Чтение онлайн

Одну такую пещеру он переделал в потайной кабинет, где мог работать вдали от чужих глаз, укрытый слоями давно почивших стражей. Он просиживал там чуть ли не всю ночь, не чувствуя усталости, словно поставленная цель самим своим благородством давала ему нечеловеческую выносливость – еще одно доказательство того, что упорство начало приносить плоды и что силы, о существовании которых многие уже давно позабыли, обратили на него внимание.

Он не переставал думать о своих трудах и днем – особенно сегодня, когда его самый преданный слуга, единственный, кто знает о потайных катакомбах и о замысле Скромного Вклада, принес небольшую книгу, сделанную из воска, положил на стол и молча удалился.

Сердце забилось в предвкушении – и тут же упало, стоило ему открыть книгу и прочесть сообщение на воске.

Полный провал. Четверо убийц – и без толку. Гильдия, однако, заверяла, что такого более не повторится.

Значит, жертвы и правда опасны, это Скромный Вклад оценил верно. Слабое утешение, увы. Он положил книгу и, взяв нагретый валик, аккуратно растопил сообщение.

Убийцам стоит постараться. Иначе он разочаруется и станет искать… другие пути.

С улицы доносился звон железных слитков, которые переваливали с паллет на роликовые конвейеры, уходящие внутрь склада, – будто две армии сошлись на поле брани. От резкого звука Скромный Вклад поморщился.

Любой ценой. Любой ценой.

Чужеземное судно, приближающееся к Нижнекаменному пирсу, в мгновение ока приковало к себе всеобщее внимание. Стих привычный гомон толпы, в которой смешались торгаши, носильщики, предсказательницы, проститутки, возчики и рыбаки. Распахнув глаза в потрясении и затаив дыхание, они смотрели на невиданное зрелище. Вдруг кто-то издал смешок, и остальные подхватили.

На носу, изящно опершись холеной ладонью о фигуру лошадиной головы, стояла женщина. Не будь она просто нечеловечески прекрасной, ее преувеличенно царственная осанка и надменность сошли бы за плохую карикатуру. Полупрозрачная блуза с изумрудным отливом ниспадает с ее плеч, как замерзший водопад. На широком черном ремне висят три кинжала без ножен, на ногах обтягивающие кюлоты из дубленой кожи, под ними – сыромятные лосины. За спиной женщины, на палубе и снастях кишели бхок'аралы; трое зверьков возились с кормовым веслом.

В каждой гавани мира есть истории о прибытии чего-то невероятно странного, но подобного до сих пор не видал никто – так, по крайней мере, еще долгие годы рассказывали очевидцы домочадцам и собутыльникам. Судно тем временем приближалось к пирсу, столкновение казалось неминуемым. Бхок'аралы, в конце концов, всего лишь обезьяны, не умнее обыкновенной собаки. Какие из них матросы? Смех один. Встать на якорь, не разбившись о причал? Невозможно. Однако в самое последнее мгновение троица, боровшаяся с кормовым веслом, чудесным образом развернула судно, и оно мягко ткнулось в пирс, почти не примяв соломенные корзины, привязанные к камням для смягчения удара. Вразнобой полетели лини. Только часть из них попала к швартовщикам, но этого хватило, чтобы причалить. Марсель на главной мачте заколыхался, затем рей опал, и парус сложился. Нерасторопный бхок'арал застрял внутри и теперь с недовольным ворчанием пытался выпутаться.

На палубе между тем началась новая возня: бхок'аралы боролись с трапом. Вся пристань наблюдала, как обезьяны тянут, тащат и толкают серую суковатую доску на каменный пирс. В конце концов у них получилось, только три или четыре крылатых создания с жалобными визгами все-таки упали в воду.

В дюжине шагов стоял писарь из службы начальника порта и все никак не мог решиться потребовать плату за стоянку. Мокрые бхок'аралы выбирались из воды обратно на палубу, один держал в пасти крупную рыбину, остальные кинулись на него, стремясь отобрать добычу.

Женщина сошла с носовой площадки, однако направилась не к трапу, а в сторону каюты, после чего скрылась за дверью.

Писарь шагнул было к судну, но тут же отступил, увидев на леере группку скалящихся бхок'аралов.

Как водится у всякой толпы зевак, интерес к новинке быстро угас, и поскольку больше ничего примечательного не происходило, только писарь пытался стребовать оплату, а безмозглые крылатые обезьяны в ответ строили рожицы и шипели – одна даже огрела служащего порта рыбьей мордой, – все понемногу вернулись к прежним делам и заботам. Слух о величественной женщине с безумным экипажем тем временем стайкой испуганных синиц разлетелся по городу.

Пассажиры собрались в капитанской каюте вокруг стола с картами. Сестра Злоба с легкой ухмылкой на полных губах разливала вино по кубкам и раздавала собравшимся. Резчик все ерзал у себя в кресле и принимать вино отказался, отчего лицо Злобы приобрело скорбный – лишь слегка наигранный – вид.

– Нет, ну правда, – сказала она. – Разве нельзя хоть ненадолго перестать корчить из себя ребенка? Да, путь наш был долог, но повторяю еще раз: разумнее всего будет сойти на берег как стемнеет.

– У меня нет здесь врагов, только друзья, – проворчал Резчик с вызовом.

– Может, и так, – кивнула Злоба, – но уверяю тебя, юный убийца, Даруджистан уже не тот, каким ты его оставил много лет назад. Тревожный, на грани великой катастрофы…

– Да знаю я! Я почуял это еще до того, как ступил на борт твоего проклятого корыта! Ты разве не догадываешься, почему мне претит мысль сидеть здесь сложа руки и терять время? Я должен увидеть своих, должен предупредить…

– Милый мой, ты правда считаешь, что, кроме тебя, ну никто не знает об опасности? Что к твоим пальцам привязаны нити судьбы? Ах это юношеское самомнение!

Скиллара набила трубку ржавым листом и раскурила. Атмосфера в каюте была мрачной, напряженной. Впрочем, ничего нового. Все плавание, с того самого момента, когда ее с Резчиком, Баратолом и Чауром выловили из моря посреди огненного дождя, проходило как-то бестолково. Фанатичные бхок'аралы, несчастный мул, старая карга, которая превращалась в кучу пауков, стоило кому-то косо поглядеть в ее сторону. А с ними – тощий, совершенно выживший из ума Верховный жрец Тени и несчастный трелль. А Злоба, строившая из себя избалованную принцессу, на самом деле была волшебницей-одиночницей невероятной силы, а коварством не уступала какой-нибудь Старшей богине. Нет, более разношерстную компанию пассажиров представить невозможно.

И вот мы здесь. Бедный Даруджистан!

– Еще немного, – сказала она, обращаясь к Резчику. – И правда, лучше не привлекать к себе лишнего внимания.

Искарал Прыщ забрался в кресло вместе с ногами, устроив свою жабью физиономию между коленок. От этих слов он буквально стал задыхаться: весь побагровел, выпучил глаза и закашлялся.

– У нас дикие обезьяны вместо матросов! – Наклонив голову, он пристально вгляделся в Скиллару. – Да ею можно коптить сушеную рыбу: завернул в волосы и готово! Есть, конечно, потом не станешь, отравишься – судя по всему, так она и задумала! Держите еду и питье от нее подальше! Вот я ее и раскусил – нет, Верховного жреца Тени так просто не проведешь! Нет-нет-нет. Хм, на чем я?… – Он задумчиво наморщил лоб, потом вдруг гневно вскинул брови. – Не привлекать внимания! Конечно, накури нам туман, и мы в нем укроемся!