Цыганка
Шрифт:
– Да? – Макферлейн с интересом взглянул на друга. Странно, к чему люди рассказывают о вещах, в которых сами до конца не разобрались!
– И когда я направился обратно к дому Эстер, миссис Хаворт остановила меня. Она сказала: «Совсем скоро вы будете там. Лучше бы вам не спешить так…» Вот теперь я уже знал, что меня ждет нечто ужасное, и… как только я вошел, Эстер встретила меня и сказала, что она передумала, ей действительно все это ни к чему…
Макферлейн сочувственно хмыкнул.
– Ну и что же миссис Хаворт? – спросил он.
– Больше я ее не видел… До сегодняшнего вечера…
– Сегодняшнего?
– Да, на приеме в клинике. Они осматривали мою ногу, поврежденную во время несчастного случая с торпедой. Она немного беспокоила меня в последнее время. Старина доктор посоветовал мне сделать операцию – совсем пустяковую. А когда я выходил, то столкнулся с девушкой в красной кофточке поверх халата, которая сказала: «Лучше бы вам не соглашаться на операцию…» И тогда я увидел, что это миссис Хаворт. Она прошла так быстро, что я не успел остановить ее. Я расспрашивал о миссис Хаворт у другой сестры. Но она ответила, что с такой фамилией у них никто не работает… Странно…
– А ты уверен, что это была она?
– О да, понимаешь, она так красива… – Он помолчал и добавил: – Конечно, я пойду на операцию, но… но если я вдруг вытяну не ту карту…
– Что за ерунда!
– Конечно, чушь. Но все же я рад, что рассказал тебе обо всей этой цыганщине… Знаешь, есть в ней еще что-то, если бы я только мог вспомнить…
Макферлейн поднимался по крутой, заросшей вереском дороге. Он повернул к воротам дома, стоявшего почти на вершине холма. Крепко стиснув зубы, он нажал на кнопку звонка.
– Миссис Хаворт дома?
– Да, сэр, я доложу.
Служанка оставила его в длинной, узкой комнате, выходящей окнами на вересковую пустошь. Макферлейн слегка нахмурился. Не свалял ли он дурака, появившись здесь?
Тут он вздрогнул. Где-то над головой запел низкий женский голос:
Цыганка, цыганкаЖивет на болоте…Голос оборвался. Сердце Макферлейна учащенно забилось. Дверь отворилась.
Необычная, скандинавского типа красота миссис Хаворт поразила его. Несмотря на описание Дика, он представлял ее черноволосой цыганкой… Внезапно вспомнился тот особый тон Дика, когда он сказал: «Понимаешь, она так красива…»
Идеальная, безукоризненная красота – редкость, и именно такой бесспорной красотой обладала Элистер Хаворт. Стараясь взять себя в руки, он обратился к ней:
– Боюсь, вы меня совсем не знаете. Ваш адрес я взял у Лоэсов. Я – друг Дикки Карпентера.
Минуту-другую она пристально глядела на него. Затем сказала:
– Я собиралась прогуляться вверх к болоту. Не пройдетесь со мной?
Она отворила стеклянную дверь и вышла прямо на склон холма. Он последовал за ней. Здесь, в плетеном кресле, сидел, покуривая, неуклюжего и простоватого вида человек.
– Мой муж! Морис, мы хотим прогуляться к болоту. А потом мистер Макферлейн пообедает с нами. Вы не против, мистер Макферлейн?
– Благодарю вас.
Он поднимался вслед за ее легкой фигурой по холму и думал: «О боже, ну как она могла выйти замуж за такого?» Элистер направилась к груде камней.
– Давайте присядем. И вы расскажете мне все, что хотели.
– А вы знаете о чем?
– У меня предчувствие плохого. Это ведь что-то плохое, да? Что-нибудь о Дике?
– Он перенес небольшую операцию – в целом удачную. Но, видно, у него было слабое сердце. Он умер под наркозом.
Что он ожидал увидеть на ее лице, он и сам толком не знал, но только не этот взгляд, полный отчаянной бесконечной усталости. Он услышал, как она прошептала: «Опять ждать, долго, так долго…»
Она взглянула на него:
– Да, а что вы хотели сказать?
– Только это. Кто-то предостерегал его от операции, какая-то медсестра. Он думал, то были вы. Это правда?
Она покачала головой:
– Нет, то была не я. Но у меня кузина – медсестра. При плохом освещении нас даже можно спутать. Наверное, так все и было. – Она снова взглянула на него. – Но это совсем не важно, так ведь? – Вдруг глаза ее широко раскрылись. Она глубоко вздохнула. – Ах, – сказала она, – ах как странно! Вы не понимаете…
Макферлейн был озадачен. Она продолжала глядеть на него.
– Я думала, вы поняли… Вы должны были… И выглядите так, будто тоже обладаете этим…
– Чем – этим?
– Даром, проклятием… назовите как угодно. Я верю, что вы можете тоже… Посмотрите внимательно вот на это углубление в камне. Ни о чем не думайте, просто смотрите… Ага! – Она заметила, что он чуть вздрогнул. – Ну, видели что-нибудь?
– Должно быть, воображение. На миг мне показалось, что камень наполнился кровью.
Она кивнула:
– Я знала, что вы увидите. На этом самом месте в старину солнцепоклонники приносили жертвы. И я знала об этом до того, как мне рассказали. Временами я понимаю даже, что именно они тогда ощущали, так, как будто я там была сама… И подхожу я к этому месту с таким чувством, словно возвращаюсь в свой дом… В общем-то, вполне объяснимо, что я обладаю даром. Я из семейства Фергюссон. В нашей семье есть то, что называют ясновидением. И моя мать была медиумом, пока не вышла замуж. Ее звали Кристина. Она довольно известна.
– Под словом «дар» вы понимаете способность предвидеть?
– Ну да, видеть прошлое или будущее, все равно. Например, я поняла, что вы удивлены, почему я замужем за Морисом. О да, вы удивились! Но это просто: я всегда чувствовала, что над ним тяготеет злой рок. Мне хотелось спасти его… Это чувство присуще женщинам. С моим даром я могла бы предотвратить… если кто-то вообще может… Я не сумела помочь Дикки… Но Дикки и не смог бы понять… Он испугался. Он был слишком молод.
– Двадцать два.