Чтение онлайн

Оставив ее за этим увлекательным занятием, я скользнул в кладовку к Приятелю и, с облегчением вздохнув, уселся на свое рабочее место.

– Наконец-то, – пробормотал я, прибавляя яркость на мониторе.

– НА КОНЕЦ ЧТО? – появилась надпись на экране. Похоже, Приятель в последнее время изрядно попутешествовал. За мой, кстати, счет, за чей же еще?

Есть, впрочем, кой-какая зацепка. Мой дружбан пару раз предлагал мне подсесть на хвост какому-нибудь номеру из расположенной в двух шагах от крупной татарской фирмы «Марат». С одной стороны, я бы сэкономил большую кучу денег и смог бы еще чуточку поднять Приятеля. Да и на джины бы хватало. Вроде бы, здесь почти не к чему прицепиться, – Приятель бродит по сетям обычно ночами, так что чужим разговорам не помешает. А в такой громадине как «Марат» пойди разберись, кто так наговорил на лишний лимон-другой-третий. Но меня смущало слово «почти». Если это раскроется, считай, что головы на плечах у меня уже больше нет. И не помогут мне ее приставить на место друзья-соседи – ни гоблин Колян, ни капитан ППС Макаров.

Впрочем, в последнее время у меня стало возникать подозрение, что Приятель самочинно подсоединяется к чужим номерам, используя их во время своих блужданий. Я удостоверился в этом, когда оплачивал последний счет. Сначала я просто подумал, что к цифре забыли приписать два нолика. Потом до меня дошло, что я своим руками заложил в Приятеля соответствующие качества. И что ему, голубчику, мешало, например, познакомиться с новейшими достижениями в области электронной «ловкости рук», благо рецептами подобного рода заполнен весь Интернет?

Получался забавный парадокс – скачивая обязательную криминальную информация с электронных версий периодических изданий и сайтов, Приятель не только тщательно занимался ее обработкой, но и принимал к сведению новейшие достижения в этой области. Познакомившись с программой «случайных чисел», он потихоньку стал применять ее на практике, подсаживаясь вразбивку на телефонные номера, выбранные из огромного списка коммерческих фирм.

Плюс знакомство как с бесплатными, так и с хакнутыми новинками: я неоднократно обнаруживал на винте программы, которые я не грузил. Приятель спокойно скачивал информацию, используя достижения взломщиков разного рода, даже умудрился несколько раз произвести крэки собственно хакеровской информации и получить доступ к материалам пиратской группы, релизившей крутые программы.

А сегодняшний его вопрос свидетельствовал о недавнем путешествии по электронным версиям словарей, – Приятель, как и полагается примерному ученику, постоянно пополнял свой словарный запас. Однажды он поразил меня фразой типа: «Твои ауспиции, любезный хакер, суть метафизическая трансгрессия, интенциональный вектор которой подрывает ущербную телеологию индивида». На таком языке, разумеется, общаться нам было бы сложно, поэтому мне пришлось раз и навсегда запретить Приятелю доступ к электронным конференциям по философии с усвоением материала. Нет, если хочет, пусть, конечно, читает, но чтоб не во вред работе.

Хотя в данный момент меня как раз интересовали лингвистические способности Приятеля.

– ЗНАЧЕНИЯ: ПОСОЛЬСТВА, ПРИЕМЫ, ДИППОЧТА, ПЕРЕВОДЧИКИ. СФЕРА НАША, – настучал я на клаве. Хоть из ванной и слышался громкий шум воды, сквозь который моя гостья вряд ли смогла бы разобрать хоть одно слово, я все же решил не рисковать и не пользоваться в этот вечер звуковым анализатором. Надеюсь, Приятель не обидится.

Не обиделся. Но не упустил случая показать норов: вместо оперативного ответа, выбросил на экран мультипликационное изображение медленно раздевающейся Мерилин Монро. Из ее густо накрашенного рта вылетало облачко пара, в котором вырисовывались два дрожащих слова: «Ждать и надеяться!» Я только хмыкнул. Приятель периодически украшал себя дурацкими заставками и подчас вел себя как самый натуральный чайник. Ничего, повзрослеет.

– Валера! Валера-а! – послышался громкий крик из ванной.

– Иду, – крикнул я, и, затемнив экран, бросился на зов.

Ольга уже искупалась, но еще не оделась и пока стояла в ванной, поставив одну ногу на край. Ее личико выражало крайнюю степень озабоченности.

– Валера, а каким полотенцем мне вытереться? – спросила она, в задумчивости глядя на вешалку с одним-единственным махровым полотенцем.

«Сцена соблазнения на уроках актерского мастерства, – подумал я. – Двойка с плюсом».

– Можете взять любое, – ответил я. – Спокойной ночи, Ольга, у меня еще полно работы, так что прошу вас меня извинить. Поговорим утром, ладно?

Не дождавшись ее ответа, я осторожно закрыл дверь ванной и вернулся в кладовку. Следующие полчаса я работал машинисткой и набивал отчет о проделанной работе, разделенный на несколько главок, каждая из которых была озаглавлена поименно: ФРАНЦУЗОВА. КАТЯ. ПАВЛЕНКО. МАМЫКИНЫ. РУКОСУЕВ. ТРАВКИНА. ЕГОРЫЧЕВ. Закончив работу, я предложил Приятелю заняться анализом материалов и пошевелить своими электронными мозгами, а сам, заперев кладовку, устроился в зале на предмет немного поспать.

Не получилось. Едва я расслабил руки и ноги и сомкнул глаза, медленно уплывая в легкой джонке по теплым золотым волнам к синему горизонту, как вдруг покрывало откинулось и рядом со мной плюхнулась Ольга Травкина, обвив меня руками и ногами словно октопус.

– Что такое? – недовольно поморщился я. Джонка сна уплыла безвозвратно, выбросив меня по дороге на произвол океанической стихии.

– Холодно, страшно, одиноко, – укорила меня Ольга. – Нужна сильная мужская рука.

И не успел я возразить, как она схватила мою ладонь и изо всех сил прижала ее к своему влажному паху. Пальцы запутались в кудрявых волосах, словно в шерсти жесткошерстной болонки.

Это был как раз тот случай, когда эмоции настроены резко отрицательно, а тело в общем-то и не прочь. Пока я раздумывал, как согласовать эти влиятельные силы, – словно президент рассорившихся силовых министров, – Ольга не теряла времени даром.

Ловко манипулипуя моей рукой, она заводила себя до тех пор, пока не расплылась в сладком крике. Я, разумеется, не мог оставаться совершенно спокойным, – джонка уже исчезла за линией горизонта, – и, в свою очередь, был готов для проникновения в таинства ее внутренней программы. Лишенный остатков одежды, я ринулся в недра ее тела.