Чтение онлайн

Маша съела пару ложек каши и перешла к аппетитному на вид творогу. Залила его вареньем и посыпала сверху земляникой. Жуя творог и запивая его парным молоком, девушка наблюдала через окно за сонными людьми, которые веселились всю ночь, и, встав, как обычно, с петухами, пытались казаться бодрыми и не уснуть за работой. Глядя на этих чужих людей, Маша чувствовала к ним странную нежность и теплоту. Обычно такого с ней никогда не происходило – к чужим людям она испытывала лишь осторожность и недоверие.

Доедая творог, Маша вдруг вспомнила об Иване, который просил ее о помощи. Его темно-ореховые глаза, с мольбой глядящие на нее, до сих пор остались в памяти девушки. В какой-то момент она даже подумала о том, что, может быть, все же стоит помочь ему, но, удивившись такой мыли, тут же ее прогнала.

Пока Маша ела, к Радмиле начали приходить посетители и просить отвары от головной боли, тошноты и недосыпа. Их было так много, что знахарка еле успевала перетирать травы в порошок и делать целебные отвары. Маша предложила ей свою помощь, но женщина наотрез отказалась и отправила девушку прогуляться.

Выйдя из избы, Маша сделала глубокий вдох и, щурясь, посмотрела на черное солнце. Решив поискать Арсения, Маша медленно побрела по улочке в сторону избы охотницы. Внимательно оглядываясь по сторонам, девушка заметила, что в каждом дворе стоит по два-три, а то и по шесть деревянных идолов. Раньше она не замечала, что на них вырезаны лики, а теперь внимательно всматривалась в каждый из них. Маша не была сильна в пантеоне славянских богов, поэтому не могла сказать, кто изображен на том или ином столбе.

Когда девушка остановилась перед очередными идолами и стала рассматривать их, к ней подошла Ольга. Поинтересовавшись, как Маша себя чувствует, она встала рядом и тоже уставилась на деревянных истуканов.

– Что это за боги? – спросила Маша.

– Перун, Дажьбог и Мокошь, – ответила Ольга, по очереди ткнув указательным пальцем в каждого идола. – Перун повелевает небесным огнем. Именно он посылает на землю молнии, от чего и происходит гроза. Этот бог еще покровительствует войне. Дажьбог–бог солнца, тепла и света. Бог всего земного благополучия. Ну а Мокошь покровительствует семейному благополучию. Также считается, что она заведует подземной частью мира и источниками воды.

Пока девушки рассматривали идолов, над селеньем сгустились серые тучи, и закрапал противный мелкий дождик. Ольга посмотрела на небо, а потом, облизнув палец, подняла его вверх.

– Скоро начнется ливень, – уверенно прогнозировала она. – Идем ко мне в избу, она в двух шагах отсюда.

Ольга и вправду жила поблизости. Если бы не вырезанный на двери охотничий рог, Маша бы не смогла отличить эту избу от многих других.

Они вошли в сени как раз вовремя – как и предсказывала Ольга, начался ливень. Хозяйка зажгла свечи, и начала готовить чай.

– Ты случайно не видела Арсения? – поинтересовалась Маша, устраиваясь на лавочке перед столом.

– Не видела. Наверно, ушел в свой лес. Но, я думаю, он еще объявится. А зачем он тебе?

Маша в задумчивости гоняла хлебные крошки по столу. Мысли ее снова были об Иване. Она вспоминала, как он рассказывал ей, что постоянно ждал ее появления и надеялся, что она сможет ему помочь. Даже когда Маша ему отказала, он все равно согласился приходить к ней во сне, чтобы просто разговаривать. А ведь он надеялся, что она поможет ему выбраться из Нави. Да, Маше было страшно отправляться неизвестно куда в поисках заточенной где-то души, но еще страшнее была перспектива ее личного заточения на целых пятьдесят лет. Пусть она и не будет пленницей, но наверняка не сможет свободно гулять по округе и делать то, что ей захочется.

– Я хотела поговорить с ним о своих снах. Вернее, о том, кто ко мне в них приходит.

Ольга прекратила готовить чай и с любопытством уставилась на Машу. Девушка вздохнула и решила все рассказать охотнице. Она поведала ей, как впервые встретила Ивана, как он рассказал, кем является и чего хочет.

– Думаю, мне нужно ему помочь, – добавила Маша в конце. – Если верну колдуну его душу, он ведь станет прежним?

– Не знаю, – задумчиво отозвалась Ольга. Ей явно не понравилось то, что рассказала Маша. – Ты говорила об этом с Радмилой?

Девушка помотала головой.

– Ты первая, кому я рассказала. Еще вчера я была твердо уверена, что не хочу ему помогать, но сегодня чувствую, что все же должна это сделать. Тем более, если ведьма Гаяна действительно задумала уничтожить барьер, то, вернув душу колдуну, мы сможем помешать ее планам.

– А ты не думаешь, что это ловушка? – предположила охотница.

– Не думаю, – ответила Маша. – Почему-то я доверяю Ивану.

Это была правда. Она доверяла ему. Если Ольге, Радмиле и Арсению она начала доверять потому, что они спасали ее и заботились о ней, то Ивану Маша доверяла просто так, без всякой на то причины. Это доверие шло откуда-то изнутри и теплом разливалось в груди девушки.

– Ладно, мы еще поговорим об этом с Арсением. А пока выпей чаю.

Ольга всыпала в глиняный чайник горсть сухих трав, добавила ложку меда и залила все это кипятком. Запахло мелиссой и еще чем-то сладковатым, но не медом. Маша с удовольствием выпила две кружки, а потом внезапно захотела спать. Видя, что девушка вот-вот упадет, Ольга принесла Маше подушку и предложила улечься на широкой лавочке.

Что-то слишком много я здесь сплю, подумала Маша, зевая. Однако девушка так и не уснула. Ей не снились красочные сны, к ней не являлся Иван. Прикрыв глаза, Маша просто без сил лежала на лавке.

Несколько раз приходила Радмила и проверяла ее температуру.

– Думаю, она такая вялая из-за погоды, – говорила Ольга. – Пусть пока побудет у меня.

Знахарка недовольно цокала языком и советовала охотнице заварить для Маши бодрящий чай. Выпроводив знахарку, Ольга плотнее укрывала девушку пледом и шла делать чай.

Иногда Маше казалось, что силы возвращаются к ней. Она приподнималась и просила воды. Ольга подавала ей теплый чай, Маша напивалась и снова становилась сонной и вялой.