Чтение онлайн

Вернувшись в лифт, он нажал другую кнопку. Кабина пошла вниз. Она миновала другие складские этажи, потом реактор. Двери раскрылись на медицинском этаже. Дональд буквально ощущал вокруг себя десятки тысяч тел, уставившихся в потолок закрытыми глазами. Некоторые из них действительно были мертвы. А одно он собирался разбудить.

Он направился прямиком к кабинету врача и постучал. Дежурный помощник оторвался от компьютера. Протер глаза, поправил очки и моргнул, глядя на Дональда.

— Как дела? — спросил Дональд.

— Что? А, все хорошо. — Молодой помощник тряхнул запястьем и взглянул на старинные часы. — Кого-то надо отправить в заморозку? Мне никто не звонил. Уилсон тоже не спит?

— Нет-нет. Мне просто не спится. — Дональд указал на потолок. — Съездил посмотреть, есть ли кто-нибудь в кафе, а потом решил, что раз уже не могу заснуть, то почему бы мне не спуститься сюда и не спросить, не хотите ли вы, чтобы я закончил дежурство за вас? Сидеть и смотреть фильм я могу не хуже любого другого.

Помощник взглянул на монитор и виновато рассмеялся.

— Да, верно. — Он снова взглянул на часы, успев забыть, что совсем недавно проверял время. — Два часа осталось. Я был бы не прочь свалить. Вы меня разбудите, если что-нибудь случится?

Он встал, потянулся, прикрыл зевок ладонью.

— Конечно.

Помощник выбрался из-за компьютера. Дональд обошел его, отодвинул кресло, уселся и положил ноги на стол, как будто несколько часов никуда не собирался уходить.

— За мной должок, — сказал помощник, забирая свой халат, висящий на двери изнутри.

— Да нет, мы в расчете, — пробормотал Дональд, едва помощник ушел.

Он дождался, пока звякнул тронувшийся лифт, и лишь потом начал действовать. В сушилке возле раковины отыскался пластиковый контейнер для напитка. Дональд наполнил его водой, и мелодичное журчание прозвучало как нарастающая тревога.

Теперь долой крышку с банки с порошком. Две ложки. Он размешал порошок длинным пластиковым шпателем, убрал банку обратно в холодильник. Кресло-коляска поначалу не хотело трогаться с места. Он увидел, что оно поставлено на тормоз: металлические рычажки были прижаты к мягкой резине. Он поднял их, взял из высокого шкафа одеяло и бумажный халат, бросил на сиденье. Все, как раньше. Но на этот раз он сделает это правильно. Прихватил аптечку, сперва проверив, что в ней есть новые перчатки.

Побрякивая, кресло выкатилось за дверь, двинулось по коридору, и ладони Дональда вспотели. Чтобы передние колеса не гремели, он приподнял их и катил кресло на больших резиновых шинах. Передние колесики еще некоторое время лениво вращались.

Он ввел свой код, опасаясь, что сейчас загорится красная лампочка, сработает какая-нибудь блокировка. Но лампочка подмигнула ему зеленым. Дональд потянул дверь, открыл ее и направился между капсулами к той, где лежала его сестра.

Его переполняла смесь предвкушения и вины. По смелости этот поступок не уступал его прежнему бегству в холмы. Ставки были даже выше, потому что он вовлек в затею члена семьи, собрался вернуть сестру в этот суровый мир, подвергнуть ее такой же жестокости, какой Анна подвергла его, а Турман подвергал ее саму во время бесконечной цепочки смен.

Остановив кресло, он склонился над панелью управления. Помедлив, он выпрямился и заглянул в стеклянное окошко — для верности.

Сестра выглядела в капсуле такой умиротворенной: наверное, ее не мучили кошмары, как его. У него усилились сомнения. А потом он представил, как она там просыпается, как приходит в сознание и бьет по стеклу, чтобы ее выпустили. Увидел ее отвагу, услышал, как она требует, чтобы ей не лгали, и понял, что если бы она стояла рядом, то попросила бы его сделать это. Она предпочла бы знать и страдать, а не спать в неведении.

Он наклонился к панели и ввел свой код. Потом нажал красную кнопку, и панель радостно пискнула. В капсуле что-то щелкнуло, как открывшийся клапан. Он повернул диск и уставился на шкалу температуры, ожидая, когда та начнет подниматься.

Дональд стоял возле капсулы. Время замедлилось и еле ползло. Он все ждал, что кто-то заметит его раньше, чем процесс завершится. Но послышался второй щелчок, крышка зашипела. Дональд приготовил марлю и пластырь. Разделил перчатки и стал надевать. Белое как мел облако пара затуманило воздух.

Он откинул крышку до конца.

Сестра лежала на спине, вытянув по бокам руки. Она все еще не шевелилась. Дональда охватила паника, и он мысленно повторил процедуру. Может, он что-то забыл? Боже, неужели он ее убил?

Шарлотта закашляла. Изморозь на ресницах таяла, стекая по щекам. А потом ее веки слабо затрепетали, и она прищурилась от бьющего в глаза света.

— Лежи спокойно, — велел Дональд.

Он прижал к ее руке квадратик марли и извлек иглу, ощущая, как сталь скользит под тампоном. Придерживая марлю, он взял свисающую с кресла полоску пластыря и закрепил ей марлю. Потом извлек катетер: накрыл его полотенцем, слегка надавил и медленно вытащил трубочку. И сестра освободилась от машины. Скрестив руки, она дрожала. Он помог ей надеть бумажный халат, оставив спину открытой.

— Сейчас я тебя подниму.

Ее зубы застучали в ответ.

Дональд переместил ее пятки к ягодицам, приподнимая колени. Сунув руку под мышками — ее тело было прохладным — и другую под коленями, он легко поднял сестру. Ему показалось, что она весит совсем немного. От нее неприятно пахло.

Когда он усадил Шарлотту в кресло, она что-то пробормотала. Одеяло было уже развернуто. Устроив сестру, Дональд закутал ее. Она так и сидела, сжавшись и обхватив лодыжки, не желая опускать пятки на подножку.

— Где я? — спросила она голосом, похожим на потрескивание льда.

— Не волнуйся. — Дональд закрыл крышку, попытался вспомнить, не нужно ли сделать что-то еще. Проверил, не оставил ли он что-то после себя. — Ты со мной, — добавил он, толкая кресло к выходу.

Теперь они были вместе. У них больше не было ни дома, ни места на земле, куда один из них мог пригласить другого. Только адский кошмар, в который одна душа могла затянуть другую, тоскуя по компании.

Самым трудным было заставить ее подождать с едой. Дональд прекрасно знал, что значит испытывать такой голод. Он помог ей проделать те же действия, какие несколько раз осуществлял сам: выпить горький напиток, сходить в туалет, чтобы избавить тело от отходов, принять теплый душ, переодеться в чистое и закутаться в новое одеяло.