Чтение онлайн

— Эмма?!

Иван не узнал собственного голоса, тот звучал гнусаво, словно говоривший прикрепил на нос бельевую прищепку. Впрочем, неожиданная гостья и вовсе ничего не услышала. Ну или, по крайней мере, виду не подала.

Медленно приподняв руку, Голицын попробовал дотронуться до плеча девушки. Пальцы прошли сквозь золотой рукав френча, не встретив дополнительного сопротивления: фигура в кресле была нематериальна. Как и само кресло — в этом Иван убедился, решив ощупать подлокотник.

Почему-то это сразу успокоило землянина. Иллюзия — она иллюзия и есть. Ничего страшного. При проходе Врат, говорят, и не такое случается.

— Я проиграла! — произнесла внезапно призрачная Маклеуд. Отчетливо произнесла, своим обычным, ничуть не искаженным голосом. — Снова проиграла. Похоже, это уже начинает понемногу входить в привычку. Я становлюсь неудачницей?

— Нет! — не удержался от попытки ответа Голицын. Впрочем, не он один.

— Жизнь не может состоять из одних побед! — послышался слева еще один знакомый голос. Иван принялся поворачивать голову в другую сторону, хотя и знал уже, что, а точнее — кого там увидит. — Поражения случаются. Никогда не срывается в пропасть только тот, кто не идет к вершине! — закончила Шог-Ра.

— Это несправедливо! — было не очень понятно, отвечает Эмма ранолке, или просто продолжает собственный монолог. — Я всегда была лучшей! Почему все изменилось?

— Даже горы подвержены переменам. Тем более — люди.

— Я все та же! Я стараюсь, просто из кожи вон лезу! Но все тщетно! Я так больше не могу. Я устала!

— Сдаешься? — усмехнулась Шог-Ра.

— Не тебе! — нет, все-таки Маклеуд не сама с собой разговаривает.

— Мне ты и так не соперница.

— Неужели?!

— Вне всякого сомнения!

— Ну, это мы еще посмотрим!

— Смотри, смотри… Только как у нас говорят: что по ветру развеяно, в ладонь не собрать.

— Это мы еще посмотрим… — глухо повторила Эмма. Секунда — и кресло вместе с Маклеуд исчезло из кабины.

— Не в те игры играешь, подружка! И не с теми! — бросила вслед землянке Шог-Ра. — А ты, кстати, что уши развесил? — впервые за все время обратила она внимание на Ивана. — Меньше минуты осталось! Катером за тебя я управлять буду?

— Когда это мы успели на «ты» перейти? — проворчал Голицын, но цифры обратного отчета на пульте управления свидетельствовали, что в главном настырное приведение право: они приближались к выходу из тоннеля. А до навигационной сферы в этом киселе еще дотянуться надо!

Не успел черный шар оказаться в руке Ивана, как, словно только того и ждали, ожили обзорные экраны и воздух в кабине вновь обрел свою обычную плотность. Шог-Ра, как и Эмма до нее, удалилась, не попрощавшись — вместе с креслом. Интересно, все-таки, что это было: бред его собственного подсознания, или нечто, имеющее под собой хоть что-то реальное? Впрочем, время поразмыслить над подсмотренным шоу у него еще будет, а пока зевать некогда — он «в гостях»!

Отведя «Победоносец» в сторону от Врат, дабы не оказаться на пути идущей следом Шог-Ра (что она, все-таки, такое имела в виду — «по ветру развеяно…»? Ладно, не отвлекаемся), Голицын огляделся. Прямо перед ним привычно чернел диск Привратника, справа и слева от астероида виднелись два удаляющихся катера — это, очевидно, Эмма и Збышек. Схаргов пока что не наблюдалось. Вообще, говорят, в первый свой заход их редко кто встречает. Ну, вот и ладненько! Так, определимся с курсом. В принципе, лететь можно куда угодно — главное не за Маклеуд и не за Мазовецки. Инструкция настоятельно советовала Стражам держаться «в гостях» как можно дальше друг от друга. Почему-то это повышало шансы на благополучное возвращение, хотя, казалось бы, наоборот — лишало всяких шансов позвать на помощь: связь здесь работала лишь на самом минимальном расстоянии.

Надежных карт завратного мира не существовало: если орбиты здешних планет были более или менее стабильны (относительно, конечно: так, около тысячи лет назад третья и четвертая планеты в результате какого-то жуткого катаклизма поменялись местами), то астероиды в подавляющем большинстве двигались по запутанным, обычно совершенно непредсказуемым траекториям, то собираясь в плотные скопления, то разлетаясь, кто куда. Лишь немногие из них — такие, как Привратник — могли служить ориентирами для пилота. На один из этих столпов, известный как «Северный Маяк», и взял курс Иван.

Методика сбора трофеев была проста: находишь блуждающий астероид, приближаешься к нему и визуально — никаких тебе хитроумных сканеров и прочих радаров, все глазками — обозреваешь поверхность. Заметил какую-либо аномалию — считай, повезло: минимум, четвертая категория наклевывается. Садишься, специальным буром извлекаешь находку из толщи породы и манипулятором загружаешь в грузовой отсек. При необходимости, если попалось что-то на вид особо ценное, можно, надев защитный костюм, самому выйти на поверхность и действовать вручную — набор инструментов прилагается. Но это если решил на высшую категорию замахнуться. Чаще наоборот: наковырял буром обычных камешков — и домой.

Сам по себе Северный Маяк, как и Привратник, был досконально изучен задолго до того, как Инструктор Жарж ког Фаааг отважился на свой первый заход «в гости». Откалывать от него куски, правда, не возбранялось, но и не почиталось за особый подвиг. Другое дело, что вблизи него всегда встречались каменюки поменьше — безымянные, но полные загадок. Их-то и собирался сегодня обыскать Голицын.

Первый из встретившихся Ивану астероидов оказался совсем маленьким — на полный его осмотр не ушло и пятнадцати минут — и, к сожалению, пустым. Второй, побольше, потребовал полчаса внимания, также потраченных впустую. И лишь на третьем в толще серого камня обнаружилась едва заметная светлая прожилка. Перестраховавшись, Голицын вырезал ее вместе со здоровенным куском породы — руки от волнения немного дрожали, и землянин побоялся повредить долгожданную находку буром. Ну да ничего, в грузовом отсеке места много! Пока что.

Окрыленный успехом — четвертая категория почти гарантирована, а там, глядишь, чем схарг не шутит, может, и что повыше обнаружится — Иван с энтузиазмом возобновил поиски. Однако, увы, как он ни буравил пристальным взглядом обзорные экраны, ни на четвертом, ни на пятом, ни даже на десятом из обследованных им планетоидов не обнаружилось ровным счетом ничего ценного. Лишь однажды — уже на двенадцатом по счету объекте — Голицыну померещилась, было, внизу какая-то аномалия — вроде как сверкнуло что-то. Землянин тут же посадил «Победоносец», но ничего примечательного там не оказалось — самая обычная порода. Иван даже вылез из катера, не доверяя камерам — ничего! Но ведь было же что-то! Или это у него уже от усталости глюки начинаются?!