Чтение онлайн

Поэтому сейчас Схеней лихорадочно придумывал, какие гарантии дать Кайдену, при условии, что доверять можно только своим прежним людям, а люди деда и дяди вполне могут его не послушать или продать в попытках найти место понадёжнее.

– Не смейте меня задерживать! – Венанция ворвалась в комнату раньше, чем Схеней успел среагировать.

Увидев его, она побледнела. Взгляд метнулся к Кайдену и обратно к Схенею, краем глаза он отметил, что Кайдена едва не перекосило от её вида.

«Оу, похоже, намечается весьма интересный брак», – насмешливо подумал Схеней, испытывая некоторое удовлетворение от того, что в придачу к короне Кайден получит явно раздражающую его девушку.

Впрочем, тот практически сразу справился с собой и сделал достаточно любезное лицо. А вот Венанция такой быстрой реакцией порадовать не могла: она приоткрывала рот, смотрела то на одного, то на другого. И в её глазах Схеней видел панику.

Усмехнувшись, протянул ей миску с виноградом:

– Угощайся.

Венанция так очевидно выдохнула с облегчением, что у него резко усилились подозрения, что именно она отравила Оксинта, а теперь рада убедиться в его неосведомлённости об этом факте.

«Пожалуй, я выберу себе нежную и послушную жену, – решил Схеней. – Так будет спокойнее».

Правда, сначала предстояло выжить. Он подозревал, что Венанция, если это действительно она отравила Оксинта, может и ему яд подсыпать – так, на всякий случай, чтобы он не разболтал её маленьких тайн. И ей будет плевать, какие проблемы из-за этого начнутся в Унии.

***

Наши с Дэйти шаги отдавались в коридорах эхом, караулящие тут и там стражники вызывали скорее беспокойство, чем ощущение безопасности. Я прекрасно понимала, что и лёгкий озноб, и этот страх – последствия пережитого ужаса и скоро пройдут, а если бы коридоры были пусты, я бы ощущала себя куда тревожнее: среди людей есть как хорошие, так и плохие, но часто само наличие свидетелей не позволяет совершить преступление. Даже принцесса постаралась заманить хитростью, а не приказала своим людям просто привести меня к ней.

Так что стоило выдохнуть. И когда я выдохнула, задумалась о Дэйти. Его желание подзаработать на том, что побьют раздражающую его девушку, понятно, хоть и характеризует его не с лучшей стороны. Даже то, как он в итоге поступил, тоже вполне объяснимо: не все принципы легко нарушить. Но как он собирался дальше жить после того, как сорвал задумку будущей королевы?

Я искоса наблюдала за ним. И вдруг меня обуяла благодарность: Венанция и иным способом могла меня заманить, а из-за Дэйти я не пострадала.

– Может, тебе зуб вырастить? – предложила я.

Дэйти шарахнулся в сторону и посмотрел на меня почти обиженно:

– Да что вам, целителям, покоя мой зуб не даёт?

– Ну, – я неопределённо пожала плечами, – наверное, тебе неудобно, а мы…

– Удобно! – насупился Дэйти. – Мне очень даже удобно! Это – часть образа, а вам, целителям, лишь бы влезть со своими поправками!

– Прости, – примирительно вскинула руки, – я не хотела обидеть, у тебя очень… э-э, красивая дырка между зубами.

Скосив на меня глаз, Дэйти фыркнул и снова дёрнул струны.

– Ты не боишься мести за нарушение договора? – я намеренно не назвала ни имени Венанции, ни титула, чтобы стражники, мимо которых мы проходили, не поняли, о чём речь.

Но Дэйти всё понял, скривился и бряцнул по струнам:

– Получу деньги, полгодика попутешествую, а там Кайден королём станет, – получилось как-то грустно. – Думаю, он вполне сможет обуздать нашу королеву. Ну или хотя бы достаточно жёстко обозначить границы дозволенного, в которые точно не будет входить издевательство над странствующими менестрелями.

Он усмехнулся лукаво-грустно и снова перебрал струны.

Мне не просто хотелось, мне нужно было говорить, чтобы отвлечься, но я не знала, что ещё обсудить, сам Дэйти был неинтересен, общих тем не находилось, я обхватила себя руками и далее шла молча, мысленно перебирая в памяти названия лечебных трав, способы и составы их применения. А так как начала с самых ходовых, то успела перебрать только четыре травы с многочисленными зельями и мазями, в которых они употреблялись, до того, как мы добрались до дверей в мои покои.

Стражники стояли прежние, глянули на нас с подозрением, но вопросов не задали. Я замерла возле дверей: пускать к себе Дэйти не хотелось.

– Вытащи мне стульчик, – ехидно предложил он. – Я тут посижу, деньжата свои покараулю.

Всё же он не испытывал ни малейших угрызений совести за то, что заманил меня в ловушку!

С той стороны стал подвывать и царапать двери Черныш, я открыла створку и чуть не упала, когда на меня рванула половина центнера прекрасного чёрного зверя. Он вертелся вокруг меня, подпрыгивал, преданно заглядывал в лицо и махал хвостом.

Спотыкаясь о крутящегося под ногами Черныша, я добралась до подставки для ног и отнесла её к выходу, всучила Дэйти.

– Благодарю, – карикатурно поклонился он и развернулся к стражникам. – Парни, сегодня вам несказанно повезло: я буду развлекать вас прекрасной музыкой и песнями!

Стражники выглядели довольными. Наверное, им совсем тоскливо было здесь, вдали от сплетен.

Я закрыла дверь.

Засова на ней не имелось, и я решила придвинуть кресло. Оно было массивным, поползло по полу со скрипом, но я дотолкала его до створок и, только перегородив вход, смогла выдохнуть с облегчением.

После чего опустилась на пол, обняла Черныша и беззвучно заплакала.

***

Появление Венанции прервало такие перспективные переговоры! Вдобавок к этому Кайден ощущал некоторую неловкость, ведь он знал: это она отравила дядю Схенея. А она даже не обладала достаточной выдержкой, чтобы спокойно смотреть тому в лицо.

Впрочем, неловкость эта была куда меньше, чем раздражение на Венанцию, недостойное взрослого мужчины, но от того не менее сильное.

Стоило Схенею предложить ей виноград, её словно прорвало: