Чтение онлайн

— Полнейший, — подтвердила Валерия, тоже приблизившись к статуе, чтобы рассмотреть как следует. Стоило ей взойти на широкие ступени, ведущие к пьедесталу, как глаза статуи засветились — неприветливым, мутно-алым огнем. От неожиданности Валерия едва не вскрикнула.

— Рэйнорд, смотри!

— Не бойся, это просто трюк с нажимной ступенью и магическими кристаллами. Сойдешь с нее, и огни погаснут…

Действительно, Рэй был прав. Ничего особенного или сверхъестественного… Камень: мертвый, как и всё вокруг.

Пустая площадка, на которой высился монумент, освещена была довольно скупо — факелы мерцали в нескольких десятках шагах, закрепленные между погребальными нишами, на стенах. Захоронения словно не решались возводить ближе к темному божеству…

Осматривая пустынное помещение, Валерия наткнулась на полуистлевший скелет — но то был не очередной расхититель гробниц, а, как легко догадаться по лежащему тут же посоху, — один из погибших магов, из той самой экспедиции, о которой говорил Рэй. Недалеко от него были и другие двое…

— Что там? — Рэйнорд, увидев, что Валерия остановилась, привлеченная чем-то, поспешил к ней.

Да, эти трое были когда-то светлыми магами из экспедиции, отправленной из Срединных миров для изучения величайших чудес Юниверсума. Невыносимой тоской наполнялось сердце, глядя на жалкие останки ученых мужей, опытных чародеев. Не было их вины в том, что они попали сюда, как и не было злого умысла, или алчных побуждений. Внимание Валерии привлек посох, который и после смерти маг не выпустил из рук. Витого дерева, богато украшенный, он свидетельствовал о высоком ранге бесславно погибшего волшебника. Сейчас посох покрывал густой слой пыли, не коснулась она лишь навершия — граненого адаманта, бывшего когда то сверкающе-прозрачным, а сейчас — потухшего, помутневшего. Сила камня, его душа, ушла след за своим хозяином, оставив пустую, подернутую частой паутиной трещин, оболочку. Казалось — коснись сейчас камня, и тот рассыплется на тысячи мелких осколков.

Скорбь коснулась лица Рэя, мгновенно ощутившего чутьем некроманта последние мгновения жизни несчастных волшебников. Молодой маг позволил образам, событиям далекого прошлого заполнить свой разум, как тогда — у проклятого жертвенника. Мучительное отчаяние, безысходность, что испытали давно умершие, охватили его, заставив сердце похолодеть. Они умирали долго и страшно — от голода и жажды, потеряв всякую надежду на спасение. Чародеям, живущим сотни лет, куда страшнее расставаться с жизнью, чем простым смертным. Эманации муки и страха были столь сильными, что заставили Рэйнорда отшатнуться, схватившись за голову. Отсвет старой, чужой муки пронзил его, причиняя острую боль. Будто ножом — и прямо в сердце.

— Жаль, мы не можем даже похоронить их достойно, — печально произнесла Валерия, отходя в сторону.

Рэйнорд некоторое время молчал, а потом, подойдя к каждому из умерших, негромко произнес короткую, прощальную речь.

— Последние слова для ушедших, — пояснил Рэй. — Пожелания легкого пути в океане Вечной Силы. Не по светлым этот реквием, но уж как мог… У некромантии свой этикет…

Через некоторое время Рэйнорд и Лера снова вернулись к чудовищной статуе властителя смерти. Им обоим казалось, что именно там, подле священного для Древних, монумента, кроется разгадка жуткого некрополя.

Первым делом Валерия решила исследовать украшенный своеобразным, мрачным узором, пьедестал. Меж изломанных, причудливо изогнутых, похожих на хищные шипы, линий, девушке показалась что-то необычное. Не узор, а… Письмена! Конечно, такие же письмена, как те, что они видели в кафедральном соборе. Странные рисунки, завитушки и ломаные линии. А как же кольцо Познания?… И впрямь, стоило Валерии сосредоточиться, как ничего не значащие начертания, колыхнувшись, сложились во вполне понятный, читаемый текст. Не на камне, конечно, а у Валерии в голове.

— Рэй, — голос ее зазвучал возбужденно, — тут что-то написано. Я могу прочитать!

— Да? — он подошел ближе, до сих пор не понимая, что же собралась читать его возлюбленная.

— Тут написано: «Преклони колена свои, смертный, и моли Зелинзара о душах обреченных. Жертвой твоей да останется кровь твоя…». Что бы это значило?

— Попробуй подняться на те ступени, — поразмыслив, посоветовал Рэйнорд, — сдается мне, не спроста горят глаза у этого… Зелинзара.

Пришло время осмотреть и ступени. Всего их было три — невысокие, но широкие, как алтарь, ступени. Видимо, именно здесь следовало «преклонить колена». Тут же, под слоем пыли, они обнаружили и текст молитвы… Для Рэя это был непонятный орнамент, а для Валерии — произносимый, но малопонятный, бессмысленный текст. Что-то вроде клятвы Темным богам. Девушка послушно стала на колени перед гигантской, с хищно горящими глазами, фигурой. Сейчас она казалась хрупкой и беззащитной в сени широко распахнутых, черных крыл статуи. Валерия громко и четко произносила слова молитвы, чувствуя, что постепенно впадает в транс. Голос лился ровно, то возвышаясь, то затихая… Но вот и конец. В подземелье повисла тишина — тяжелая и гнетущая. Теперь нужна жертва.

Только теперь девушка заметила небольшую каменную чашу у самых ног черного божества. Молча вытащила она из-за пояса кинжал, решительно взошла к пьедесталу, и быстро рассекла кожу на запястье. Том самом, где еще не успели зажить старые раны, оставшиеся после охоты на вампира. Звук падающих в черную, похожую на ненасытный зев чашу, капель крови, казался неправдоподобно громким. Гул, похожий на удары гигантского сердца разнесся по подземелью. И, что это? Как будто легкое шевеление воздуха, мимолетное дуновение, подъявшее с пола многовековую пыль?

— Получилось… — Валерия застыла, не до конца еще веря, что им, наконец удастся выбраться из этой, казавшейся безвыходной, ловушки. — И, кажется, теперь я понимаю смысл слов: «Пока ты жив, не умирай…»

— Думаю, идти надо к северному выходу. Так мы намного сократим путь, — Рэйнорд аккуратно взял Леру за руку, помогая быстрее остановить кровь.

— Ты прав, — вздохнула девушка, — бессмысленно возвращаться ко входу; вряд ли Шангри до сих пор там.

Она до сих пор не могла простить себе произошедшего. Хоть не было в этом ни ее, ни Рэйнорда вины, но успокоиться никак не получалось. Она даже боялась помыслить о том, что могло случиться с бедным Шангри.

………………

Яркое, послеполуденное солнце ударило по глазам, успевшим отвыкнуть от света. Здесь не было тумана, как в гибнущем лесу, оставшемся позади. Тут все давно было мертво — серо-бурая земля, покрытая иссохшей травой, голые, почерневшие скелеты многовековых деревьев. Прохладное уже по-осеннему солнце равнодушно смотрело на пустой, обглоданный лес — это своеобразное кладбище деревьев. Сухо, неприятно хрустнули опавшие ветки под их шагами, словно Лера и Рэйнорд шли по чьим-то костям.