Чтение онлайн

— Оставь ты, — махнул рукой Леон, видя, что друг хочет их окончательно упокоить. — Побереги лучше силы, кто ведает, что там, на севере?

Шли они еще долго, постепенно теряя счет времени. Пару раз останавливались перевести дух — обоих до сих пор не покидало чувство слабости. Путешествие из мира в мир отнимает много сил — магических и физических.

— Рэйнорд — сильный некромант, — задумчиво произнес Дарк, — почему же он не упокоил их всех? То заклинание, на поляне…

— … странная помесь некромантии и боевой магии, — закончил за него Леон, — сдается мне, у них не было времени, а может быть, хоть и не хочется об этом думать, — сил, чтобы покончить со всеми одним махом. Похоже, Рэй с союзником скрывались бегством. Впрочем, думаю, их мы найдем без особого труда. Тропинка-то вся мертвяками выложена, — в подтверждение своих слов, маг пошевелил сапогом посеченные, безжизненные останки.

Дарк, хоть и помрачнел заметно, но ничего не сказал. Тяжкие думы полнили его разум, царящая вокруг агония всего живого приводила в смятение, а побег Рэйнорда сотоварищи, кажущийся таким нелогичным, вызывал смутные опасения. Впервые за много-много лет темный маг понял: не настолько он и невозмутим, как хотелось казаться. Одно дело — степенно прохаживаться по богато изукрашенным коридорам Университета, ловя на себе восхищенные взгляды студентов, или предаваться созданию очередного виртуозного заклятья в тиши и полумраке родного заклинательного покоя, а совсем другое — оказаться внезапно в чужом, недружелюбном мире, когда с одной стороны — не знаешь с чем имеешь дело, а с другой — постоянно тревожишься за непоседу-Рэйнорда.

— Ты, дружище, не заморачивался бы по этому поводу, — будто прочел его мысли Леон, — молодежь не особо любит, когда мы, старики, в их дела вмешиваемся. Это одно. А другое — не так страшен черт, как его малюют!

— Кто? — Дарк удивленно поднял взор, только что задумчиво опущенный к земле.

Понабрался же товарищ выражений в этом немагическом мире!

— А, долгая история, — махнул рукой маг, — а если по-нашему: не так жуток некромант, как его воображают. Не в обиду будь сказано…

Дарк улыбнулся, покачал головой. Столько лет прошло, а Леон все подзуживает его, как в далекой юности. По привычке, наверное. А ведь когда-то он, ныне степенный, а иногда — просто не в меру серьезный, темный маг, бросался на товарища с кулаками. А может, и впрямь, пустое всё — этот ореол неприступности, загадочности, кокой-то отстраненности, в который он кутался столько лет, словно в глухую ткань плаща?

— Вот вытащим Рэйнорда отсюда, я с тобой еще поборюсь! — пообещал Дарк, усмехнувшись.

Вот так вот, слово за слово, маги и сами не заметили, сколько изгибов тропинки осталось позади. Тем временем наступили серые, промозглые сумерки, сгущалась пелена тумана. Он стелился дымом по земле, поднимался, скручиваясь в неподвижные фигуры, меж замшелых остовов деревьев. И силуэты эти напоминали гигантских призраков, стражей древних гробниц — бессмертных и безжалостных.

— Эк тут мерзопакостно! — поморщился Леон и, не мудрствуя лукаво, зажег магический огонь, да такой, что по яркости мог поспорить с десятком факелов.

Серая хмарь, колыхнувшись, попятилась, отступая вглубь леса; втянул щупальца призрачный зверь. На десяток шагов вокруг стало светло, как в ясный полдень.

— Смотри-ка, еще не разучился, — довольно потер руки Леон, — а то, поди, за три сотни лет и как мать нарекла, позабудешь…

Свет оказался таким живым и ярким, что Дарку даже стало казаться, будто стало немного теплее. Этот лес — тихий, мрачный и сырой, как могила…

— Тут как в склепе, — темный маг плотнее закутался в плащ, поднял высокий воротник.

