Буран
Шрифт:
Эти очерки дышат жаром кровопролитных боев за освобождение земли братского народа, сердца страны — Белграда.
«На нашем боевом пути, — пишет он, — пало немало лучших сынов и дочерей нашей страны. Было тяжело их хоронить и оставлять далеко за пределами любимой родины, в чужой земле, чужим людям.
Не было этого чувства здесь — в Белграде, в Югославии, среди этого чудесного народа с честным и добрым сердцем. Нет, это чувство не щемило наших сердец. В этой стране мы оставляли наших павших боевых товарищей, как в родной стране, как своим близким, родным и. друзьям».
В конце 40-х годов были напечатаны очерк «За Москву» и рассказ «Русская партия». В очерке описывается встреча с русской девушкой, освобожденной из концлагеря. Девушка рассказывает печальную историю о своем пребывании в фашистской неволе — одну из многочисленных драм того страшного времени. В рассказе «Русская партия» живо нарисован психологический портрет юного патриота, умело выполнившего задание партизанского командования.
Произведения на военную тему, проникнутые патриотическим чувством и ненавистью к фашизму, остались, однако, лишь небольшой страницей в литературной биографии Исетского. Югославские очерки, наиболее эмоциональные из них, все же носят печать зарисовок, сделанных на скорую руку во фронтовой обстановке. Писатель понимал, что необходимо сказать о войне новое слово и, может быть, создать крупное произведение с широким охватом лиц и событий, но его увлекла тема современности. Этому способствовала работа в газете, выезды на места, встречи с интересными людьми. Окружающая действительность волновала, требовала художественного воплощения, и писатель пошел в ногу с жизнью.
Сельская тема на долгие годы завладевает вниманием Исетского. В газете появляются его очерки из жизни уральских колхозов и совхозов. Возникает мысль о создании крупного произведения о людях колхозной деревни, о передовиках полеводства и животноводства.
Боевой, мобильный жанр очерка наиболее отвечал стремлению писателя идти в ногу с современностью. Раньше многих других собратьев по перу понял он это веление партии и народа и еще в 1934 году опубликовал книгу очерков «Государственная работа», которую впоследствии считал только первым опытом в новом для него жанре.
Вышедшая в 1950 году в Свердловском, книжном издательстве книга Исетского «Васса Лукина» знаменовала новый важный этап в творческом пути писателя. Его очерк, в отличие от многих — не грешит фотографичностью, перечнем цифровых данных, документализмом. В центре его — человек, скромная звеньевая Лукина, работающая с «живинкой в деле», добившаяся на своем участке невиданных урожаев картофеля, удостоенная звания Героя Социалистического Труда. О том, как она стала передовиком, автор рассказывает задушевно и ярко. Он говорит не только о ее производственном опыте, шаг за шагом прослеживая ее трудовой путь, он раскрывает ее характер и характеры ее товарок по работе. Дает широкий разворот жизни всего подсобного хозяйства, рисует живые картины коллективного труда. Органично входит в повествование и родной уральский пейзаж. Легко и свободно льется авторская речь.
«Золотая уральская осень. Словно бы должна она и примелькаться, и любоваться-то ею особо некогда — самый разгар уборки — а нет, зачарует, прикует к себе взгляд яркостью и пестротой своих красок. Словно поднимаются по стволам деревьев и кустарников цветные соки богатых уральских недр: золота, руд, самоцветов, мраморов и яшм».
Об этом очерке не скажешь, что он написан сухо, потому что за каждой строкой его видишь автора, проникнутого горячей симпатией к труженикам полей, переживающего с ними и горечь неудач и радость побед.
Вспоминаешь Александра Ивановича в те годы, когда он возвращался из очередной поездки в колхозы, полный свежих впечатлений, обогащенный новым жизненным материалом, с ворохом решенных и нерешенных вопросов. Это было время коренной перестройки колхозного села. Писателя волновали и укрупнение колхозов, и проблема укрепления руководящих колхозных кадров, подъема культуры села, и судьбы людей и перспективы дальнейшего подъема сельского хозяйства. Насколько плодотворно было для него как для художника это непрестанное «вторжение в жизнь»! Мужал его талант. И чем больше вгрызался он в жизнь, тем больше выявлялась его творческая индивидуальность. Он обретал свою тему, свой стиль.
Книга «Крутые годы», вышедшая в 1956 году, имеет подзаголовок «Очерки». Вернее — это публицистические рассказы, живые были уральской колхозной деревни 50-х годов. В них и художественные портретные характеристики, и анализ экономики, и раздумья автора. В то же время это острые проблемные очерки, написанные с публицистической страстностью, с горячей заинтересованностью в том, чем живет деревня. Объединяет их общая тема — тема колхозного руководства.
В очерке «Три соседа» перед нами три типа председателей колхозов, три стиля в работе. С чувством симпатии рисует автор одного из них — Гусельникова, бывшего работника областного управления. Хороший он человек и хороший председатель, не хватает только практического опыта, знания людей. Неплохо идут дела и в соседнем колхозе, где председатель работает тоже недавно, но дело знает. Зато третий сосед, Косотуров, не имеет ни знаний, ни опыта, да к тому же и учиться не хочет. С нескрываемой иронией рисует писатель образ этого чинуши и очковтирателя, разваливающего колхоз, а заодно рисует и образ секретаря райкома, равнодушного к людям и работе человека.
В очерке «Своим умом» с чувством горячей симпатии писатель рассказывает о «колхозном подымателе» Евсюгове. Это человек огромной любви к делу, опытный, руководитель, которого назначают в самые отсталые колхозы, чтобы поднять их, но он неграмотен и мучается этим. Подкрепить практику теорией — его мечта.
«Весь он был одухотворенно приподнят своей страстной мечтой. Казалось, все его крепко сбитое тело вновь налилось той неукротимой энергией, которой он был так щедро наделен от природы. И без всяких оговорок горячо верилось, что если бы дать Ефиму Осиповичу даже не очень высокую общую грамотность и элементарные знания в области агрономии и зоотехники, вооружить его богатейшим опытом передовых тружеников социалистического сельского хозяйства, этот «колхозный подыматель», как иронически отозвался о нем агроном Тепляшин, на наших глазах преобразился бы в талантливого руководителя современного сложного колхозного производства и, очень может быть, встал бы в ряд знатных людей нашей Родины».
Читаешь и видишь живые лица колхозников и колхозниц, представителей новой сельской интеллигенции, партработников, слышишь меткую народную речь. В этих очерках Исетский выступил настоящим мастером диалога, естественного, непринужденного.
Последние четыре года жизни А. И. Исетского были годами напряженной творческой работы.
В 1959 году вышла в «библиотечке одного рассказа» новая его вещь — рассказ «Микита Маленький». Это одно из лучших произведений Исетского, если не самое лучшее, по замыслу, по лепке характера, по языку.
Со всей убедительностью художественной правды изображает писатель судьбу Микиты Маленького, ставшего посмешищем в родном колхозе из-за своей «ересливости». Те же, кто смеется над ним, не замечают, что у Микиты Маленького большая душа мастера, влюбленного в свое дело человека, болеющего за общественные интересы. Новый председатель, для которого вначале Микита представляет существо загадочное и не вполне нормальное, в откровенном разговоре с ним видит перед собой «беспощадного обличителя бед и тягот родного села, кровно преданного ему хозяина». И так же, как в прежних своих произведениях, писатель зовет своим рассказом открывать душ человеческих «золотые россыпи», по горьковскому завету искать в человеке лучшее.