Чтение онлайн

Возможно, такой «диалог» и можно назвать разговором, возразит мне читатель, но ведь рамки его очень узкие, не спросишь растение ни о самочувствии, ни о том, любит ли оно музыку или, скажем, тишину. К тому же подобный разговор совсем не похож на привычное нам общение — ответа на каждый вопрос надо ждать очень долго: спросишь весной, а ответ получишь только к осени.

Что ж, читатель прав. Подобный разговор не может удовлетворить в полной мере. О многом хотелось бы порасспросить наших зеленых друзей. Увы, они молчат.

Но так ли это? Скажем, та же музыка. Свое отношение к ней растения высказывают достаточно ясно и определенно, хотя и не говорят. Такие опыты проводили в разных странах — и получали удивительные результаты. Например, ежедневно по утрам исследователи устраивали для водяного растения элодеи 25-минутный концерт. Наблюдая под микроскопом за цитоплазмой листа, они убедились, что ее движения убыстряются. Только через несколько минут после того, как музыка замолкала, восстанавливался прежний ритм.

Серия подобных опытов поставлена с мимозой стыдливой. Высота мимоз, «слушавших» музыку, оказалась в полтора раза больше тех, которые содержались в таких же условиях, но «скучали» в тишине. «Музыкальные» растения были пышнее, гуще покрыты листьями и шипами.

Одно из объяснений этому замечательному явлению уже нащупано. Дело в том, что в потоке музыкальных звуков присутствуют и их неслышные собратья — ультразвуки. А ультразвуковые колебания воздуха заставляют жидкие питательные вещества двигаться по капиллярам-канальцам растения более энергично. Жизненный ритм ускоряется.

Некто Робертс, любитель-огородник из Англии, вырастил с помощью музыки огромный помидор. Ежедневно он надевал на зреющий плод радионаушники и «услаждал» его всевозможной музыкой. Помидор достиг почти двух килограммов веса.

Некоторые исследователи утверждают даже, что многие растения хорошо разбираются в музыкальных жанрах. Одним больше нравятся бодрящие марши, а другим — мелодии вальса.

Двое индийских исследователей, Сингх и Панниах, решили проверить, как действуют на «самочувствие» растений… танцы. Каждое утро Панниах в течение 15 минут танцевала перед подопытными растениями (это были бархатцы) один и тот же танец. Прошло несколько недель. И вот результат: бархатцы, перед которыми танцевала исследовательница, росли быстрее контрольных и зацвели на 15 дней раньше!

Все это на первый взгляд смахивает на выдумку, однако опыты индийских ученых были проверены и подтвердились.

О причине столь удивительного воздействия танцев на жизнь растений можно пока лишь догадываться. Возможно, тут действуют инфразвуковые колебания воздуха, которые возникают при танце и воздействуют на растение (об инфразвуках мы уже говорили раньше). Косвенно такой вывод подтверждают и другие опыты. Близ теплицы, где росли растения, запускали тихоходный электродвигатель, генерирующий инфразвуки. Вибрация при работе двигателя передавалась растениям, и они развивались заметно быстрее.

Ну, а нельзя ли все-таки «разговорить» растение? Можно! Ведь сейчас в распоряжении науки есть уже много таких приборов и методов исследования, о которых прежде приходилось только мечтать. Исследователи растительного царства открывают теперь все более поразительные вещи.

Подумаем над таким вопросом. На Земле существуют два мира живой природы: животные и растения. Каждый из них имеет свои характерные, специфические особенности, идет своим путем развития. В то же время — это один мир живой материи.

Между животными и растениями нет непроницаемой стены (кстати, точно так же, как нет четко обозначенной границы между живым и мертвым: состояние глубокого анабиоза, природа вирусов, семена растений, пролежавшие тысячелетия и возрожденные к жизни, — сколько тому примеров!). Известно много организмов, наглядно демонстрирующих диалектическое единство животного и растительного мира. Уж не говоря, скажем, о тех же растениях-хищниках, порой очень трудно, даже невозможно определить, к какому царству живой природы отнести найденное существо. И в этом — не парадокс природы, а ее глубокое содержание; ее материальное единство; единство общих законов эволюции органического мира.

Никак нельзя забывать и о том, что оба царства — животное и растительное — вышли когда-то из одного. Разве они не несут в своей природе единые черты живого вообще?

Несомненно, несут. Как несет вышедший из мира животных человек в себе — в генах, в психике, в физиологии — немало от своих четвероногих предков.

«Идя путем объективных исследований, — говорил И. П. Павлов, — мы постепенно дойдем до полного анализа того беспредельного приспособления во всем его объеме, которое составляет жизнь на Земле. Движение растений к свету и отыскивание истины путем математического анализа не есть ли, в сущности, явления одного и того же ряда? Не есть ли это последние звенья почти бесконечной цепи приспособлений, осуществляемых во всем живом мире?»

Все эти мысли в данном случае нужны нам для того, чтобы поставить интереснейший вопрос: что мы знаем о чувствах растений? Именно о чувствах — не столь уж важно, будем мы говорить о них в кавычках или без кавычек. А также о нервной системе, благодаря которой растения, как и животные, способны откликаться на внешние раздражители.

Что же они чувствуют, наши зеленые друзья?

Известный индийский ученый Джагдиш Бос был одним из первых, кто исследовал ответы растений на раздражения. В качестве «подопытного кролика» у него была мимоза. Затем он перешел на другие растения. Растения откликаются на многие воздействия из внешнего мира — таким был вывод исследователя.

Мимоза, после того как ей начинают причинять боль, стремится повернуть свои листья к экспериментатору той стороной, которая покрыта колючками. А когда Бос опрыскивал это растение водным раствором спирта (другими словами, водкой), мимоза беспорядочно перебирала листьями, и прибор с записывающим устройством, присоединенный к растению, чертил на бумажной ленте самые замысловатые кривые. Словно и в самом деле мимоза была пьяна!

«Мне удалось, — пишет Д. Бос, — получить от бессловесного растения красноречивую хронику внутренней жизни и переживаний… Самостоятельные записи, сделанные растением, говорят, что даже у высших животных нет таких проявлений, которые не были бы предвосхищены в жизни растений».