Чтение онлайн

На миг ей показалось, что ее слова убедили Майю. На лице фэйргийки мелькнула какая-то непонятная тоска, горькое сожаление. Потом Майя сказала печально:

— Ох, до чего же ты все-таки глупая, прямо как овца.

Она сделала еле уловимый жест. Изабо внезапно качнуло. Она пошатнулась, и мир завертелся вокруг нее, став огромным и наполнившись угрожающими серыми тенями. Отовсюду вокруг, сверху и снизу, воняло. Она отскочила, увязая копытцами в песке. На миг она ощутила знакомое смятение всех чувств. Она попыталась закричать, но из ее горла вырвалось хриплое блеяние. Она в ужасе оглядела себя и увидела лишь покрытые курчавой шерстью ножки с маленькими острыми копытцами. Ей понадобилось некоторое время, чтобы сообразить, что произошло, поскольку, к несчастью, мыслительный процесс у овец был довольно медленным. Но как только она поняла, что Майя превратила ее в ягненка, она задрожала от гнева и приняла свой человеческий облик.

Бронвин и мальчики были в слезах и громко кричали, а Майя сказала:

— Ох, а что мне оставалось? Я не могла позволить ей забрать Бронни.

Бронвин всхлипнула.

— Это все правда, ты злая ведьма! Я не хочу с тобой жить! Преврати ее обратно, преврати Бо обратно!

— Все в порядке, Бронни, я уже превратилась обратно, — как можно хладнокровнее сказала Изабо. Голова у нее кружилась так сильно, что она почти ничего не видела, в ушах звенело, но она схватилась за стену и невозмутимо улыбнулась Майе.

Майя была совершенно ошеломлена.

— Как?.. Что?..

— Разве я тебе не рассказывала? Я теперь колдунья, — любезно ответила Изабо.

— Но… Но как тебе это удалось? Никто… Я превратила в волчицу саму Табитас, и у нее не хватило силы, чтобы снять чары. Как тебе это удалось? — требовательно спросила Майя. Вид у нее был бледный и испуганный.

Изабо самоуверенно улыбнулась.

— Наверное, она просто не знала, как это делается, — ответила она. — Мегэн всегда говорила, что кто угодно может овладеть Умением, если будет внимательно смотреть и слушать. Не забывай, я уже видела раньше, как ты это делала.

Майя попятилась назад. На ее лице ясно читался страх, что Изабо может решить в отместку превратить ее в кого-нибудь другого.

Изабо согнула и распрямила пальцы и увидела, что Фэйргийка побелела, как мел.

— Я забираю Бронвин и мальчиков и отправляюсь домой. Не пытайся остановить меня, — сказала она угрожающим тоном. — Мне жаль, что пришлось действовать таким способом. Я действительно надеялась, что смогу как-нибудь помочь тебе. Но ты снова предпочла идти своим собственным путем.

Она взяла сумку из волос никс и привлекла к себе Бронвин и мальчиков. Почувствовав угрызения совести, она сказала:

— Мне жаль, мне действительно очень жаль. Мне пришлось так поступить. Я сожалею об этом.

Майя ничего не сказала. Ее лицо было смертельно бледным, зрачки страшно расширились. Было совершенно ясно, что она не знает, что делать. Она машинально потянулась к сундуку, точно ища свой кларзах. Изабо силой мысли подняла сундук и швырнула его в сплетенную из травы стену хижины.

— Я же сказала, не пытайся остановить меня!

Бронвин пошла вслед за ней и мальчиками к выходу. Ее шаги были нетвердыми. Прижимая к груди флейту и тряпичную куклу, она внезапно остановилась и оглянулась.

— Мама?

— Бронни! — закричала Майя, вдруг залившись слезами. — Ох, Бронни, Бронни.

Бронвин бросилась назад и крепко обняла мать.

— Бо все устроит, — лепетала она. — Она сделает так, чтобы ты тоже могла вернуться домой, и мы сможем жить вместе и никогда больше ничего не бояться. Ведь ты сделаешь так, Бо?

— Я попытаюсь, — сказала Изабо, почувствовав, что у нее самой на глазах выступили слезы. — Хотя боюсь, что твоей маме придется предстать перед судом за то, что она сделала.

— Нет, нет, ты все устроишь, я знаю, — заплакала Бронвин, прижимаясь лицом к плечу матери.

Изабо снова почувствовала, как все ее сомнения вновь подняли голову, грозя одолеть ее.

— Бронвин, начинается отлив, — сказала она ласково. — Нам нужно идти.

Майя выпрямилась, отстранив дочь.

— Не плачь, детка, — сказала она дрожащим голосом. — Ты должна уходить. Сейчас и вправду отлив.

Взгляды Майи и Изабо встретились. Наступил долгий миг молчаливого общения, признания, понимания, прощения. Изабо помогла детям забраться в салазки. Морские выдры уже подскакивали в упряжи, радостно фыркая. Она взяла поводья.

— Майя, как мне дать тебе знать?

Майя пожала плечами.

— Я сама узнаю. Ты же не думаешь, что я отпущу свою дочь на попечение моего злейшего врага и не буду приглядывать за ней, правда, Рыжая? Я ведь не совсем бессильная.

Увидев кривую улыбку Майи, Изабо внезапно осознала, с ликующе дрогнувшим сердцем, что она вышла победительницей из противостояния с самой могущественной и опасной колдуньей в стране. Табитас потерпела поражение от рук Майи. Даже Мегэн пришлось очень нелегко. Но Изабо Оборотень одержала над ней победу, перехитрила ее и, возможно, даже обратила ее в свою веру. Изабо не смогла удержаться от удовлетворенной улыбки.

— Если волнами моря управляют луны, кто же, или что же, управляет волнами судьбы? — внезапно спросила Майя.

— Эйя, — отозвалась Изабо, все еще улыбаясь. — Эйя, Мировая Душа, материя вселенной, источник всей жизни, всей магии. Эйя.

Майя отступила назад, ее брови сошлись. Изабо подалась вперед и коснулась ее груди.

— Мы все носим в себе крошечную частицу Эйя, куда бы ни пошли, — сказала она просто. — Твоя душа тоже часть материи вселенной, неужели ты не осознаешь этого? Та часть тебя, которая иногда болит от красоты и ужаса, та часть тебя, которая только что заставила тебя плакать, та часть, которой хочется, чтобы ты могла прожить свою жизнь заново, стать такой же, как эти ребятишки, излучающей любовь, доверие и надежду. Думаешь, я тоже не чувствую этого?

Майя снова заплакала.

— Как я могу быть уверена? Как?

— Поверь в Прях, — тихо ответила Изабо и почувствовала, что ее собственная вера возродилась, хотя она даже и не подозревала о том, что она была поколеблена. Она протянула пальцы и сжала руку Майи, ощутив ее слезы на своем запястье.

— Ты будешь заботиться о моей дочери?

— Да, буду, — пообещала Изабо и снова сжала руку Майи, прежде чем отпустить ее.

— Паруса по курсу! Два румба по левому борту, паруса!