Чтение онлайн

— Тебя Бо спасла нас, — весело ответил Доннкан.

Изолт бросила на мужа сердитый взгляд.

— Я знала, что она справится, — ответила она, снова обнимая Доннкана, отчего они все втроем чуть было не упали в море. Лахлан развернулся и подлетел к салазкам, чуть не опрокинув их своей тяжестью, когда с глухим стуком приземлился в них. Он наклонился и поднял Изабо, горячо обняв ее.

— Спасибо! — воскликнул он. — Огромное тебе спасибо!

Мегэн стояла в прохладной серой рассветной тишине. Ее морщинистое лицо было очень серьезным. Изабо стояла рядом с ней с венком из цветов на голове и букетом трав и веточек священных деревьев в руках.

За ней стоял маленький клюрикон Бран, облаченный в коричневый бархатный камзол и парчовые панталоны, перехваченные бархатными лентами. На шее у него висела красивая цепочка, увешанная ключами, кольцами, пуговицами и прочей дребеденью, среди которой была даже серебряная крестильная ложечка. Приплясывая от возбуждения, он звенел, как бубенец.

На главной площади Риссмадилла собралась топа мужчин и женщин, одетых в свои лучшие платья. Звучали шутки и смех, в особенности в той группе, которая собралась вокруг Дайда.

Молодой жонглер был во всем зеленом, от длинного пера в шляпе до сапог высотой до колена. Толпа смеющихся девушек привязывала к его рукам и ногам ветки с зелеными листьями. Изабо не могла не улыбаться выходкам Дайда, и, заметив ее, циркач сорвал с себя шляпу, поклонился и послал ей воздушный поцелуй.

Мегэн подняла руки, и толпа мгновенно замолкла. Все обернулись к востоку, глядя, как фиолетовую дугу горизонта начинает заливать свет. Весело зазвенели колокола, и Бран поднес к губам флейту и заиграл заразительную мелодию. Мегэн эффектно взмахнула руками. Костер, сложенный в центре дворцовой площади, загорелся ярким пламенем, и все захлопали в ладоши и восторженно закричали.

Изабо передала Мегэн букет, и та бросила его в костер. Потом Дайд выбежал вперед и сунул в костер факелы, которые держал в обеих руках. Они быстро занялись, и он принялся вращать их и подбрасывать в воздух, ловко подхватывая. Смеющиеся мужчины и женщины поднесли факелы, которые держали в руках, к огню, потом образовали процессию за Дайдом, который танцевал по обсаженной деревьями аллее к городу, весело распевая:

По пятам за ним скакал и веселился клюрикон Бран, позвякивая колокольчиками на ногах. Изабо улыбнулась Мегэн.

— Из Дайда вышел отличный Зеленый Человек.

— Да, он с его красивым лицом и веселым сердцем как нельзя лучше подходит на эту роль. — Старая колдунья пристально посмотрела на нее. — Не хочешь присоединиться к процессии?

— Ну, я еще успею потанцевать. Весь день и вечер впереди. Кроме того, я многие месяцы тебя не видела. Я знаю, ты хочешь подняться на башню и посмотреть, как зажигаются костры. Я собиралась подняться вместе с тобой.

— Это было бы очень мило с твоей стороны, — сказала Мегэн с улыбкой. — Как поживает твоя маленькая совушка?

Изабо улыбнулась и погладила Бубу, сидевшую, нахохлившись, у нее на плече.

— Она ни на миг не хочет со мной расставаться, даже для того, чтобы поспать-ух. Боится, что я снова улечу и оставлю ее одну.

Две ведьмы вернулись обратно во дворец и начали долгий подъем на высокую Башню. Они поднимались очень медленно, но Изабо была этим вполне довольна, поскольку еще не успела полностью оправиться после нелегких последних недель. Ей снова запретили заниматься магией и слишком усердно учиться, и на этот раз она с радостью подчинилась строгим ограничениям наставников. Прошла неделя с тех пор, как «Королевский Олень» бросил якорь в гавани Бертфэйна, и все это время она почти ничего не делала, только спала, гладила карликовую сову, гуляла в прекрасных садах Риссмадилла и играла с детьми.

Лахлан, напротив, все это время был очень занят: он организовал экспедицию за пиратскими кораблями, выброшенными на скалы, послал указания своей армии, все еще осуществляющей военное правление в Тирсолере, и зачитал перед всем двором объявление, в котором Сьюки Няня обвинялась в измене, подстрекательстве к мятежу и похищении детей. Ее арестовали в Лукерсирее через неделю после лихорадочного вылета Изабо из Сияющего Города, и привезли сюда на суд. В случае признания ее виновной — а никаких сомнений в этом не было — хорошенькую молодую няню ждала смертная казнь. Хотя предательство Сьюки сильно задело Изабо за живое, она чувствовала лишь жалость при мысли о том, что жизнь ее первой подруги в Риссмадилле закончится столь бесславно и трагически.

Мегэн прибыла в Риссмадилл лишь прошлой ночью, и после похищения маленьких прионнса это была первая представившаяся им возможность поговорить. Старая колдунья жаждала услышать рассказ Изабо, постоянно перебивая его вопросами и восклицаниями, так что повествование заняло очень много времени. К тому времени, когда Изабо добралась до последней схватки с Маргрит, они успели подняться всего до шестого этажа, и Изабо остановилась, чтобы показать своей опекунше кольцо с резной печаткой из бирюзы, которое она теперь носила на большом пальце правой руки. Большой квадратный камень ярко-голубого цвета был вставлен в изящную серебряную оправу, а на его поверхности была вырезана руна лагу, обозначавшая воду.

— Видишь, если нажать вот сюда, камень отодвигается, позволяя высыпать яд. Разве не изобретательно?

Мегэн передернуло.

— Очень в духе Маргрит: травить своих врагов, вместо того, чтобы вступать с ними в честный и открытый поединок. Но скажи мне, как, во имя зеленой крови Эйя, тебе удалось поменять местами стаканы так, что она не заметила? Маргрит была не из тех, кого легко одурачить.

— Да, — сказала Изабо, — к тому же она следила за каждым моим движением, точно так же, как я следила за ней, все это время будучи до того любезными друг с другом, что ты и представить себе не можешь. Поэтому у меня не было возможности поменять стаканы. Вместо этого я поменяла вино в стаканах. Мне пришлось испарить обе жидкости, переместить их по воздуху так, чтобы они не перемешались, а потом превратить пар обратно в жидкость, и все это в мгновение ока. Это был очень хитрый маневр, и Гвилим говорит, что это признак настоящего Умения в Стихии Воды. Он сказал, что я заслужила право носить это кольцо, хотя на самом деле еще не прошла Испытания Воды.

— Ничего удивительного, — сказала Мегэн, явно впечатленная. — Переместить вино из двух стаканов одновременно — это уровень колдуньи! Я не уверена, что сама смогла бы сделать это так, чтобы не перемешать вино.

— Но если бы я перемешала его, мы обе погибли бы, — заметила Изабо. — Нужда — лучший учитель, как сказала бы Эльфрида.

— Да, подумать только, — сказала Мегэн. — Всего двадцать один, а на правой руке уже по кольцу на каждом пальце.

Изабо взглянула на левую руку без единого кольца.