Чтение онлайн

прихватив купленные лекарства. Возможно, там ухватимся за ниточку,

которая приведёт нас к намеченной цели. Утром, едва проснувшись, стали

собираться, но вспомнили, что музей открывается в одиннадцать. За

несколько минут до условленного времени в нетерпении пританцовывали

перед входом. Едва распахнулись двери, мы вихрем промчались по залам к

портрету, так поразившему нас накануне, и застыли на месте: портрет исчез.

Женевьева отправилась к смотрительнице, чтобы узнать, куда делась картина.

Та удивилась и с подозрением посмотрела на нас.

– Девушки, о каком портрете идёт речь? На выставке не было женских

портретов. Вы точно видели картину в нашем музее?

Мы синхронно кивнули.

– Ничего не понимаю. Пройдёмте со мной. Возможно, вам поможет Матильда

Николаевна. Она занималась организацией экспозиции.

Мы прошли в служебное помещение, где встретились с миниатюрной

старушкой, которой и рассказали о нашей проблеме. Та очень внимательно

выслушала нас и попросила поподробнее описать портрет. Затем, не говоря

ни слова, открыла книжный шкаф и достала альбом. Раскрыв его на одной из

страниц, протянула нам.

– Это то, о чём вы говорили?

– Да, именно этот портрет мы и видели на выставке.

– Этого не может быть. Картина находится в одном из частных собраний

Франции. Мы вели переговоры с владельцами, но те отказались предоставить

картину. Говорят, на портрете изображена жена одного из французских

дворян, русская по происхождению. Будучи в Москве в 1812 году, мужчина

встретил девушку, которую полюбил и женился на ней. С отступавшими

войсками Наполеона им удалось добраться до Парижа, где они и остались.

Ну что, я помогла вам?

Мы поблагодарили старушку и в унынии покинули музей. Опять неудача. Как

же быть? Ни одной путной мысли не приходило в голову. Вновь метро и

вновь перегон к станции Библиотека имени Ленина. Помнится, в прошлую

поездку нас ожидало невероятное видение. Так и в этот раз мы с подругой

ждали необычного, но, к сожалению, ничего не случилось. Мы подъезжали к

Кропоткинской. Женевьева дёрнула за подол платья:

– Машка, слушай, давай выйдем, неспокойно что-то мне. Не могу понять, в

чём дело, но хочется немедленно выйти из вагона.

– Ну, что же, давай, - я поднялась с места и мы начали пробираться к выходу.

Народу было много, особенно туристов, стремившихся посетить новую

выставку в Пушкинском музее. Кто-то толкнул меня и я, не удержавшись,

налетела на Женевьеву. В это самое время раздался страшный грохот, состав

дёрнулся, пассажиры закричали и последнее, что я заметила, была яркая

вспышка. Неужели теракт?

– Машка, - услышала я голос Женевьевы, ты как?

Я открыла глаза. Меня окружала непроглядная тьма.

– Маш, Маш, ты меня слышишь? – вновь раздался голос подруги.

– Не кричи ты так. Голова раскалывается!

– Слава богу, жива!

– Где мы?
– поднимаясь с пола, попыталась узнать своё местоположение.

– Да кто его знает. Темень кругом. Ничего не видно. У тебя случайно

зажигалки нет?

Я нашарила свою сумочку, открыла её и выудила неизвестно как попавшую

туда зажигалку.

– Держи, - протянула Женевьеве.

Вскоре робкий огонёк осветил место, где мы находились, и это явно было не

метро. Осмотревшись, поняли, что попали в какой-то подвал. Кругом

виднелись бочки, корзины, бутылки на стеллажах. Интересно, куда нас

занесло? Вроде собирались выйти на Кропоткинской, и, на тебе, оказались в

этом странном месте.

– Жэка, ищи дверь. Должна быть где-то здесь.

– А чего её искать, вот она.

Если есть дверь, то за ней должен быть и выход.

– Ладно, пошли, - отряхиваясь от пыли, я дёрнула за ручку

Дверь со скрипом открылась, и яркий солнечный свет ослепил меня.

– Иди уж, чего встала? – Женевьева подтолкнула меня, и мы оказались в

залитом солнцем саду. Женевьева прошла вперёд, огляделась и указала рукой

на видневшийся за деревьями дом.

– Пошли, чего ждать погоды у моря. Вон, избушка какая-то виднеется. Там и

узнаем, что к чему.

Сад производил впечатление запущенного. Пробираясь сквозь заросли травы,

подошли к дому, который, также как и сад, выглядел необитаемым. Однако не

всё оказалось так печально. Едва мы вступили на крыльцо, как входная дверь

со скрипом открылась, и нашему взору предстал согбенный полуслепой

старик.

– Кого там принесло?
– прошелестел голос.

Мы подошли поближе, и я взяла инициативу в свои руки.

– Здравствуйте, дедушка.

– Не кричи, я всё слышу. Чего припёрлись?

Ничего себе душевный приём.

– Мы слегка заблудились и не знаем, куда попали, - попыталась я оправдаться.

– А, заблудились. Это хорошо. Заходите, - старик распахнул дверь, и на нас

пахнуло спёртым воздухом.

Едва мы перешагнули за порог, как дверь за нами захлопнулась. Женевьева,

вздрогнув, со страхом в глазах посмотрела на меня.

– Ты что-либо понимаешь?

Я отрицательно покачала головой, сделав попытку открыть дверь, но не тут-