мне нравится спокойствие этих мест, — пожала плечами Софи, не отводя взгляда от мягких очертаний деревьев и кустов, занимающих всё пространство под высоким балконом.

— Вы что же, совсем ничего не боитесь?

— Я волнуюсь, когда есть основания для разумных опасений, но не теперь. Мы в доме моего отца, а за стеной пьют и танцуют аристократы.

— Полагаете, высокое происхождение гостей гарантирует безопасность? Всякий может воспользоваться вашим уединением.

— Считается, будто все они люди чести. К тому же, я не одна, со мной вы.

— Как я и сказал, пользуюсь тем, что илле разгуливает без сопровождения.

— Так ли это важно? — отмахнулась София, выводя невидимые узоры на сером камне балюстрады, — Такая ночь. Жаль лето не может длиться вечно.

— Однообразие быстро наскучит.

— Вы часто бываете в других странах, верно, бывали и там, где всегда тепло, — задумчиво обронила Софи, — Вам, конечно, виднее.

— Сам я больше люблю осень, — признался мужчина, опершись ладонями о холодный камень, — Так и происходят светские беседы?

София улыбнулась, дав собеседнику разглядеть свое лицо.

— Признаться честно, я небольшой знаток.

— Что же, вы редко выходите в свет?

— Отнюдь. Мои родители любят приемы. Но к вечеру, когда и принято заводить беседы, я, как правило, ускользаю.

— Как теперь.

— Как теперь, — кивнула Софи,

— А как же общество, наряды, поклонники, в конце концов? Ведь вы, как мне известно, девушка на выданье.

София нервно дернула плечиком и, не удостоив собеседника ответом, неторопливо прошлась вдоль балкона, окруженная едва различимым шорохом множества юбок.

— Сожалею, если обидел вас, — извинился его благородие, не сводя глаз с тонкой фигурки, замершей в дюжине шагов от него.

— Вы говорите, как моя мать и считаете, как считают лау, в этом нет ничего удивительного или обидного.

— Не думаю. Вы привыкли, но не смирились. Неужели вам совсем не нужен муж?

— А вам нужна жена?

Даниэль коротко рассмеялся. В полуночной мути его радость казалась преждевременной и неуместной.

— Вот видите, даже вам смешно, — с досадой заключила София.

— Меня развеселило не таинство брака, а ваше суждение о нем, — признался мужчина. Его высокая фигура отделилась от камня, Даниэль предпринял попытку приблизиться, но остановился в паре шагов от цели. На его загорелое лицо падали острые тени квадратных колонн, каштановые волосы казались черными и, лишенные движения из-за отсутствия даже легкого ветерка, виделись застывшими, будто смола. Близость Даниэля заставила Софию поднять подбородок, чтобы с достоинством встретить его прямой насмешливый взгляд.

— Что не так с моим суждением? Я уважаю традицию создавать семьи, но не стремлюсь сменить одну тюрьму на другую.

— Да, я слышал, что младшая дочь Руфуса при всей своей внешней нежности невероятно любопытна и отличается резкостью суждений.

— Значит, обо мне говорят, — спокойно заключила Софи.

— Говорят.

— Много?

Его благородие улыбнулся.

— Как о любой богатой наследнице.

Молодые люди помолчали. София смерила собеседника холодным взглядом и отвернулась к ночному саду.

— Выходит, вы знакомый моего отца? — уточнила она, желая прервать напряженное молчание.

— Сблизились по долгу службы.

— И теперь вы прибыли к нам ради сомнительного удовольствия торчать на балконе?

— А вы и, правда, крайне любопытны. И резки.

— Вы, похоже, совсем ничего не смыслите в крайностях.

— Ровно, как и вы ничего не смыслите в людях, — ровным тоном парировал Даниэль.

— Вполне может быть, — безразлично пожимая плечами, согласилась София, — Ваше замечание напомнило мне о приличиях. Мы недостаточно долго знакомы для свободного общения наедине, так что прошу меня извинить.

— Как вам будет угодно, — Даниэль отвесил церемонный поклон и проводил девушку до дверей в ярко освещенный зал, полный музыки и голосов, — И всё же ваша компания пришлась мне очень кстати.

Софи поощрительно улыбнулась, стараясь скрыть неестественность данного жеста.

Окружавшие их аристократы наслаждались обществом друг друга, крепким вином и вольными ночными танцами, на этот раз София не без удовольствия влилась в общее веселье. Его благородие последовал её примеру, мгновенно утонув в толпе смеющейся молодежи.