Бум
Шрифт:
впечатление. Да, натворили мы дел. Нет, чтобы сидеть у себя дома, понеслись
рыскать в поисках сокровищ. И вот, что самое странное, и это-то с нашим
везением, клад мы всё же нашли и перепрятали, да так, что трудно
вспомнить, куда. Женевьева выглядела крайне озадаченной. Как же, теперь
предстоит наставить своего прапрадеда на путь истинный, чтобы и самой не
пропасть.
– Маш, ты со мной? – тихо спросила она.
– Куда я от тебя денусь, бедолага ты наша!
– Спасибо, а то мне одной не справиться. Думаю, Зинаиду надо исключить из
наших рядов. У неё теперь все мысли о другом.
Наш разговор прервало появление Зинаиды.
– Где твоя вновь приобретённая родственница?
– поинтересовалась я.
– Обе уже уехали и просили прощения, что не успели попрощаться. Они
торопились выбраться из Москвы. Как дальше жить будем?
– А кто его знает. Тебе надо Мишеля на ноги поставить, - заявила Женевьева, -
нам с Машкой деда моего на путь истинный направить, а там, как карта
ляжет.
– Зачем Мишеля на ноги ставить? Он и так уже резво передвигается. Свой
любопытный нос во все щели засунул. Дитя, истинное дитя, говорю я вам.
– Зин, ты за ним тотальную слежку установила?
– Да нет, просто мальчишка один в незнакомом городе оказался. Денщик со
вчерашнего дня, как узнал, что его питомец поправился, впал в состояние
эйфории, в коем пребывает с помощью местного самогона до сих пор. Кто,
если не я поможет юноше, - при этих словах глаза подруги подозрительно
блеснули.
– Зин, влюбилась что ли? – съехидничала Женевьева.
– Вам бы только насмехаться над бедной женщиной, находящейся на
жизненном распутье, а тут такой случай. Не упускать же шанс!
– Да, пропала ты! Теперь что делать думаешь?
– Пока ничего. Посмотрю, что да как, а там видно будет. Парню двадцать
четыре, а мальчишка мальчишкой. Ветер в голове гуляет. За ним глаз да глаз
нужен.
Недавно вот в чулан залез, всё там разворошил. Я его отправила дров на
кухню принести. Может, справится, - затем, взглянув на нас, продолжила, -
девки, у нас намечается проблема.
– Что случилось? – взволновалась я.
– Да так, пока ничего особенного, - речь прервал шум, донесшийся из кухни,
вскоре показался Мишель, засунув палец в рот.
– Что с тобой? – обеспокоилась Зинаида
– Палец прищемил, - показав руку, ответил наш аристократ.
– Чадо ты наше, иди, перевяжу, - Зинаида вытащила из кармана чистую
тряпицу, а Мишель, словно комнатная собачка, присел перед подругой на пол,
протянув повреждённый палец. Я посмотрела на него, и его взгляд был
наполнен такой теплотой и нежностью, что вызвал у меня подозрения по
поводу ранения. Скорее всего, он сам себе палец нарочно и поранил, чтобы
получить кусочек сочувствия от Зинаиды.
– Всё готово, - иди пока в сад, погуляй, - выпроводила молодого человека
Зинаида, - нам поговорить надо.
Понурив голову, Мишель медленно побрёл к выходу.
– Вы всё видели? – поинтересовалась Зинаида, - дитя дитём. Ни на минуту
нельзя одного оставить.
– Видим, всё видим, как парень на тебя смотрит.
Зинаида смутилась и продолжила прерванную речь:
– Так вот, образовалась у нас проблемка, которую решить бы поскорее.
– Не томи, говори.
– Продукты заканчиваются. На день другой хватит, а там лафе конец придёт.
– Что предлагаешь?
– Завтра следует устроить вылазку в город, может, чего и нашарим.
– Да, Зин, нашарить, думаю, будет сложно, - вспомнив о начавшихся пожарах
и мародёрах, с сомнением произнесла я, - скорее всего в центре уже всё
подчищено, а вот в заброшенных особнячках можно будет поживиться.
Завтра с утра мы с Женевьевой и отправимся. Кстати, где денщик Мишеля?
– Спит где-нибудь, а зачем он тебе?
– Как зачем? Нужна грубая мужская сила по переноске тяжестей. Много мы с
Женевьевой не унесём.
– Возьмите Мишеля, здесь он опять что-нибудь учудит.
– Мишеля так Мишеля, - не подозревая, в какую авантюру меня втравливает
подруга, бездумно согласилась я.
Поскольку день клонился к вечеру, решили немного прогуляться по саду, где
и нашли задумчивого юношу. Женевьева тут же взяла быка за рога, изложив
молодому человеку его предназначение на завтрашний день. Тот
поинтересовался, пойдёт ли с нами Зинаида. Услышав, что нет, заметно скис,
но ничего не сказал. Вскоре нас позвали к ужину. Перекусив, все разошлись
по своим комнатам. Денщик Мишеля мирно посапывал в чулане. Его решили
пока не беспокоить. Зачем лишняя головная боль?
Ночь прошла спокойно, утро выдалось солнечным и мы, прихватив унылого
Мишеля, отправились на поиски провианта. Огорчённый разлукой с
Зинаидой, тот подхватил корзины и поплёлся за нами.
Женевьева, увидев за забором очередной покинутый жильцами особнячок,
уверенно вскрывала двери и начинала поиски съестного. Впрочем, мало, что
удавалось обнаружить. В те далёкие времена консервов не существовало и
нам приходилось, как говорится, довольствоваться натур продуктами. Где-то
удавалось найти пакетик с мукой, где-то баночку мёда, а где-то немного