Чтение онлайн

Казалось, что прошла целая вечность, пока музыканты выпили по бутылочке и, смеясь и дружелюбно переговариваясь, настроили инструменты. В голосе Джонни звучала признательность и показная эффектность:

— Это высокая честь для нас — играть здесь, в Новом Орлеане, для вас. Несколько лет назад я сидел в тюрьме недалеко отсюда. В Анголе. Это плохое место. Со мной плохо обращались. Да уж. Хуже, чем со мной когда-либо обходилась любая из моих женщин. Я написал эту песню, когда меня выпустили под честное слово. Она называется «Devil Woman Blues».

Джин почувствовал, как Элис сжала его пальцы, когда Джонни Мор открыл рот и воздух прорезал его сверхъестественный фальцет, очаровав всех.

— Я бы отдала что угодно, чтобы так петь, — сказала Элис, когда зрительный зал взорвался криками и аплодисментами. — Ну, или почти всё.

Тем вечером, после того как он и Элис занимались любовью, он почувствовал, что волна одиночества разбередила скрытую рану в его сердце. В полумраке комнаты Элис обняла его и пристально посмотрела в глаза, не понимая, почему на его лице вдруг появилось выражение печали и отчаяния. Она спросила его, что случилось, а он просто притянул её к себе и сказал:

— Будь со мной.

Следующим утром, когда тела их были страстно сплетены, он наконец произнес:

— Я боюсь.

— Чего? — спросила Элис, и, поскольку он не ответил сразу, её голос зазвучал твёрже: — Скажи мне.

Ещё крепче прижав её к себе, Джин попытался объяснить, что его пугает слишком сильное влечение к ней. И он боится потерять над собой контроль и причинить ей какой-то вред, ведь тогда она навсегда уйдет от него.

— Ты хочешь сделать мне больно? — спросила Элис и спокойно села. Глаза Джина были закрыты, и он медленно покачал головой. — Тогда не переживай. Потому что я не собираюсь никуда уходить.

Элис быстро выпрыгнула из постели и натянула платье. Тут она остановилась и принялась мурлыкать себе под нос песенку, доносившуюся из радиоприёмника в соседнем номере.

— Он играл именно эту песню. Джин выглядел смущённым:

— Кто играл?

— Пианист внизу. Это из «Карусели» [41] . Она называется «If I Loved You» [42] , — сказала Элис. Продолжая улыбаться, она пошла в ванну. — Мы когда-нибудь сходим в кино, и ты увидишь.

Пока Элис была в душе, зазвучала песня «Tune Is Busting Out All Over», а Джин стоял обнажённым напротив окна с открытой занавеской, подставляя лицо солнечным поцелуям. Тихо-тихо, практически про себя, он произнёс словно молитву:

— Быть живыми и быть вместе. Это всё, чего я хочу.

Похороны Элис в местечке Сидар-Рапидз, штат Айова, состоялись в следующее за крушением рейса № 232 самолёта компании TWA воскресенье. Джин прилетел в субботу около полудня после краткой остановки в Далласе, где к нему присоединилась Марсия Хорн, они раньше жили с Элис в одной комнате и частенько летали в одном экипаже. Высокая, элегантно одетая чернокожая женщина со светящейся кожей и выступающими надбровными дугами, получившая диплом об окончании экономического факультета Южного методистского университета, Марсия недавно вышла замуж за своего возлюбленного из колледжа и вернулась в Форт Ворс, свой родной город.

— Я очень любила Элис. Она была самой лучшей подругой, — тронув Джина за руку, сказала Марсия, когда они уже были в воздухе. — Она была доброй и никогда не шепталась у тебя за спиной, как остальные девчонки. В работе она всегда хотела сделать больше, чем была должна. Она не позволила бы никому быть лучше её и сама говорила об этом. Она ведь была девушкой с характером, правда?

Джин медленно кивнул. Марсия сжала его руку, и когда он взглянул на неё, то, к своему удивлению, обнаружил, что в её чувственных зелёных глазах стояли слёзы.

— Она всё время говорила о тебе, — сказал Джин.

— Мы были как сестры. Мы менялись одеждой и любили одну и ту же еду, — рассказывала Марсия, открывая свою сумку и доставая из неё конверт. Внутри конверта лежали фотокарточки, сделанные поляроидом, на которых они с Элис стояли на берегу. Они держались за руки, на губах застыли одинаковые улыбки, и на обеих были одинаковые купальники. За ними голубое небо прорезали длинные облака, подобные белым перьям.

— Эти фотографии были сделаны в Кей-Уэст на прошлогоднее Рождество.

— Перед тем как мы встретились.

— Да.

— Спорю, что вы сводили ребят с ума, — улыбаясь, сказал Джин, всё ещё внимательно разглядывая фотографию. Марсия взглянула на Джина, но не улыбнулась в ответ. Напротив, в её глазах засветилась какая-то невысказанная мысль. — Что-то не так?

Марсия отвернулась и посмотрела в окно самолёта. Под ними, на огромных неогороженных полях, засеянных зерном, с то и дело мелькающими яркими красными фермами, паслись стада коров и овец размером с муравьев.

— Я буду скучать по ней. И по тебе тоже, — сказала она. И тут она сказала то, от чего у Джина перехватило дыхание.

— Ещё мы были любовницами, — быстро произнесла она, украдкой взглядывая на Джина. — Это продолжалось буквально несколько недель. А началось всё тогда, во время поездки в Кей-Уэст.

Несколько минут Джин молчал. Затем он тихо спросил, почему она только сейчас рассказала ему об этом.

— Не знаю. Думала, что тебе надо это знать. Это было ошибкой, — сказала она, опустив голову. — Мне очень жаль.

Джин кивнул, но выражение его лица не изменилось.

— Ладно, — сказал он. — Это не имеет никакого значения.

— Когда вы начали встречаться, всё кончилось.

Джин посмотрел в сторону, стараясь сохранить спокойное выражение лица, но его воображение рисовало ему Элис и Марсию, которые лежали обнажёнными в объятиях друг друга, целовались и занимались любовью.

— Ты ревнуешь?

— Нет, — ответил Джин, и череда картинок, сменяющих друг друга в его воображении, оборвалась, он почувствовал стыд и нарастающее возбуждение в области бёдер.