Чтение онлайн

Общие сведения

Был известен уже алхимикам. Подробно изучен и описан шведским химиком Шееле в 1777 году. Присутствует в природе в вулканических газах, минеральных источниках (например, Мацеста, Пятигорск, Кемери).

Классификация

Основные свойства и виды опасности

Основные свойства

Газ. Бесцветный. Характерный запах. В 1 объёме воды при 20 °C растворяется 2,58 объёма H2S.

Тяжелее воздуха, скапливается в низких участках поверхности, подвалах, тоннелях. Загрязняет водоёмы.

Взрыво- и пожароопасность

Горюч. Воспламеняется от искр и пламени.

Смеси с воздухом взрываются в пределах от 4 до 45 % по объёму.

Зажжённый на воздухе, горит с образованием сернистого газа SO2.

Основные константы

Плотность – 1,1906.

Температура кипения – 60,3 °C.

Температура кристаллизации – 100,5 °C.

Критическое давление – 89 атм.

Возможен смертельный исход! Опасен при вдыхании, попадании на кожу, попадании в глаза. При пожаре и взрывах возможны ожоги и травмы.

Проявление и клиническая картина отравления

Яд, действующий на нервную систему. Обладает также ярко выраженным раздражающим действием. При лёгком отравлении – признаки опьянения с головной болью, головокружение, першение в горле, кашель с большим количеством мокроты, одышка, удушье, падение артериального давления, холодный пот, позывы к рвоте, бледность кожи, конъюнктивиты, бронхиты. С развитием отравления все виды чувствительности исчезают, появляются галлюцинации, судороги, потеря зрения. Смерть наступает от паралича дыхательного центра. При попадании на кожу – зуд. При попадании в глаза – резь, жжение, слезоточивость.

Предельно допустимая концентрация (ПДК):

– 0,01 мг/л (в помещениях);

– 0,05 мг/л (на открытом воздухе);

– при концентрации 1 мг/л и более отравление развивается мгновенно.

Средства индивидуальной защиты

Для химразведки и руководителя работ – ПДУ-3 (в течение 20 минут). Для аварийных бригад – изолирующие противогазы ИП-4М и спецодежда. При возгорании – огнезащитный костюм в комплекте с самоспасателем СПИ-20.

Необходимые действия

Изолировать опасную зону в радиусе не менее 200 м. Удалить посторонних. Держаться наветренной стороны. Избегать низких мест. Не курить. Устранить источники огня и искр. В опасную зону входить в защитных средствах. Пострадавшим оказать первую помощь. Организовать эвакуацию людей с учётом направления движения облака токсичного газа. Отправить людей из очага поражения на медобследование.

При пожаре тушить тонко распылённой водой, пеной, порошками с максимального расстояния.

Нейтрализация

Для осаждения (рассеивания, изоляции) сероводорода использовать распылённую воду. Опасное место обваловать и не допускать попадания вещества в водоёмы; промыть большим количеством воды, покрыть воздушно-механической пеной. Территорию обработать слабым щелочным раствором (известковым молоком, раствором кальцинированной соды).

Меры первой помощи

Вызвать скорую помощь! Свежий воздух, покой, тепло, чистая одежда. Глаза и кожу промывать водой в течение 15 минут (или промыть 2-процентным раствором питьевой соды). При признаках отравления проводить искусственное дыхание.

Использовать индивидуальные средства защиты органов дыхания и кожи лицами, оказывающими первую помощь и проводящими эвакуационные мероприятия.

И так далее и тому подобное. На всех десяти страницах. Кроме того, прилагался список номеров московских и ростовских телефонов всех сотрудничающих организаций. В этом списке я нашёл уже знакомого эфэсбэшного генерала и обнаружил ошибку в последних двух цифрах номера телефона, который он мне оставил. А может, это опечатка в справочнике Горбаня? Решил, что это несущественно, и занялся компьютером.

Лёнька упаковал в папочку две дискеты, содержимое которых я в общих чертах знал. Тут помещались отсканированные им «гипотезы наших предшественников», как изволил выразиться шеф. Кроме того, данные по «химии» угля и сероводорода из всех пяти аварийных шахт, протоколы столичных комиссий по расследованию Южношахтинского случая, судебно-медицинские заключения и так далее. В том числе и копия вырезки из газеты «Труд» с интригующим заголовком «Взорвётся ли Чёрное море?».

В 1973 году газовые хроматографы ещё только будоражили умы химиков-аналитиков. В распоряжении комиссий таких приборов не было. Поэтому качественные анализы были выполнены традиционными, а значит, далеко не совершенными методами. Это первое, что я взял себе на заметку.

Вторая деталь, которая бросилась в глаза при сравнении протоколов комиссий, представляла собой любопытный провал при описании начальной стадии всех происшествий. Создавалось впечатление, что точек отсчёта событий как таковых на всех шахтах не было. Было много газа. Было массовое отравление. Но с чего-то всё это началось?

Была ещё третья неувязка, но поразмыслить о ней я решил позже.

В дверь постучали. Дождавшись разрешения, вошёл Сергей с ворохом бумаг, навевающих тоску своим количеством. Я тут же прикинул, что на разборку этого завала уйдёт не один день. Следовало менять тактику, иначе протирать мне тут штаны до февральской стужи!

Если быть объективным, то цель моей командировки некорректно было обозначить как подвиг. Моя задача – максимальный сбор информации. Обобщать добытое предстояло Горбаню и Шепелеву, а выводы делать шефу. Он не впервые применял такую методику, используя меня в качестве гончего пса, но ничего обидного для себя я в этом не усматривал. Шеф хорошую работу ценил, материалы не «зажимал» и всегда щедро делился идеями. Своей диссертацией я обязан только ему. Когда задача сформулирована, когда определены пути подходов, естественно, наступает черёд гончих науки.