— Пожалуй, — согласился Леон, — а послушал бы твои речи какой-нибудь невежественный деревенщина и подивился бы…

— А то, — кивнул Дарк, — мы, темные, у них всегда хуже живых мертвяков считаемся. Послушать такие россказни, я должен в некрополе жить, на ложе из костей почивать да непорочными девицами ужинать… погоди-ка… — Дарк, шедший чуть впереди, неожиданно остановился, вглядываясь куда-то в сторону, — что это еще такое?

Действительно, поодаль, где деревья росли чуть реже, и куда не достигал уже яркий магический свет, высилась странная груда. Стоило подойти ближе, как все стало ясно — перед товарищами высилось жуткое нагромождение беспорядочно наваленных, исковерканных тел. Нежить! Тут была отчаянная битва живых и мертвых. Дарк обошел место сражения кругом, равнодушно вдыхая жуткий смрад на глазах разлагающихся трупов. Казалось, тлен мстил вырвавшимся на время из его власти, телам, торопливо пожирая бренную плоть. Навал павшей нежити, высотой в целый рост, смыкался вокруг гигантского, в три обхвата, дуба. Это же глухое окружение, из такого невозможно вырваться! Значит… На мгновение Дарку стало страшно. Кого похоронила под собой эта омерзительная груда?

На плечо легла тяжелая рука Леона. Он вовремя остановил собравшегося уже разбрасывать груду мертвечины, Дарка. Некромант в волнении начисто позабыл, что он — маг, и готов был вручную оттаскивать трупы.

Леон совершил несколько быстрых пассов, от которых мертвая гора сначала просто содрогнулась, а затем заклинание и вовсе разметало трупы, как ветер — осенние листья. Леон поспешно направился к дереву — несомненно, сражавшихся нужно искать там. Он, старый маг и бывалый воин, боялся представить, что сделала с несчастными беснующаяся толпа нежити. Вот и могучий дуб. И что же? Взглядам товарищей открылось беспомощно прислонившееся к шершавому стволу, тело. Юноша сидел прямо на земле, крепко сжимая в обоих руках тонкие сабли. Жив ли, мертв — не разобрать: одежда изорвана, лицо и руки в запекшейся крови, голова безвольно повисла набок.

— Это не Рэй! — вырвалось одновременно у обоих. Друзья переглянулись.

— Я даже не уверен, жив ли парнишка, но надо попытаться помочь, — начал Леон.

— Это я беру на себя, — уверил его некромант, и, не теряя времени, склонился над безжизненным телом.

А что Леон? Он волновался не меньше товарища, но, к несчастью, помочь ничем не мог. Поэтому то ему не оставалось ничего другого, как остановиться чуть поодаль, чтобы не мешать. Когда чья-то душа висит на волоске, лучше доверить ее в руки магистра жизни и смерти. Он лишь удивленно покачивал головой, улавливая отрывки мощного заклятья. И, если физические раны Дарк врачевал энергией Тьмы, в изобилии разлитой повсюду, преобразуя силу разрушения в созидающую, то удержать ускользающий дух можно лишь поделившись своей жизненной силой.

Магическим зрением Леон видел эманации боли, колыхнувшиеся подле Дарка, подобно клубящемуся кровавому дыму, видел он и пламенеющие «стежки», налагаемые уверенной рукой некроманта на брешь, сквозь которую рвалась прочь из тела, жизнь. Смесь удивления и восторга колыхнулась в душе мага, впервые он видел настолько виртуозно исполненное заклятье, возвращающее дух почти с самой границы Сущего, за которой — лишь серое небытие. Леон знал, что боль это заклятье порождает просто невыносимую, но Дарк даже не поморщился — вот она, легендарная сила воли, крепче, чем сталь!

А время шло, и Леон уж стал подумывать о том, как бы помочь другу, но неожиданно все закончилось. Дарк медленно поднялся с колен, отер дрожащей рукой холодный пот со лба, и в изнеможении прислонился к шершавому стволу дерева. Леон поспешно протянул другу фляжку, которую всегда заботливо носил у пояса.

— Что это?! — Дарк, сделал большой глоток, и, кажется, только теперь испытал настоящий шок. По крайней мере глаза темного мага значительно округлились.

— Старая добрая перцовка, — Леон засмеялся, похлопав по спине закашлявшегося с непривычки, друга, — только в том мире такое готовят. Знатный рецептик — можно задорого гномам продать. Они охочи до «пламенных» напитков.