Чтение онлайн

Артан недоуменно моргнул и закрыл рот. Красная краска залила скуластое лицо хозяина.

— А ну, брысь отсель, — мрачно буркнул он и отпустил подзатыльник стоявшему рядом кудрявому мальчугану.

— За что, дед? — обиженно всхлипнул мальчуган и, подбежав к хозяйке, уткнулся в ее необъятный бок.

— Да ну вас. Делайте что хотите, — досадливо огрызнулся Артан и побрел к широкой деревянной лестнице, ведущей на верхние этажи старого замка.

Хозяйка, нежно погладив по кудрям обиженного мальчугана, вразвалку подошла к двери и заперла ее на поржавевший от времени и сырости засов.

— Проходи в дом, путник, гостем будешь. Чем богаты, тем и рады. Hе суди строго Артана. Нынче дочь его приемная, умница наша, Ваннара при смерти. Схавтки у ней. Да ты… ты и сам знаешь вроде.

— Hе беспокойся, уважаемая Марта. Поведи меня скорей в покои, где лежит несчастная. Я одно время врачевал, есть у меня кое-какие снадобья, — незнакомец достал откуда-то из складок своего плаща маленький мешочек, распространяющий приятный аромат сухих трав. — Хоть повитуха из меня негожая, но Ваннаре помочь смогу, да и ребенка ее в живых сохранить постараюсь.

— Hе чародей ли ты часом? — подозрительно поглядела на гостя Марта. Было что-то в этом незнакомце весьма странное. Этот нездешний говор. Карие глаза — испокон веков в Хорнкаре жили светлоглазые и русоволосые. Hе иначе чужеземец из дальних земель. Лицо — узкое, нос тонкий, с небольшой горбинкой. Темные, с красивой проседью на висках волосы, зачесанные наверх. Тонкие губы, ямочка на подбородке. По здешним меркам он не прослыл бы красавцем, но было в нем что-то, что, видимо, заставляло вздыхать многих женщин.

— А что, в здешних краях не любят волшбу? — усмехнувшись, поинтересовался чужак.

— Hе то, чтоб очень. Hо коли худое замышляешь, знай — в доме нашем много оружия и найдутся достойные мужчины, дабы злу ходу не дать…

— Будь спокойна, почтенная хозяйка. Я хоть и знаком с кое-каким чародейством, но отнюдь не желаю плохого тебе и семье твоей. А Ваннаре искренне помочь хочу, поверь мне.

— Вижу, правду говоришь, путник. Эльда! Отведи гостя наверх, в крайнюю горницу и принеси ему таз с водой — пусть умоется с дороги… Да поживей.

— Погоди, хозяюшка. Hе время мне мыться, одеваться. Веди к роженице, неровен час, помрет бедняжка.

— Ох, чует мое сердце, неспроста заявился ты… Как зовут-то тебя, скажи?

— Называй меня Корджером. Корджер из Меретарка.

— Дастин, лови ее! Скорее! Hу же, вот неповоротливый… И за что ты навязался на мою голову. Лови-и-и!!! — пронзительно верещал лысый коротышка, яростно размахивая руками. А по поляне, изредка припадая к земле, бегал юноша. От него во всю прыть удирала зайчиха.

— Hу вот, опять голодными остались, — проворчал Онтеро, когда запыхавшийся бард без сил свалился в мягкую траву. — И все ты… Говорил же — осторжнее надо, не спугнуть, а потом раз! Хватать надо было… А он попер… Бездарная ты личность, друг мой Дастин.

— А ты сам побегай по траве, — зло огрызнулся менестрель, переворачиваясь на спину. Солнце стояло в зените, немилосердно посылая на землю жгучие лучи. Спасительная тень деревьев предательски манила, но урчанье в голодных желудках заставляло беглецов позабыть о жаре. — Что, опять будем искать эти треклятые корни? Онтеро, я не червяк, мне надоело есть всю эту гниль.

— А ты думал, я тебе на блюдечке ужин принесу? Привык, небось, в королевском дворце жаркое вином запивать?

— Да и ди ты… Я ел, как все слуги — хлеб, вода да яблоки.

— Ага, скажи спасибо, хоть не тюремную баланду, — колдун подошел к валяющемуся на травке юноше и плюхнулся на землю. Затем достал из найденной в охотничьей избушке сумки старый, залатанный во многих местах кожанный бурдюк и, развязав горлышко, хлебнул холодной родниковой воды, набранной путниками загодя в лесу.

— Дай попить, — устало произнес бард, протягивая руку к бурдуку.

Внезапно раздался тонкий свист, длинная белооперенная стрела пробила толстую кожу буурдюка. Онтеро вскрикнул и упал в траву. Драгоценная вода бурными толчками полилась на землю, тотчас жадно поглощавшую влагу.

Дастин благоразумно решил последовать примеру своего спутника и тоже залег в траве. Неведомый стрелок не показывался.

Прошло немало времени, прежде чем откуда-то из леса прозвучал голос:

— Эй вы. Хватит валяться. Здесь дюжина метких стрелков, и если вы попытаетесь смыться или хвататься за оружие, вам немедленно прострелят ваши глупые головы.

Судя по хриплому голосу и наглому голосу, неизвестный принадлежал к той группе жителей Западного Вильдара, которых не любят повсюду, преследуют власти и за головы которых дают немалые суммы.

— Тьфу ты, нелегкая — сплюнул Онтеро, нервно дергая траву рядом с собой. — Разбойники, туды их в колоду! Hу, друг мой, Дастин, видать попались. Hе одно, так другое. Чего будем делать? Говорить с ними бесполезно — чуть что заподозрят — нож под горло… Хотя, может статься, глянут на нас — беглые, денег нету, может и отпустят. Hо уж больно я сомневаюсь… Эх, силушки б мне…

— Hу чего вы там? А ну вылазь, кому сказано!

— Эй, погоди, добрый человек, — крикнул Дастин. — Мы люди бедные, денег у нас нету, отпусти нас, мы пойдем своей дорогой.

— Ага, как бы не так. Выходи, там разберемся, какие вы бедные. Живо!

Дастин, игнорируя злобное шиканье коротышки, поднялся и посмотрел вглубь леса. Там, среди деревьев, стояло не менее дюжины человек с длинными луками наизготовку. Еще с полдюжины с огромными секирами стояли на другом краю поляны. Положение отнюдь не радующее — и пяти шагов не пробежишь, как изрешетят стрелами. О меткости лесных стрелков давно ходили легенды.