Чтение онлайн

Заметив, что парни остановились у крайнего подъезда и, настороженно посматривая в разные стороны, дожидаются меня, я высвободил правую руку из меховушки и поудобней перехватил ружье:

– Че стоим, кого ждем?

– Не чуешь разве? – перекрывая завывания ветра, проорал мне Егоров. – Не пойму, что за вонь.

Оттянув от лица вязаную шапочку, я принюхался и действительно уловил какой-то знакомый запах. Не могу сказать, что шибко противный, но и наслаждаться им всю ночь удовольствия мало. Лучше бы другое место для ночевки подобрать, вот только не дело за спиной такие загадки оставлять.

– Ничего не слышите? – Мне почудился легкий скрип, который выбился из монотонного гудения вьюги.

– Ветер это, – уверенно предположил Смирнов. – Ты про запах лучше скажи.

Запах, легкий скрип. Точно же мне кто-то об этом рассказывал! Еще б вспомнить – кто и по какому поводу. Запах, который, несомненно, кажется знакомым, скрип, перебивающий даже завывания вьюги.

Серки!

– Замрите и не шевелитесь. Чтоб ни звука… – прошипел я удивившимся странному приказу парням. Впрочем, ни переспрашивать, ни спорить со мной они не стали.

Стараясь не переминаться с ноги на ногу, я завертел головой, внимательно осматривая высокие сугробы. Серки – это такие хитрые твари, которые под снегом лазы устраивают. Тут, чуть зазеваешься – хрясь, и ногу по колено оттяпали. И как я сразу этот запах не узнал?

Неприятный скрип, от которого по спине побежали мурашки, стал немного громче и, вскинув ружье, я всадил заряд картечи в снег между нами и стеной дома.

И, конечно, промахнулся – мгновение спустя серая тень взметнулась вверх прямо от крыльца пятиэтажки. Второй раз я выстрелить не успел: две короткие автоматные очереди слились в одну, и подстреленный хищник свалился на снег.

– Отбой, – перезарядив ружье, махнул я рукой лихорадочно оглядывавшимся парням. – Серк это. А раз шкура серебром отливает, значит, самец.

– Ну и? – Егоров носком ботинка пихнул мертвого зверя в голову и, разглядев торчащие из пасти клыки в палец длиной, повернулся к Смирнову. Тому, впрочем, на клыки было плевать – удерживая автомат одной рукой, он уже что-то негромко бубнил в рацию. Видать, Генералову о происшествии докладывает.

– Самцы на свою территорию зимой никого не пускают, только ближе к лету к самкам уходят. – Я поднялся на крыльцо и осторожно заглянул в дверь подъезда. – Фонарик есть у кого? Вот и давайте вперед, я прикрою.

Как я и предполагал – в доме никого живого не оказалось. Мертвых, по счастью, тоже не было. Да и серками в подъезде не воняло – и сквозняки помещение протягивают, и норы у этих тварей запросто на десять метров под землю уходить могут. Так что другого места для ночевки искать не пришлось. Проверив подъезд, мы поднялись в одну из квартир на четвертом этаже, снег на лестничную клетку быстренько покидали да окна по моей настоятельной просьбе брезентом затянули. Не сказать, чтобы пятизвездочные апартаменты получились, но по сравнению с ночевкой на улице – просто курорт.

– Зря это, – неодобрительно покосился на брезент защелкнувший карабин на батарее центрального отопления Смирнов и кинул бухту длинного троса под окно. – Запалимся только. И в спальниках бы переночевали.

– Брезент черный, в темноте хрен разглядишь, – не согласился с ним я. – Да и кто ночью по заброшенному поселку шастать станет?

– Оставляем как есть, – поставил точку в этом споре Генералов. – Егоров, поставь сигналки между первым-вторым и третьим-четвертым этажами. Смирнов прикрываешь.

– Нижнюю не маскировать? – уточнил Егоров.

– Да. И пролет к пятому этажу перекрой. Черкесов, заступай на караул. Смена раз в два часа. Якубов, Брыльский на кухню. Прикрываете пост на входе. Смена раз в полтора часа. Все ясно? Исполняйте.

Далеко не сразу отдышавшись, я внимательно осмотрел комнату – простая бетонная коробка, даже линолеум не постелен – и, не обнаружив ничего подозрительного, прошел на кухню. И здесь нормально все. Серками, правда, немного воняет, но это не смертельно. Заглянув на обратном пути в ванную и туалет, вернулся к оставленному в коридоре рядом с входной дверью рюкзаку и закинул его на плечо.

Ну что – надо бы и мне приткнуться куда-нибудь.

Протиснувшись мимо вставшего у выхода караульного, я вошел в комнату и, решив далеко не проходить, расстелил подстилку. Здесь, по крайней мере, от окна не так тянет. Да и дверь входную контролировать проще.

Как ни странно, сразу спать никто не завалился. Петр уже увлеченно реанимировал свой ненаглядный ноутбук, Алина бродила по комнате и, макая в баночку с зеленой краской кисть, выводила по углам какие-то непонятные символы. Магии в ее действиях не чувствовалось, но, как говорится: чем бы дитя ни тешилось, лишь бы не плакало. Пусть рисует, так хоть мозги заняты.

Подчиненные Генералова без излишней суеты раскладывали на полу прорезиненные подстилки, а командир то и дело припрягал их к общественно-полезному труду. Убедившись наконец, что все его распоряжения выполнены, Владимир проверил караульных и приказал доставать горелку. И это правильно – немного согреться не помешает, да и чай горячий в самый раз будет.

– Может, двухкомнатную хотя бы займем? – недовольно пробормотал Брыльский. – Чего в полуторке ютиться?

– Ничего: в тесноте, да не в обиде. – Налив себе в жестяную кружку кипятка, Генералов высыпал в него пакетик растворимого какао. – Воздух быстрее прогреется. И вообще – смени Якубова, пусть ужинать идет.

– Так точно, – помрачневший Брыльский утащил свои пожитки на кухню.

– Как самочувствие? – Генералов присел на корточки рядом с ругавшимся себе под нос Волковым. Тот как раз вытащил аккумуляторы ноутбука и осматривал сплавившиеся контакты.

– Сдох, – в сердцах бросил Волков.

– Твое самочувствие как? – уточнил Владимир.

– Я – нет, – буркнул парень и, достав из сумки набор инструментов, принялся трясущимися от усталости руками снимать корпус ноутбука. – Пока.

– Алина, ты как? – поднялся на ноги Генералов и отхлебнул какао.