Чтение онлайн

Дедушка в ответ весело рассмеялся.

– Ну ты даешь, – сказал он, успокаиваясь. – Конечно же, нет. Бренды возникли тогда, когда изжили себя клейма кустарных мастеров. А люди по привычке продолжали им доверять даже после расцвета мануфактурного и затем фабричного производства. Поэтому фабриканты изобрели замену. Но настоящие вещи не имеют никакого отношения к брендам. Больше того: среди подделок вариант встретить что-то настоящее даже выше. Как думаешь, почему?

Теперь я, ожидая подвоха, рассуждал более вдумчиво.

– Дело в условиях труда… там, где делают подделки, они тяжелее, да? – предположил я.

– В целом верно, – кивнул дедушка. – Уважающие себя бренды стараются обеспечить стабильное качество. Для этого нужно вводить стандарты труда на предприятиях. Чем больше стандартов, тем меньше возможностей для творческих или трагических всплесков.

– Ясно, – кивнул я.

В этот момент из глубин бутика показалась ещё одна девушка. Она несла на подносе крохотный чайничек и пару чайных чашек. Пока мы разговаривали, она устроила для нас что-то вроде чайной церемонии в миниатюре.

– Но, кстати, старина Луи действительно создал в своей жизни настоящую вещь. Под самый конец своей карьеры. Ему было семьдесят лет. Он сотворил небольшую настоящую дорожную сумку для своего сына, Жожра. И вскоре после этого умер. Сын возглавил компанию и успешно вёл дела… догадаешься, в чём было предназначение той сумки? – спросил дедушка, глядя на меня с хитрым прищуром.

– Она повышала трудоспособность? – спросил я.

– Интересная версия, но нет, – улыбнулся дедушка.

– Помогала сохранять верность?

– Тоже не верно! – он помотал головой и сделал глоток чая. – Понимаешь, какое дело: Луи вовсе не был добряком. Скорее, наоборот. Он очень много пережил в детстве, когда скитался полуголодный в поисках работы… и он очень, очень высоко ценил свой собственный труд.

– Сдаюсь, – вздохнул я, пожимая плечами. – Не догадаюсь.

– Это была злая вещь, Гера, – сказал дедушка. – Любой из его конкурентов, которые пытались копировать решения его компании или даже занимались прямыми подделками, разорялся после личной встречи с ним. Если при нём была эта сумка.

– Вот как… он был ценителем? – спросил я.

– Нет, – ответил дедушка, сделав ещё один глоток чая. – Вовсе нет. Он был слишком скуп для ценителя. Он просто следовал ритуалу после первой, удачной для него встречи. В каком-то смысле он был очень суеверен… тем не менее, он не смог или не захотел рассказать об этой примете своему сыну Гастону. В результате мне удалось перекупить эту сумку. Невероятно дорого по тем временам, но, сам понимаешь, для таких вещей деньги – не цена, – он подмигнул мне.

– Получается, это… она? – ошарашенно спросил я, глядя на его барсетку. Но я ведь ничего не почувствовал!

– Нет-нет, что ты! – отмахнулся дедушка. – У меня нет таких врагов, против которых её стоило бы применить… – сказал он, но тут же добавил: – уже нет.

Я тоже решил попробовать чай, который нам принесли. Это оказался отличный пуэр.

– Это очень качественная подделка, Гера, – сказал дедушка, поглаживая барсетку. – Кстати, Жорж ненавидел подделки, и даже изобрёл этот логотип и знаменитый принт, который ты здесь видишь. По иронии судьбы, в наше время это один из самых подделываемых символов в мире.

Я улыбнулся. Действительно, во время наших «челночных» поездок он встречался довольно часто.

Вернулась первая девушка. Она несла на подносе три женские сумки. Что-то прочирикав на китайском и заискивающе улыбаясь перед дедушкой, она поставила их на столик, забрав поднос с чаем и чашками.

– Смотри, – дедушка указал на сумки.

Я осторожно взял одну из них в руки и начал рассматривать.

– Смотри не глазами, – продолжал дедушка. – Старайся чувствовать. Помни, что за вещь перед тобой, и что она должна значить. Что за ней стоит.

– Это обычная вещь… – немного растерянно проговорил я.

– Для тебя – да. А для множества женщин это очень важный символ, дающий целый спектр ощущений. Часто даже меняющий взгляд на мир… скажи, ты смотрел «Завтрак у Тиффани»? – спросил он.

– Нет, – я пожал плечами.

– Ничего, на обратном пути исправим, – подмигнул он. Сквозь толстые дымчатые стёкла его очков это смотрелось странно.

Потом дедушка замолчал. А я очень долго рассматривал сумки и, как он советовал, старался их прочувствовать. Но заодно я всё-таки запоминал мелкие детали: размер строчки, её расположение, углы. Ощущение материала на ощупь. В какой-то момент я даже понял, что мне это нравится. Изучение качественной вещи доставляло эстетическое удовольствие, пускай она и не была настоящей.

Так прошло довольно много времени. Потом дедушка позвал продавщицу, указал на одну из сумок, после чего рассчитался за неё через карточный терминал.

Через пару минут покупку вынесли, упакованную в красивую картонную коробку и брендированный бумажный пакет.

– Ну как тебе? – спросил дедушка, когда мы вышли из бутика в сутолоку пешеходной улицы.

– Понравилось, – честно ответил я.

– Отлично. Теперь перейдём к следующему этапу.

Я едва сдержал разочарованный вздох. Честно говоря, я успел немного устать и надеялся, что сейчас мы вернёмся в отель.

Однако же мы вышли с пешеходной улицы, прошли пару кварталов, потом дедушка поймал такси.

– Теперь мы едем на рынок, – сказал он. – Там продаются копии вещей известных брендов.

– Понял, – кивнул я.

Поездка оказалась долгой. Наконец, мы остановились возле огромного здания футуристического вида, на краю обширной площади, где было много народа.

– Ого! – сказал я, когда мы вышли из такси, разглядывая здание. – Это у них такие рынки?

Конец ознакомительного фрагмента.