Чтение онлайн

Его броневик двинулся с места, медленно прокатился вдоль склона холма и спустился на старую Римскую дорогу, ведущую на северо-запад.

Ганс почувствовал, как его охватывает возбуждение. Это напоминало прежние времена, когда он, служа в кавалерии, бороздил бескрайние американские прерии, вот только конь у него сейчас был не из плоти и крови, а из железа. Ну и отлично, все равно он никогда не любил лошадей, которые так и норовили лягнуть своего хозяина, как только тот поворачивался к ним спиной, и имели отвратительную привычку подыхать в тот самый момент, когда он начинал к ним привязываться.

Выпрямившись в полный рост, он бросил взгляд назад. Колонна броневиков двигалась за ним, за исключением одной машины, из трубы которой неожиданно вырвалось облако пара. Дьявол и преисподняя! Люди, находившиеся внутри остановившегося броневика, спешно покинули кабину через открытый боковой люк и теперь разглядывали свою машину с таким видом, словно она вдруг превратилась в огнедышащего дракона.

От колонны кавалеристов отделились четверо всадников, которые вели лошадей для экипажа броневика. Лишившимся своей машины солдатам предстоял путь обратно в горы. А их товарищи спешились и начали снимать с поврежденного броневика «гатлинг», вытаскивать из кабины боеприпасы и переливать керосин в запасные канистры. Когда эта работа будет завершена, машину придется сжечь.

«Десять броневиков и двадцать миль пути», — мрачно подумал Ганс. Его настроение уже не было таким приподнятым, как несколько минут назад.

Прогремел залп двух мощных десятифунтовок, и палуба монитора заходила ходуном под ногами Буллфинча. Снаряды пришлись точнехонько в здание склада на другом берегу реки, в менее чем в ста ярдах от его корабля. Раздался взрыв, и все строение сложилось, как карточный домик, погребя под своими развалинами несколько десятков бантагских снайперов, засевших на его верхних этажах.

В борт броненосца ударил снаряд из полевой пушки легкого калибра, расположенной на восточном берегу Тибра. Раздался звон, и снаряд срикошетил в воду. Такие выстрелы причиняли флагману Буллфинча не больше вреда, чем комариные укусы слону.

— Не прекращать огонь! — распорядился Буллфинч. — И ради всего святого, не подпускайте их к тому мосту.

Адмирал направился к открытому настежь заднему люку в башне монитора. Бросив взгляд на сходни, ведущие к пристани, он облегченно перевел дыхание. По обе стороны от причала были навалены мешки с хлопком, за которыми укрывались пехотинцы Республики. Над рекой свистели пули. В узкую полоску ледяной воды между бортом монитора и пристанью упал мортирный снаряд, и в воздух взметнулся фонтан брызг, обрушившийся на палубу корабля.

Высунувшись из люка, Буллфинч замахал полковнику, командовавшему солдатами на берегу, однако тот предостерегающе вскинул вверх руку, и адмирал замер на месте. Полковник проревел команду, и его люди усилили огонь. Одно из орудий, установленное у выбитого окна какого-то склада, выпустило по бантагам заряд картечи.

Полковник резко махнул рукой.

Выпрыгнув из люка, Буллфинч приземлился на бронированную палубу своего корабля, домчался до сходней и побежал к причалу. Леер под его рукой разлетелся в щепы, а еще одна бантагская пуля пропорола дыру в его адмиральском кителе. Добежав до пристани, Буллфинч юркнул в узкий проход между мешками с хлопком, перескочив на бегу через тело одного из пехотинцев, убитого во время установки сходней.

Петляя между мешками, Буллфинч добрался наконец до полковника и, тяжело дыша, присел на корточки рядом с ним.

— Настоящее пекло, да, сэр?

Буллфинч кивнул:

— Проклятье, я и не думал, что до такого дойдет. Что, черт возьми, случилось?

— Генерал ждет вас, сэр. Он введет вас в курс дела.

Полковник приказал четверым своим людям сопровождать Буллфинча, указал ему на открытую дверь соседнего здания и зычно распорядился произвести очередной залп.

Когда воздух вновь наполнился жужжанием пуль, Буллфинч вскочил на ноги и рванул к двери, опередив прикрывавших его солдат, которым мешали винтовки и вещмешки. Ворвавшись в темную комнату, он споткнулся, врезался в стену и упал.

Солдаты его эскорта влетели в дом вслед за Буллфинчем, подхватили его с пола и поволокли из вестибюля в заднюю комнату. Как только они там оказались, у входа в здание разорвался бантагский снаряд, разнеся в щепы остатки двери. Один из осколков прошил стену, срикошетил от потолка и вонзился в пол рядом с ногой адмирала.

— Здесь становится жарковато, — пробормотал Буллфинч.

Не сказав ни слова, солдаты помогли ему подняться на ноги. Буллфинч хотел было пройтись насчет мрачного выражения на их лицах, однако, увидев ввалившиеся глаза своих спутников, прикусил язык. Было видно, что этим людям давно не удавалось как следует поесть, а эмблемы в виде белого круга на шляпах, означавшие принадлежность ко 2-й дивизии 1-го корпуса, были покрыты кровью и копотью. От солдат исходила сильная вонь, а их мундиры превратились в лохмотья. Один из эскортировавших Буллфинча людей был просто завернут в грязное одеяло, скрепленное самодельной булавкой.

— Пора идти дальше, — сказал он.

Пройдя следующую дверь, они оказались в просторном помещении, наполненном солдатами. Здесь царил настоящий хаос: разбившись на небольшие кучки, люди сидели на полу склада, прислонившись к стенам. Некоторые из них спали, другие тихо переговаривались с товарищами, и Буллфинч увидел в их глазах безысходность и покорность судьбе. Между группами солдат ходили офицеры, которые выкрикивали номера подразделений, пытаясь рассортировать эту толпу.

Выйдя через черный ход, Буллфинч со спутниками очутились на узкой улочке. Несколько зданий были объяты пожаром, однако никто не предпринимал ни малейших усилий потушить пламя, кроме кучки вконец отощавших горожан, которые безуспешно пытались погасить огонь, забрасывая его собранным с мостовой снегом.

— Нет воды, — сообщил Буллфинчу один из его проводников. — Акведуки перекрыты.

— А как же пожарные команды у… — начал Буллфинч и осекся, вспомнив, что река теперь стала линией фронта.

В переулках, примыкавших к той улице, по которой они шли, укрывались толпы беженцев. Слышался плач детей, а многие взрослые были в шоке, вздрагивая от ужаса после каждого взрыва.

Впереди раздался предостерегающий окрик, и из-за угла вылетела упряжка лошадей, тащивших за собой тяжелое орудие. Подпрыгивая на неровных булыжниках мостовой, десятифунтовка с грохотом пронеслась мимо них, сзади к ней был прицеплен один-единственный зарядный ящик. Буллфинч проводил пушку взглядом, ожидая появления и других орудий, однако улица оставалась пустой.