Черные мечи
Шрифт:
– Однако... если мы отправимся с ним в Край...
– настойчиво сказал Гольд, желая услышать хоть что-то в свою поддержку.
Подсотник передернул плечами.
– Он твой друг, - напомнил он.
– Пока он жив - помогай ему. Погибнет похорони.
Гольд вздохнул:
– И то правда. Но это Дурной Край, Даг.
– А это - меч, Гольд. Только зачем тебе девушка? Его сестра? Ну и что? Может быть, она его остановит, но, скорее всего, ничего не добьется. Жаль на нее времени.
Для немногословного Данагадана это было целой речью, но Гольда удивило то, что он затронул тему, больную и скользкую. Девушка. Гольд сам не раз задавался вопросом, зачем тратить время и деньги на дорогу в Роллайну и обратно. Он все меньше верил, что присутствие дартанки может что-то дать, кроме проблем. Он должен был сразу отправиться следом за Байлеем во главе своего отряда. Но это означало потерю должности и звания (естественно, если бы он вернулся живым из Края)... в то время как встреча брата и сестры давала призрачную возможность остановить дартанца... и обойтись без экспедиции на границы Дурного Края, бессмысленной и никому не нужной.
– Что случилось - то случилось, - сказал он.
Внешне Даганадан, может, и казался тупым и неповоротливым, но думал он быстро и четко.
– Любишь ее? Ерунда. Она красивая, согласен. Даже очень. Но она глупая и пустая, заморочила тебе голову. Понимаю: долгое путешествие вдвоем... Да опомнись ты, командир!
– Все не так просто, Даг.
– Тебе виднее, только и я вижу: она всех задерживает. Мешает. Это раз. А два...
Он замолчал.
– Что - два?
– Ничего. Пока.
Гольд рассердился.
– Говори прямо, что хотел. Если еще и мы начнем что-то утаивать друг от друга...
– Вот именно. Посмотри назад.
Гольд обернулся, не торопясь, как бы от нечего делать. Среди свободно ехавших солдат он заметил группу из трех человек, ехавших рядом. Он посмотрел на подсотника.
– Нехорошо, - сказал тот.
– Рбаль был дисциплинированным. А теперь? Сколько времени назад я приказал ему ехать в патруль? И что? А тот случай в конюшне? Он тебе помешал. В конце концов, это хорошо. Но он помешал командиру. А та ночь под скалой?
Гольд задумался. В конце концов, у него тоже глаза не на затылке, он все видел, но старался отогнать от себя подозрения. Ну не нравилось, что Лейна кокетничает с парнем, потому и пытался убедить себя, что всему виной обычная ревность. Но не подозревать же в ревности Даганадана, воина и в какой-то степени женоненавистника!
– Кто знает, может быть, ты и прав, Даг.
– Конечно. Сначала она была одна. Потом их стало двое. Теперь трое, Гольд. Когда солдат перестает слушать командира - это плохо. Когда он вместо командира начинает слушать постороннего - дело швах, Гольд.
– Ты их в чем-то подозреваешь? Говори, раз уж начал.
– Говорить, Гольд? Нужно действовать, а не бодягу разводить.
– Не возьму в толк, о чем ты? Есть предложения?
– Назначить двоих. Пусть отвезут ее в Дартан.
– Через весь Громбелард? Нет, Даг.
– Гольд, она никуда не поедет. Рбаль не допустит или сбежит с ней. Они что-то замышляют.
– С чего ты взял?
– Увидишь.
– А если она все-таки... захочет и поедет в Дартан?
Даганадан упрямо тряхнул головой.
– Значит, поедет. Будет ненавидеть тебя. Пока не привезешь ее брата. Тогда она почувствует, что виновата. Если уж хочешь кого-то похитить, то лучше Байлея.
Гольд, внезапно что-то поняв, посмотрел ему в глаза.
9
Такого ливня давно не бывало. Хляби небесные будто разверзлись, и в двух шагах не видно было ни зги.
– Стой! Кто идет?
Из полосы дождя вынырнул часовой, с его плаща струями стекала вода. Рбаль спрыгнул с коня.
– Рбаль, из разведки, - кинул он часовому.
Солдат отдал честь и показал дорогу. Вскоре оказались в сухой и теплой пещере. Горели три костра, вокруг самого большого сидели полуголые солдаты, возле остальных сушились плащи, куртки и сапоги.
Из темного угла выглянул подсотник. Рбаль с неохотой поприветствовал его.
– Патруль вернулся, господин.
Даганадан хладнокровно отвесил ему оплеуху. Голова парня дернулась, глаза округлились.
– Как стоишь? Тебе здесь что, бордель?
Рбаль стиснул зубы, сдвинул пятки, вытянулся в струнку.
– Докладываю о возвращении патруля, - по-уставному доложил он.
– Все спокойно.
– Спасибо, - сказал Даганадан, не обращая внимания на едва подавляемую ярость солдата.
– Переодевайся - и ко мне. Выполняй.
– Он показал на темный угол пещеры, где на разложенных седлах сидели Гольд, десятник и кое-кто из солдат.
– Слушаюсь, господин!
Даганадан вышел. Рбаль мгновение стоял неподвижно, потом огляделся вокруг. Заметив девушку у одного из костров, он быстро подошел к ней. На ее глазах выступили слезы.
– Ох, Рбаль! Умоляю, никогда не уходи так надолго! Умоляю!
– Что случилось, госпожа?
– Ничего...
– Она уткнулась лицом в полы мокрого от дождя плаща. Он почувствовал, что она вся дрожит.
– Кто тебя обидел? Скажи, ради всех Полос Шерни!
– Бежим отсюда, Рбаль, бежим, умоляю тебя, бежим.
Он застонал.
– Это невозможно, он никогда этого не допустит.
– Значит?..
– Она беспомощно смотрела на него зеленью наивных глаз. Щеки ее покраснели, губы свело, а подбородок дрожал.