Чтение онлайн

— Ничего, хорошая трепка будет тебе полезна. — расплылась та в улыбке. — Сейчас тебе надает по твоей глупой головешке Мира, а потом еще и Эльза добавит. И будут правы!

— И что на сей раз? — осмотрев Виктора с головы до ног, уточнила у подруги Мира.

— Куча синяков, ссадин, возможно несколько трещин в костях и сильное сотрясение мозга. Я ничего не упустила, Виктор!? — лучась довольством, уточнила у него Кана.

— Ничего. — передразнил ее Виктор и под не предвещавшим ничего хорошего взглядом Миры опустился на ближайшую лавку, поскольку ноги стали уже предательски подрагивать — за почти сутки проведенные в поезде его изрядно растрясло и слабость наряду с головокружением вновь начали накатывать с новой силой.

Уже собираясь устроить Виктору показательную "публичную порку", Мира заметила выступившие у того на лбу и висках капельки пота и вместо гневной тирады промокнула их платком, после чего принялась гладить его по голове.

— Бедненький мой. Все-то тебя норовят обидеть.

— Да. — обиженно шмыгнул носом Виктор и показал язык сдавшей его с потрохами Кане.

— Ну ничего. Сейчас мы отправимся домой, и ты приляжешь в кроватку. — все так же нежно поглаживая его по голове, продолжила Мира. — И не встанешь из нее неделю! Минимум! — сказала, как припечатала, она, внезапно сменив любовно-заботливый тон на командный. — Эльфман, Макао, аккуратно берите это чудо под руки и тащите в наш дом.

— Может, лучше ко мне? — попытался вставить пару слов Виктор.

— Нет! До твоего дома добираться слишком долго! Полежишь у нас. Заодно и присматривать за тобой будет легче.

— Слушаюсь и повинуюсь. — тяжело вздохнул Виктор. — Но только если Кана испечет мне ванильный кекс! — та уже пару лет не баловала его своей выпечкой и на все тонкие и толстые намеки, лишь язвила в ответ. Теперь же появился шанс немного отомстить.

— Кана. Кекс! — коротко бросила в сторону подруги Мира, и та не нашла в себе силы дать очередной отказ — тон, которым была произнесена эта короткая фраза, явно не подразумевал какого-либо отрицательного ответа.

— Да, Кана! Кекс! — не смог удержаться расплывшийся в ехидной улыбке Виктор, которая стала еще шире, стоило ему оценить ту гамму чувств и эмоций, что отразились на лице старой подруги.

Поддерживаемый с двух сторон, Виктор уже через десять минут оказался в доме Штраусов, где и был уложен в кровать Миры. На робкие попытки Эльфмана предложить разместить Виктора в его комнате, последовал незамедлительный короткий рык старшей сестры, так что более никаких возражений или предложений не последовало. Стоило Виктору положить голову на подушку, он, как и два дня назад, мгновенно отрубился и проспал мертвым сном до следующего утра.

Проснувшись утром, Виктор первым делом подумал, что это все еще сон, поскольку в кровати он лежал отнюдь не один — их на небольшой кровати уместилось ТРОЕ! Справа, посапывая ему в плечо, лежала Мира — и это было понятно и приятно, а вот слева, зеркально уткнувшись ему личиком в плечо, спала Кана, что было тоже весьма приятно, но одновременно жутко страшно. Представив себе в красках, что может произойти, если проснувшаяся Мира обнаружит у него под боком пробравшуюся сюда неведомым образом Кану, Виктор нервно сглотнул, поскольку поделать что-либо еще он попросту не мог — обе руки находились в надежных захватах девушек. Единственным положительным моментом, который он смог отметить, было то, что обе спасли в верхней одежде, а значит шансы на выживание у него еще оставались.

— Вот это я попал. — едва слышно пробормотал Виктор.

— Ты даже не представляешь насколько. — не открывая глаз, произнесла Мира и принялась поудобнее устраиваться у него под боком. — Вскружил бедной невинной девушке голову и в кусты? Мерзавец!

— Да! Мерзавец! — раздалось с противоположной стороны и там тоже началось движение направленное на куда более комфортное размещение. — Поматросил и бросил!

— А ведь как маскировался столько лет! Добрый, любящий, заботливый. Кто бы мог подумать, что под всем этим лоском скрывается самый обычный похотливый котяра!

— Точно, точно! Похотливый! — поддакнула Кана и посильнее прижалась к руке Виктора, позволяя тому прочувствовать каждый квадратный миллиметр двух упругих холмов, что уперлись в его тело.

— Сговорились, да? — усмехнулся Виктор и повернувшись вправо, встретился с озорным взглядом Миры, — Нашли раненого и обессиленного парня и давай издеваться!? Так вот вы какие на самом деле! Каким же слепцом я был все эти годы, считая вас чистыми душой и телом ангелами во плоти!

— Переигрываешь! — ткнув кулачком в бок, насупилась Мира, но будучи притянутой Виктором и получив поцелуй, мгновенно сменила гнев на милость.

— И до чего же вы договорились над моим обессиленным и бесчувственным телом? — вернув Миру обратно к себе под бок, повернулся он к уткнувшейся в подушку Кане, которой было больно смотреть на милование этой парочки. — Надеюсь, что до идеи многоженства вы не дошли?

— А ты был бы против? — отлипнув от подушки, посмотрела ему в глаза Кана.

— Если честно, то я трезво оцениваю свои возможности и понимаю, что трех жен мне никак не потянуть. — покачал головой Виктор.

— ТРЕХ!? — хором рыкнули девушки.

— Кто она!?

— О ком это ты!?

Едва не передравшись за право удушения Виктора, на пару принялись трясти его Кана с Мирой.

— Ну да. Трех. — спокойно ответил Виктор, тягаемый из стороны в сторону. — Посудите сами. На самом деле все очень просто. Две жены никогда не смогут найти консенсуса в каком-нибудь споре — обязательно должна быть третья, которая могла бы встать на ту или иную сторону. Честно говоря, я еще вообще не задумывался о подобном, но если вы настаиваете, немедленно примусь за подбор потенциальной кандидатки. Как вариант, можно попробовать подкатить к Люси. Умница и красавица — так же как и вы. Что скажете?

— Ах ты котяра мартовский! — все же перетянув Виктора к себе, принялась душить его Мира, — На молоденьких потянуло!? Мы для тебя уже старыми стали!?

Показательно подергавшись в захвате любимой, Виктор начал потихоньку сдавать, как бы показывая, что удушающий эффект начинает действовать на его организм и в конечном итоге совсем уронил руки и полностью расслабил тело. После этого его душили еще секунд двадцать.

— Виктор? — охватывающие горло пальчики разжались, и уставившаяся на бессознательное тело Мира принялась теребить его в попытке привести в чувство, — Ты же притворяешься, да?