Чтение онлайн

Один из бойцов Лари, звали его Мок, сказал:

– При восстании роботов мы уничтожали их боевые машины при помощи одной хитрости и простого оружия, многие бойцы в колониях называют его акинормом. Стреляли электрическим зарядом в лоб боевой машине. Её энергия автоматически направлялась в место атаки, но тыловая и боковая защита ослабевали. Потом мы стреляли сзади и где придётся, и так получалось их вывести из строя. Есть в этом способе один секрет: необходимо это делать быстро и синхронизировать выстрелы с задержкой не более чем на пару секунд. Если не успеть выстрелить, защита довольно быстро восстанавливается. Так может, попробовать ослабить защиту? Послать сигнал системе корабля «снять защиту» и так обеспечить доступ?

– Это хорошо… Это очень хорошо, – сказал майор. – Лари, пошли Мока и пусть займёт позицию. Ример, настрой сигнал. Все за дело, пробуем.

Мок вскоре сообщил:

– Я на месте, готов открыть огонь.

– Подожди, настроим сигнал, – сказал майор.

Я, наконец, нашёл коды доступа и, положив указательный палец на кнопку отправки сигнала, доложил Хопу, что всё готово.

Майор сказал:

– Готовность. На счёт «три», Мок, стрелять, а на счёт «два» я стреляю бортовым лазером со звездолёта. На счёт «четыре», Ример, жми кнопку. Всем понятно?

Мы подтвердили. Майор бойко скомандовал:

– Так, начинаю счёт. Один, два, выстрел, три, Мок! Выстрел. Оболочка корабля «оживилась» от выстрела бортового лазера звездолёта. Стала ярче. На счёт «три» Мок выстрелил в заднюю часть корабля. Счёт «четыре» от майора уже не последовал. Неожиданно для нас мы увидели две яркие вспышки на корабле. Наш звездолёт очень сильно тряхнуло, мы все попадали на пол. Звездолёт накренился, и я кувырком скатился в угол кабины управления. От сильных ударов мы все потеряли сознание. Я очнулся оттого, что меня, взяв за грудки, тряс Мок и кричал: «Ты живой? Очнись, Ример!» Увидев, что я подаю признаки жизни, он аккуратно положил мою голову на пол. Я, превозмогая боль в шее, с большим трудом и ничего не понимая, оглядел кабину звездолёта. Затем стал медленно соображать, что же произошло. В моей голове шумело. Я попытался сесть. С большим трудом, держась рукой за затылок, я стал понимать, как сильно нас тряхнуло. Мок в возбуждённом состоянии громко орал: «Нас обстрелял корабль! Сейчас, Ример, сейчас разберёмся!» Он пробрался к штурвалу, включил резервный пульт пилота и всё говорил: «Потерпи, Ример, потерпи».

Наш звездолёт стал выравниваться. Мок бурчал себе под нос: «Давай, давай!» Наконец звездолёт принял обычное положение. Мок бросился к остальным членам экипажа и попытался привести их в чувство. Больше всех пострадал майор Хоп. Он не мог говорить, только стонал от сильной боли. Мы, как смогли, всем оказали помощь. Хопа уложили, и Лаура с особой осторожностью перевязала ему голову. Лари склонился над своим бойцом Лансем и что-то говорил ему, но было понятно, что Ланс мёртв.

Мок обратился ко мне:

– Теперь ты старший. Что будем делать?

Я спросил:

– Что случилось?

Мок, уставившись, как загипнотизированный, на мёртвого Ланса, ответил:

– Выстрел с корабля повредил два посадочных упора, я опустил два исправных упора и положил звездолёт на брюхо. По мне тоже с корабля был выстрел, но я стрелял из-за укрытия и почти не пострадал. Звездолёт повреждён. Точнее пока доложить о повреждениях не могу.

Мы сели в кресла. Было видно, что никому из нас сейчас не до спасения корабля, а самих бы кто-нибудь спас.

Сидя в кресле пилота, я сказал:

– Давайте посмотрим, что с нашим звездолётом.

Самым неприятным был выход из строя одного двигателя. Отключение гравитации было исправно, можно было вернуться на орбиту, другого выхода у нас не было. Я всем предложил пристегнуть ремни. Мы с осторожностью взлетели и направились к нашему межгалактическому кораблю. Там было наше спасение. При подлёте к «Ра» связь появилась. Я доложил капитану о случившемся. Мы с большим трудом сели в грузовом отсеке, и нас всех отправили в медицинский отсек. Довольно быстро доктор поставил нас на ноги, но с майором Хопом дело обстояло плохо. Он впал в кому.

Доктор сказал мне:

– Хоп долго может находиться в коме. Все повреждения мы подлечили, но медицинская капсула для восстановления сознания бессильна. Будем надеяться на положительный результат. Хотя шансы у Хопа пятьдесят на пятьдесят.

Только после этих слов доктора я осознал, что теперь вся ответственность на мне. И эти бюрократы на Земле будут критически анализировать каждое моё решение. Если мы, конечно, вернёмся, а нам надо вернуться. Альтернатив у нас много, а выход только один – выполнить задание и вернуться. На этом я успокоился и стал обдумывать наши дальнейшие действия. После всех этих событий Лаура старалась держаться возле меня. Она словно постоянно искала защиты.

Мы с капитаном изучили данные о планете. Обнаружили, что защита с корабля «Руина» снята. Все были уверены, что я всё-таки успел нажать кнопку и послать сигнал, но я точно помнил, что к ней не прикасался. Я рассудил просто: может быть, во время выстрела по нашему звездолёту эта кнопка как-то нажалась или что-то на неё упало. О своих умозаключениях я никому не рассказал. Защита снята, результат достигнут, но на сердце было неспокойно.

– Решено, высаживаемся на планету для спасательной операции. Наш звездолёт техники отремонтировали. Препятствий нет, – распорядился я. – Лари, Мок и Лаура, летим, попытка номер два.

Я попросил капитана выделить нам пилота. Капитан поручил эту миссию Фоксу. Приземлились мы без происшествий. Точку для посадки выбрали ближе к кораблю, не более 100 метров. Фокс связался с системой корабля. На вопрос, где экипаж, опять последовало полное молчание. Только шум и треск в наушниках. Мы отправились к объекту. Убедились, что действительно защиты нет. Открыли грузовой трап, он опустился с небольшим ударом о грунт. Поднялась пыль, но быстро рассеялась. Из корабля выходил странный серебристый туман. Мне стало жутко от неизвестности. Поистине правда: неизвестность порождает страх. Я вглядывался внутрь грузового отсека – тьма. Неожиданно сработала автоматика и включился свет. Я подумал: «Это нормально». Мы огляделись. Из двух штатных звездолётов один отсутствовал. Вездеходы были все на месте, но один из них сильно раскурочен.

Серебристый туман рассеялся. Мы направились в жилые отсеки. Признаков экипажа не было. Добрались до места пилота корабля. Никого, пусто. При нашем появлении автоматически стал нагнетаться воздух. Давление и атмосфера в корабле нормализовались. Мы сняли шлемы. Усаживаясь в кресло пилота, я сказал:

– Давайте посмотрим видеоархив, что же здесь произошло.

Я просмотрел отсек за отсеком, последние сеансы видеосвязи с Землёй и обнаружил невероятное.

– Смотрите, – обратился я ко всем, – в отсеке спасения капсулы показывают наличие белковых организмов!