Чтение онлайн

Этап первый.

Рамазан воспользовался возникшим обстоятельством и под прикрытием Мокшина, к которому не питал никаких симпатий, толкнув его в спину, атаковал Крутова. Егор мог бы ответить очередью из автомата, что, наверное, и сделал бы в другое время и в другой обстановке, например, во время операции по обезвреживанию террористов или бандитов, но Георгия и милиционера в погонах полковника убивать не хотел и стрелять не стал. Только увернулся от тела и сбросил с правого плеча ремень автомата. И тотчас же летящий вслед за мэром, как снаряд, кавказец, характерно хекнув, саданул Егора сжатыми в «копыто» костяшками пальцев в переносицу. Если бы не реакция Крутова и его чутье сакки – «ветра смерти», он бы тут же и погиб – противник бил с выплеском энергии и целил в носовую перегородку. Такой удар ломал перегородку, перебивал пучок носогубных артерий и вгонял острый край кости в мозг. Ушел от него Крутов в самый последний миг, миг сатори – боевого просветления. Но и без того, не попав в цель, удар был слишком силен и порвал кожу на щеке под глазом, слегка оглушив Егора. И опять же, если бы не его боевые рефлексы, натренированные сотнями схваток и тренировочных боев, безошибочно управляющие телом даже в моменты отключения сознания, противник добил бы его, остановись он хотя бы на мгновение, однако полковник за секунду сделал еще четыре движения: ушел от «связанной спарки», то есть удара, наносимого другой рукой в голову вслед за первым, травмирующим, слегка присел, убирая голову от «клюва орла», опустил левую руку вниз, прикрывая пах, и толкнул – не ударил, а именно толкнул, потому что для нанесения ответного удара пространства в этом положении не было, – противника в плечо.

Это позволило ему заблокировать четвертый удар – коленом в промежность и на несколько мгновений прервать атаку Рамазана, не ожидавшего, что противник устоит. Тогда кавказец начал второй этап боя, применив методы захвата, выкручивания суставов, сжимания тела и удушения. Действовал он все так же быстро, плавно, без остановки, а обладая большой физической силой, вполне мог сломать руку, передавить горло или скрутить тело противника до сжатия надпочечников, что приводит к смерти от удушения.

Крутов тоже не остановился на достигнутом, опережая Рамазана на какие-то доли секунды за счет угадывания приемов и предвидения его действий. Поэтому как только кавказец захватил его правую руку и блокировал ее предплечьем, одновременно надавливая на плечо левой и заводя ее за спину, удерживая ноги Егора своими и с силой закручивая его торс влево, Егор ответил «гирей», то есть подогнул ноги, падая вниз, и тут же, выскальзывая из захвата, ударил поднимающимися вверх кулаками по ушам противника.

Рамазан отшатнулся, невольно поднимая локти для защиты верхней части груди и горла: обычно после удара по ушам последователи восточных единоборств применяли прямые удары в открывшееся «пространство верхнего пояса», но Крутов был воспитан по системе барса и ударил «двойным топором дровосека» – ребрами ладоней сверху вниз по почкам кавказца, заставляя его защищаться по длине, то есть комбинацией блоков, уклонов и отходов. Понимая, что проигрывает Крутову в скорости мышления и проведения приемов, он сориентировался и начал третий, судорожный этап боя, «технический», с использованием того арсенала, который он носил с собой.

Сначала он метнул в Крутова нож, а когда Егор отбил его неуловимым движением автомата – искусству отбивания летящих сюрикэнов – тотоку хиёси его научил еще Мстислав Калинович, – Рамазан ласточкой нырнул на пол, за своим пистолетом, одновременно ухитрившись достать из ножной кобуры еще один пистолет – «глок-27» из так называемой «карманной» серии. Но ему, чтобы проделать этот трюк и начать стрельбу, требовалось выполнить четыре движения за полсекунды, Крутову же достаточно было нажать курок автомата, висевшего на левом плече. Но стрелять он не стал – метнул дентайр. Для этого ему понадобилось всего две десятых секунды.

Федотовский кинжал вошел в ухо Рамазану по самую рукоять и отбил ему всякую охоту воевать и двигаться. Выстрелить кавказец так и не успел.

В гостиной Мокшина наступила пугливая тишина. Белый, как полотно, хозяин и его высокий гость молча смотрели на труп коллеги, под головой которого расплылась небольшая лужица крови. Тихий щебет мобильного телефона прозвучал как взрыв гранаты, заставив всех вздрогнуть. Крутов шевельнул стволом автомата.

– Отвечай.

Мокшин, сглотнув слюну, трясущейся рукой (да, не герой ты у нас, господин мэр, только на вид кажешься героем, и то лишь, когда тебя прикрывает кодла в пятнадцать человек) взял трубку телефона.

– Я слушаю… да… н-нет, все в порядке, Рамазан… развлекается… нет, не надо, ждите. – Он выключил телефон и посмотрел на Крутова собачьими глазами.

– А теперь делай то, что я тебе сказал, – тихо проговорил Егор. – Еще раз попытаешься зайти мне в спину – убью!

– Георгий… – начал было полковник милиции, на которого победа Крутова тоже оказала впечатление, и умолк, заметив его жест.

Мокшин помог своим телохранителям прийти в себя и повел их, ничего не соображавших, за собой. Дверь за ними закрылась. Надежды на него было мало, вряд ли он собирался ехать в Жуковку спасать Елизавету, но Егор был уверен, что в ближайшие полчаса никаких решительных действий от него можно не ждать. Мэр Брянска оказался достаточно впечатлительным человеком.

– Теперь разберемся с тобой, – сказал Крутов, присаживаясь на краешек стола напротив полковника. Потрогал щеку под глазом, озабоченно посмотрел на окровавленные пальцы, достал платок. – Фамилия, должность.

– Я не обязан… – угрюмо бросил строптивый милиционер, поглядел в ледяные глаза Крутова и поежился.

– Фамилия, должность? – повторил тот.

– Свирь, начальник горУВД.

– В хорошую же ты компанию влип, начальник Свирь. Ты хоть знаешь, чем занимается твой друг Жора Мокшин?

– Он мэр…

– Да какой он мэр, – поморщился Егор, – гангстер! О Российском легионе что-нибудь слышал?

Взгляд исподлобья, с проблеском недоумения.

– Что за Легион?

– Значит, не слышал. Видишь, как они тебя не уважают? Держат за пешку, чтобы подставить в любой момент, да денежками, наверное, снабжают регулярно… чтобы не слышал того, что слушать не положено. Впрочем, скоро у тебя спросят, что ты делал в компании с Мокшиным и Дубневичем. Ты мне, в общем-то, не нужен, ответь только на пару вопросов. Кто это? – Егор кивнул на тело Рамазана.

– Какое это имеет значение?

– Никакого. – Крутов остался спокоен. – Но если ты, проститутка милицейская, будешь и дальше отвечать в том же духе, я тебя евнухом сделаю! Кто этот человек?

Полковник Свирь понял, что собеседник не шутит. Сказал нехотя:

– Рамазан Рахимов, эксперт… из спецподразделения РУОПа…

– Уж не эксперт ли по «зачистке»? Слишком хорошо для руоповца владеет рукопашной. Как он оказался в вашей компании? Он тебе подчиняется?

– В особых случаях… когда требуется обезвредить особо опасного преступника…