Бремя императора
Шрифт:
Лека встретили три недоумевающих взгляда. Он добродушно ухмыльнулся и стряхнул добычу на траву. Лучник задергался. Надо же, пришел в себя! Крепок, сволочь, после таких ударов быстро в себя не приходят. Опустившись на колени рядом с извивающимся пленником, юноша стащил с его головы капюшон. И отшатнулся, едва не упав. На него смотрели наполненные бессильной злобой огромные, миндалевидные глаза эльфа. Совсем такие, как на гравюрах в старинных книгах. Что за чудеса? Откуда здесь перворожденный?! Сквозь спутанные черные волосы пленника виднелись кончики остроконечных ушей. Плюс нечеловеческая, потрясающая воображение красота лица. Вспомнив слова мастера-наставника, Лек обалдело помотал головой, все еще не веря своим глазам. Однако факт остался фактом. Вот и эльф. Только его и не хватало. Как там говорил Кертал? Скоморох, горец, аристократ, орк и эльф? Да, все совпадает. Если эльф попросится в ученики, останется только смеяться, чтобы с ума не сойти.
– Задницу габта мне на голову… – растерянно сказал орк. – Остроухий… Ну, ни хрена себе!
– Тварь из ада! – с ненавистью прошипел пленник. – Будь проклят!
– Тю… – удивился Храт. – Чего я ему сделал-то? Одно слово – остроухая сволочь. Правду о них легенды рассказывали, только убивать горазды.
– Отойди и подожди у костра, – приказал Лек. – У тебя там, между прочим, мясо подгорает.
– Ой, мать-перемать! – всполошился орк и рванулся к огню. – А все из-за этой гадины! Не, они точно ни на что не пригодны, заразы ушастые!
– А теперь объясни мне почему ты напал на моего ученика? – спокойно спросил юноша, на самом деле едва сдерживая дрожь возбуждения.
– Чему человек может учить орка? – изумился эльф. – Зачем его чему-то учить? Это ведь тварь из ада!
– Да кто тебе такое сказал? – насмешливо хмыкнул Лек. – В сказках ваших говорится? Почему? Последняя война между эльфами и урук-хай закончилась, насколько мне известно, тысячу семьсот лет назад. За это время многое изменилось. А чему учить? Я – горный мастер. Храт – мой ученик. Он через полмира прошел, чтобы добиться ученичества.
– Горный мастер?! – резко побледнел эльф. – Тогда мне понятно как ты меня поймал…
– Но откуда ты здесь взялся? – не выдержал Энет. – Вы же полторы тысячи лет не выходили из эльваранских лесов!
– Именно, что не выходили… – мрачно пробормотал пленник. – Я первый такой дурак.
– Почему дурак? – – приподнял брови Лек. – Сбежал?
– Да… – тяжело вздохнул эльф. – Ваш язык специально выучил, лодку вырастил, через степь не пробраться, там кочевники.
– А ведь ты за этим в империю пришел… – задумчиво протянул юноша, приподняв со своего плеча черный шнурок.
– Откуда ты знаешь?! – встрепенулся пленник.
– Догадался, – ехидно усмехнулся Лек. – Ведь я прав?
– Прав, – скривился эльф. – Пока наши заклинания еще держатся, не пускают степняков в лес. Но заклинания слабеют с каждым годом! А маги вместо того, чтобы думать о защите, песенки поют и танцы танцуют. Да и какие они уже маги? Так, фокусники. Забыли все. Замкнулись в своем лесу и думают, что остальной мир оставит их в покое. Идиоты! Никто меня слушать не захотел, даже Зеленая Стража. Двадцать лет я пытался что-то доказать. Потом понял – не докажу. Бесполезно. А отец…
Он закусил губу и отвернулся.
– Да, – сочувственно покивал горец. – Я тебя прекрасно понимаю. Так и мои предки думали. А однажды на Манхен пришла империя. И больше не ушла.
– Вот именно… – глухо сказал пленник. – Вот именно. А они поют и танцуют, идиоты несчастные. Дождутся когда-нибудь на свою голову. Ведь дождутся! Я много думал, пытаясь найти выход, потом вспомнил сказки о горных мастерах империи. Решил рискнуть. Кому я дома нужен-то? Младший сын, ничего не наследующий. Попросил древесного отца вырастить мне лодку, перебрался через рифовый пояс и поплыл. Три месяца по морю носило, сам не знаю, как выжил. Дней десять назад неподалеку отсюда на побережье выбросило. С тех пор прятался в лесу. А сегодня орка увидел, точно такого, как на картинках в древних книгах, вспомнил, что о них там написано, вот и не удержался… Извините, я…
– Понятно, – криво ухмыльнулся. – Как тебя зовут?
– Тинувиэль. Принц Тинувиэль.
– Принц?!
– Мой отец – владыка эльдаранских лесов, – неохотно пояснил эльф. – Хранящий Свет. Только у меня старших братьев и сестер больше тридцати. По нашим меркам я…
– Что? – иронично прищурился Лек. – Слишком молод?
– Да… – тяжело вздохнул пленник. – Едва семьдесят стукнуло.
– Да уж, молод, – едва не подавился горец. – Совсем мальчик.
– Если перевести на ваш, человеческий счет, то это где-то лет шестнадцать, может, семнадцать…
– Ясно, – кивнул Лек. – Тебя просто никто не воспринимал всерьез. Чем бы дитя не тешилось…
– Но если я вернусь со шнуром старшего мастера, то они уже не смогут просто так отмахнуться от моих слов! – запальчиво выкрикнул Тинувиэль.
– Что ж, понятно, – задумчиво покивал юноша. – Если тебя развязать, то не будешь больше на Храта кидаться?
– Да я его одной левой! – недовольно буркнул от костра орк. – Пусть только попробует!
– Не буду… – уныло сказал эльф. – Податься мне все равно некуда. Лодка утонула.
– Даже так? – укоризненно посмотрел на него Лек. – Повезло тебе, дурень, что это я оказался. Другой бы на моем месте сперва прирезал, а потом только стал бы разбираться кого именно прирезал. Ладно, ужинаем и возвращаемся в город.
– Почему? – удивился Энет. – Нам ведь говорили…
– Мастер-наставник просил меня, если встречу эльфа, привести к нему. Как будто знал.
– Откуда?! – вытаращились на него все трое учеников, Тинувиэль тоже выглядел удивленным.
– Да он что-то невнятно говорил о какой-то легенде, – пожал плечами Лек. – О скоморохе, горце, аристократе, орке и эльфе.
– Что?! – одновременно вскрикнули Энет с Тинувиэлем. – Пророчество пятерых?!
– Вы о нем знаете? – насторожился горец. – А ну-ка рассказывайте.
– Я в одной очень старой книге его прочел, – растерянно посмотрел на наставника Энет. – Там говорится, что однажды придет время, когда империя, Эльваран и Оркограр окажутся на грани гибели. Тогда придут пятеро и спасут всех. Как именно спасут, не сказано. Почему именно они – тоже.
– А ты что можешь добавить? – повернулся к эльфу Лек.