Чтение онлайн

И в подтверждение своих последних слов, обернувшись, крикнул своим людям.

— До конца церемонии мальчишку не трогать, пусть валяется там, где упал.

Обернувшись, я с болью посмотрела на израненное тело Нугзара. Почувствовав мой взгляд, парень приоткрыл один глаз (второй полностью заплыл), тихо прошептав:

— Извини.

— Ему нужна помощь врача. Хотя бы, чтобы остановить кровь. Ты же уже победил. Что тебе еще надо? Зачем тебе его смерть?

Я попыталась достучаться до здравомыслия волка. То, что попытка достучаться до его совести или тем более сострадания обречена на провал и ни к чему не приведет, я и так знала. Какой смысл взывать к тому, чего нет. Но не попробовать я не могла.

— Мне все равно, что с ним будет дальше. Выживет он или нет. А вот тебе не все равно. И если хочешь, чтобы парню как можно быстрее оказали помощь, то лучше не тяни время. Чем быстрее мы закончим, тем больше у него шансов остаться в живых. И я бы на твоем месте поспешил. Все же твой дружок, действительно, выглядит не очень хорошо.

После слов Вязимского я еще раз обернулась на Нугзара. Леопард лежал неподвижно на земле с закрытыми глазами. На том расстоянии, на которое мы отошли, я даже не могла сказать, дышит ли он. В нескольких шагах от раненого парня стоял его отец. Его не пускали к сыну и все что он мог, это сжимая в бессильной ярости кулаки, прожигая меня и волка ненавидящим взглядом.

Бесцеремонно втолкнув меня в дом, мой новоиспеченный жених кивнул на стол, приказав.

— Подписывай брачный контракт и начнем церемонию.

И действительно, на столе помимо разорванных бумаг которые я не так давно подписала, появились новые. Новый здесь был не только контракт, но и тот, кто собирался провести церемонию бракосочетания. Вместо Михей, в комнате находился незнакомый мне пожилой оборотень. Взяв договор в руки, я хотела было его прочесть перед тем как подписать, но мне и этого не дали.

— Ты тянешь время, которого у твоего друга нет. Или тебе уже безразлична его жизнь и твоя обеспокоенность о нем, была просто игра на публику?

Растерянно посмотрев на волка, все же решившего наконец-то одеть хотя бы джинсы, я неуверенно протянула.

— Нет конечно, но мне бы хотелось знать, что я подписываю.

— А смысл? Ты все равно ничего не сможешь изменить. Так что подписывай быстрее и приступим. Мне уже надоело ждать. А договор дома прочитаешь. Я его от тебя прятать не собираюсь. В конце концов, должна же ты знать о своих обязанностях. О твоих правах, как понимаешь, там речи не идет. И да, еще в виде стимула, чтобы ты быстрее соображала и соглашаться на мои условия, сообщаю, совет для рассмотрения дела по невменяемости Фролова и неправомерности его действий в отношении некоторых лиц, собирался вчера. Его признали виновным и опасным для общества, а так же способным на непредсказуемые срывы. Еще лет сто назад, при таких обвинениях, нестабильного оборотня пристреливали как бешеную собаку, но теперь мы стали цивилизованными, поэтому, ему грозит только пожизненная изоляция с принудительным лечением. И да, хочу тебя обрадовать, именно твоего будущего мужа, то есть меня, назначили временно исполняющим обязанности альфы и опекуном твоего сына. Так что даже если бы ты вышла замуж за этого мальчишку Резо, Влада своего из стаи забрать бы все равно не смогла, так как еще вчера я принял на себя все новые обязательства. Поэтому ты должна мне быть еще и благодарной за то, что я успел вовремя остановить ваш предыдущий фарс.

Я неверящим взглядом смотрела на Вязимского.

— Но совет же должен был собираться только сегодня.

— Неужели ты думаешь, старейшины не знали, что задумал Дмитрий Фролов. Они все прекрасно знали.

Какая же я была дура. Думала обхитрила прожженных интриганов. А они все просчитали на несколько ходов вперед.

— Так ты подписываешь бумаги или передумала?

Выбора мне не оставили. И вот я уже второй раз за сегодня слушаю слова церемонии бракосочетания, а на краю стола лежит новая пара колец. В этот раз вычурная, с какой-то замысловатой резьбой и мелкими камнями.

Смотря ничего не видящим взглядом в окно, я погрузилась в свои мысли и пропустила всю церемонию. Да и какая разница кто там что говорит. Никогда не думала, что моя свадьба будет вот такая. Да еще и с тем, кто мне неприятен и кого я презираю. Интересно, еще хуже чем сейчас может быть, или я уже достигла дна и снизу неприятности больше не постучаться?

Услышав вопрос про то, никто ли не знает, причины, по которой мы с Вязимским не может быть вместе, мне так и подмывало закричать, что я знаю. Вот только не могла себе этого позволить. На улице лежит истерзанный Резо, которому нужна помощь, а в доме Фролова меня ждет сын, которому нужна защита и поддержка. Опустив взгляд в пол, чтобы никого из присутствующих не видеть, а особенно моего довольного женишка, все что себе позволила, это горько усмехнуться. Быстрее бы все это уже закончилось. Одинокая слеза проложила мокрую дорожку по моей щеке. А я думала, что на сегодня уже наплакалась. Оказывается, нет.

— Я знаю, почему они не могут быть вместе.

Неожиданные слова, произвели эффект взорвавшейся бомбы. Все вокруг пришло в движение, а оборотни, зашумев, расступились, создав небольшой коридорчик. А я и не заметила как весь дом заполнился зрителями. Хотя, чего уж там, последние минут пятнадцать я, вообще, ничего вокруг не замечаю кроме этих проклятущих колец.

Недовольный волк обернулся, чтобы посмотреть на того смельчака, который решил помешать его свадьбе. Я же оборачиваться не стала и так прекрасно знала кто это. И не только по голосу который узнала, но и по тому, как заинтересованно завозилась моя медведица.

Недовольный Вязимский, больно сжав мою руку, тихо зашипел мне на ухо.

— Не могла бы ты меня, дорогая моя невеста, заранее просветить, о количестве желающих заполучить тебя в свою постель? Скольких мне еще ждать? Одного? Двоих? Сколько? — я не знала, что мне ответить, да и не могла. От боли в руке потемнело в глазах. Мне с трудом удавалась удержаться, чтобы громко не застонать. А мой женишок от действий перешел к угрозам. — Запомни. Позорить себя я никому не позволю. Узнаю что ходишь налево и наставляешь мне рога, тебе ноги переломаю, а твоим ухажерам глотку перегрызу.

Угроза была произнесена таким голосом, что я поверила и не сомневалась, так и будет. И не только в том случае если захочу ему изменить, но даже если он просто заподозрит за мной что-то неладное.

От неприятных мыслей отвлек требовательный приказ.

— Отпусти девушку.

Голос медведя был обманчиво спокойный. Уж я-то это точно знала. А вот Вязимский нет, так как не внял требованию и вместо того чтобы выполнить просьбу, наоборот, сдавил мою руку еще сильнее, ехидно поинтересовавшись в ответ.