Чтение онлайн

никогда он не жалел о том, что покинул спокойную службу в Упра¬

ве благочиния.

Произошло это внезапно, хотя назревало с первого дня службы

в Управе. «Довольно мечтать о цирке — пора в нем работать! Но

кому нужен акробат без опыта, клоун без имени? В таком случае,

можешь работать как художник-моменталист. Ты отличный рисо¬

вальщик, карикатурист. Попробуй...»

Чтобы это решение вылилось в действие, потребовался лишь

небольшой повод. Как раз в тот день столоначальник сделал заме¬

чание:

— Господин Дуров, извольте переписать отношение за нумером

1741. На бумаге его превосходительству вы оставили кляксу!

Вместо почтительного ответа писец встал из-за стола, сказал

пораженным чиновникам «Прощайте!», раскланялся и вышел из

канцелярии, чтобы никогда более в нее не возвращаться.

Однако радужные надежды получить работу в цирке оказались

напрасными. Директор Саламонский даже не захотел слушать мо¬

лодого человека, утверждавшего, что он будет иметь успех на арене

как художник-моменталист. С каждым днем положение становилось

все труднее. К тому же, чтобы не огорчать опекуна, и без того

расстроенного незадачливой судьбой подопечных, Владимир скры¬

вал от него свой уход из Управы.

Выручила случайная встреча со старым знакомцем Ринальдо.

Профессор многих наук поддержал замысел своего бывшего учени¬

ка начать карьеру художника-моменталиста и помог устроиться

в балагане.

...Лилипутка заканчивает свое незамысловатое выступление. Со

сцены доносится ее писклявый голосок и притопывание каблучков,

когда она делает какие-то неловкие па. Пора готовиться к выходу.

Вот и загрохотал барабан. Лицо художника в миг преобразилось.

Куда девались грустные думы, глаза глядят весело, озорно. Бар¬

хатная блуза с шелковым бантом лежит легко и свободно. Густые

волосы ниспадают на лоб, небрежным движением головы он отки¬

дывает их назад. Зрителям нравится такой артистический вид.

Художник взял уголек для рисования, подошел к мольберту с при¬

колотыми листами бумаги. Под приглушенные звуки оркестра обра¬

тился к публике:

Уголек замелькал в руке в быстром ритме музыки. Художник

рисует и приговаривает:

Короткая пазуа и неожиданно, почти на крике закончилась

строка куплета:

...жокей!

На листе бумаги появились скачущая лошадь и всадник в жо¬

кейской шапочке. Линии удивительно лаконичны. Моментальный

рисунок полон движения.

Зрители аплодируют. А на мольберте уже новый чистый лист.

Оркестр играет галоп. Можно только поражаться, как рука с

угольком поспевает скользить по бумаге в такт быстрой музыке.

И опять после паузы, звучит последнее слово:

...купчина!

Еще не утих восторг зрителей, а на мольберте опять чистый

лист. Рисуя, художник читает:

Дуров срывает лист и, держа его на вытянутых руках перед

собой, широко улыбаясь, обходит зрителей. Передает рисунок стоя¬

щим в задних рядах, откуда тянутся просящие руки: «Сюда, сюда!»

Возня, шум, короткая свалка прекращаются, лишь когда он вновь

у мольберта.

Последний рисунок и стишок имеют наибольший успех:

Ох, уж этот неизменно любимый персонаж невзыскательной

публики!

По десяти и более раз в день так трудился балаганщик Влади¬

мир Дуров. А сколько раз выходил на балкон в обличье клоуна,

чтобы посмешить публику и пригласить ее в «театр». Балаганные

артисты всегда называли свое заведение театром. Необычайная

сила духа требовалась, чтобы выдержать это испытание.

Велики просторы российские. Где только не кочевали балаганы,

в которых подвизался художник-моменталист Владимир Дуров! До¬

роги его проходили и через степную Малороссию, и знойный Тур¬

кестан, и приволжские города. Случалось, пути перекрещивались

с тем или иным цирком.

Однажды, проездом в Астрахани, Дуров уговорил директора

цирка Безано посмотреть его номер. Безано понравилась работа

художника-моменталиста, он взял его в свою труппу, предложив

исполнять так же обязанности клоуна и дрессировщика. В то время

никто в цирке не ограничивался одним номером.

Огромное счастье охватило Владимира Дурова, когда после до¬

щатого помоста балагана ему довелось наконец ступить на опилки

настоящей арены. С увлечением он рисовал свои моментальные

карикатуры, исполнял комические куплеты, смешил забавными

сценками. Но наибольшего успеха достиг он в дрессировке живот¬

ных и птиц.

Впервые на арене благодаря ему появились дрессированные

пеликаны. Кстати, тут не обошлось без непредвиденных трудностей,

преодоление которых подтвердило удивительное терпение и настой¬

чивость молодого дрессировщика.

Пеликан был не склонен выполнять замысловатые номера перед

публикой. Да и у самого Владимира Дурова еще не было опыта