Чтение онлайн

Когда я кое-как пришел в себя от запаха, то наконец огляделся. Желтая зала (ненамного больше той комнаты, где я ждал, когда меня позовут к Королю) была таковой, наверное, очень давно, потому что ничего желтого я здесь не заметил. Разве что довольно большое пятно на когда-то белом ковре. А еще на этом ковре валялась огромная куча одежды. И эта куча храпела.

Я подошел ближе (вонять стало еще больше) и носком башмака стал скидывать одну тряпку за другой. И, как я и догадывался, внизу оказался Его Высочество Принц Анарис во всей своей нетрезвой красе. Ничего себе! Это ж сколько надо было выпить, чтоб так выглядеть! Я видел пьяных у нас в деревне, но никто из них никогда так не напивался. Деда мой тоже был великий охотник до вина, но он всегда меру знал. А это существо, которое собиралось стать нашим будущим Королем, похоже, даже и не пыталось вовремя остановиться.

Принц лежал на животе, уткнувшись лицом в свою согнутую в локте руку. Мне даже показалось, что ему там дышать тяжело, но тут он так сладко всхрапнул, что я понял, что с ним все в порядке. Однако перевернуть его бы не мешало — мало ли что. Только вот трогать его мне было противно. Поэтому я повертел головой по сторонам, убедился, что никого здесь больше нет, и пнул Его Высочество так, что тот быстро перекатился с живота на спину. Он недовольно хрюкнул во сне, но не проснулся.

Зато теперь я мог хорошенько его рассмотреть — правда не больно-то и хотелось. Насколько я знал, Принцу было не больше двадцати, но выглядел он лет так на десять-пятнадцать старше. Лицо его одновременно посерело, пожелтело, посинело и позеленело, а из полуоткрытого рта текла слюна — фу! Но даже в таком виде он был… красивым что ли. Наверное, когда он трезвый, за ним толпы девушек ходят. Если он хоть иногда трезвый бывает, а то я слышал, что он беспробудно пьет. И, как я уже успел на своем затылке прочувствовать, руки распускает. На Короля он был совсем не похож, но я видел портрет Королевы — вот уж красавица была! Жаль только, что умерла родами.

Ну, и что мне делать с этим королевским пьяницей? Я с ним поговорить хотел (или поквитаться за ушибленный затылок), а он тут дрыхнуть вздумал. Хотя… А почему бы не сделать с ним то, что я уже разок со Старшим, то есть с Верховным волшебником Корнелиусом проделывал? В общем, минут через пять лицо Принца выглядело так, будто это был лист, на котором трехлетний малыш впервые рисовал красками. И я очень постарался, чтобы эти рисунки было очень и очень трудно смыть.

Я немного полюбовался своей работой, стараясь при этом не дышать — к основной вони добавился еще и перегар, и я очень обрадовался, что никто не знал, что я здесь. Думаю, что тот слуга не проболтается. Ведь если узнают, что я такое учинил с наследником престола, то мне точно не сносить головы. И если Король меня еще может простить, то бабуля — никогда.

Ладно, пора уже было и честь знать. Я не удержался и еще раз глянул на лицо принца. Его глаза вдруг открылись, и он уставился на меня:

— Ты кто?

Оладка перепеченная!

— Э… Ваше Высочество?

Принц пробурчал что-то невнятное, закрыл глаза и снова перевернулся на живот. А храп стал еще громче, и мне очень захотелось снова накидать на него тряпки. Что, собственно, я и сделал.

А потом быстренько скрылся из Желтой залы, пока никто меня там не нашел. Надеюсь, никто не догадается, что это я так разукрасил наследника престола. Хотя, вряд ли его могло еще хоть что-то больше «украсить».

Из Дворца я выбрался довольно быстро, и меня даже никто не провожал. А когда я подумал о Кэндрисе, он тут же за мной явился. Пока мы ехали назад, я все думал о том, что очень уж ненадежная у нас королевская семья: Король явно был не в себе, да и выглядел он неважно, а Принц сам себя в могилу загонял. Все-таки деда правильно сделал, когда Тетушку Таму к нам в Школу забрал, и правильно решил ее на трон посадить. Жалко только, что это придется делать мне. А что еще хуже — мы больше не сможем есть ее стряпню.

Вернувшись домой, я коротко отчитался Вессалии о визите к Королю. Очень коротко. Потом я закрылся в домашней библиотеке, выбрал несколько книг и погрузился в чтение. Так я провел еще несколько дней, пока мои друзья наконец не приехали в Столицу.

Было еще раннее утро, когда я проснулся от нежного пения птиц. Они щебетали так, словно это был самый лучший день в их жизни. А вот у меня такого чувства не было. Мне почему-то казалось, что сегодня меня ждало что-то очень и очень неприятное. И я очень надеялся, что на этот раз моя чуйка неправа.

— Доброе утро, господин Марвус. — Намус столбом стоял надо мной, а я попытался вжаться лицом в подушку. Может, он подумает, что я еще сплю? — Завтрак уже на столе. — Я не пошевелился, и он добавил: — Пока еще на столе.

— О чем это ты? — Я перевернулся на спину.

— О, так ты не спишь…

— Не сплю я, не сплю. О чем ты там говорил?

Намус недовольно сморщил нос, глядя на меня. Еще бы! Я же спал не как положено в длинной ночной сорочке, а в старых дедовых штанах, которые нашел у него в комнате. Подозреваю, что он тоже тайком от Намуса их по ночам напяливал.

— Намус?

— В столовой тебя ждет твой школьный друг, — наконец ответил камердинер. — И он весьма прожорлив.

— Пар! — Я радостно вскочил с кровати.

Через пять минут я уже мчался вниз по лестнице полностью одетый, умытый и причесанный — до сих пор не могу понять, как Намусу это удается. И как я и ожидал, толстяк сидел во главе стола и вовсю уплетал угощение.

— Пар!

— Дружище! — Ради меня толстяк даже оторвался от еды и встал из-за стола, не забыв, конечно же, по дороге набить свои бездонные карманы. Вессалия это заметила и слегка нахмурилась, но ее лицо быстро стало таким, как обычно: вежливым и строгим.

Мы с Паром радостно обнялись и почти одновременно заговорили:

— Как ты тут?

— Как сам-то?

Немного поболтав, мы пошли в библиотеку, чтобы нас никто не мог подслушать. Не то что бы я не доверял слугам, но рисковать все же не хотелось.

— Хорошо тут у тебя, — сказал Пар, осматривая библиотеку. Особенно он обрадовался тому, что повсюду стояли вазочки с фруктами, печеньем и другими вкусностями. Раньше их здесь не было. Наверное, Вессалия так для Пара постаралась.

— Ну да, неплохо. — Я тоже оценил вазочки с едой — я ведь еще не завтракал.

Мы уселись на кресла возле стола, и Пар тут же закинул на него ноги.

— Мне Гэн рассказал про Триссу.

Я кивнул.

— Злишься на него?

— Не-а. Я б и сам так сделал. Кстати, где он сам?

— Дома сидит, — ухмыльнулся толстяк. — Побоялся к тебе идти.

Да уж. Я что, такой страшный?

— А дом далеко?

— Чей дом? — Толстяк меня явно не слушал, он так увлекся пышками с повидлом, что ничего больше не замечал.

— Гэна!

— А… Да тут рядам. Минут десять пешком. Я, кстати, сам так и пришел. Я тоже живу недалеко. Да и Трисса тоже. Тут вообще все самые главные волшебники живут неподалеку.