Чтение онлайн

Американский пригород. «Не там, где можно было ожидать появления демона», размышляла я, проходя через низкие ворота, шевеля их, чтобы они щелкнули. То есть, если только вы не были среди очень немногих, кто знал, что ведьмы начали свое существование как генетически отсталые демоны, результат магического нападения, нанесенного эльфами тысячи лет назад в попытке медленно уничтожить их. Иногда поврежденная генетика выстраивалась в очередь, чтобы произвести настоящего демона из своих низкорослых детей. Проблема была в том, что это было связано со смертельным набором генов, которые вызывали синдром Розвуда. Стопроцентный летальный исход.

Это только недавно обошел отец Трента, а теперь и сам Трент. Все еще оставался вопрос, разрушил ли отец Трента, Кэл, эльфийское генетическое проклятие намеренно, чтобы положить конец войне, или случайно, пытаясь помочь другу. Я ставила на последнее. Говорили, что отец Трента был главным гондоном, и все, что он делал, было направлено на продвижение его интересов, а не на общее благо, и уж точно не на помощь демонам.

Я отпирала машину, когда услышала шаги на дорожке и обернулась. Это был Дали, и я ждала, его понимающая улыбка стала шире, когда громкая жалоба Керика на его отсутствие выплеснулась в удлиняющийся полдень.

– Тебя подвезти?
– спросила я, когда он сократил расстояние между нами. Он не мог уйти сейчас, не тогда, когда все шло так хорошо, но он покачал головой.

– Я хотел поблагодарить тебя, - сказал он, с необычной грубоватой неохотой нахмурив брови.

О. Я прислонилась спиной к машине, скрестив руки на животе, чтобы кольцо Трента поймало свет.

– Не за что. Должна признать, что ты более искусен в этом, чем я думала.

Он оглянулся на дом, выглядя удивительно элегантно в своей демонической мантии и шляпе. Мимо проехала машина, притормозила, чтобы посмотреть на него на солнце, затем ускорилась.

– Ты не забываешь, как держать ребенка, сколько бы ты ни прожил.

Следующие слова застряли у меня в горле. Видя демонов сейчас, было трудно вспомнить, что у всех у них были жизни, о которых мы не знали, жизни с цепями и украденными детьми, голодом и безумием, неповиновением, успехом и горькой, горькой расплатой, которая привела и демонов, и эльфов на грань вымирания.

– Дали, могу я попросить тебя кое-что сделать для меня?

На его лице промелькнуло раздражение. Застыв в напряженной позе, он снова стал твердолобым политиком/государственным служащим, которого это должно волновать.

– Я не помогу тебе с Констанс. Возьми ее под контроль сама.

Я оттолкнулась от машины, напугав его, когда внезапно оказалась в нескольких дюймах от его лица.

– Я хочу, чтобы ты помнил, что Керик будет жить вечно, а его родители - нет, - мягко сказала я.
– У них с ним еще восемьдесят, может быть, сто лет, и только двадцать из них они будут его родителями. Я прошу тебя забыть о своих странных желаниях и гордости и уважать их желания относительно того, чему его учить, а чему нет, пока он находится под их крышей.

Одним толстым пальцем Дали толкнул меня назад, пока моя задница не ударилась о машину.

– Мне все равно…

Вскипел гнев из-за того, что он собирался упустить этот шанс для них найти общественное признание из-за своей гордости.

– Ты можешь подождать двадцать лет!
– крикнула я, наклоняясь вперед, в его пространство.
– Ты позволишь ему двадцать лет быть ребенком своих родителей, прежде чем исказишь его своей извращенной версией того, что морально этично, а что нет. – Мое сердце бешено колотилось, но это был гнев, а не страх.
– Понял?

Дали молчал. Мы оба знали, что у меня мало что было в подтверждение моих слов, за исключением того, что я была тем, кто пристыдил их, заставив приложить усилия, чтобы выжить, когда все остальные хотели их смерти. Для них нашлось место, и я хотела, чтобы они жили, а не просто существовали.

Запах жженого янтаря защекотал мой нос, и, не зная, исходил ли он от него или от меня, я отступила, устав сражаться за демонов, когда они не хотели сражаться за себя.

– Хорошо, - сказала я.
– Ладно. Делай, что хочешь. Мне нужно пойти домой и прибраться в своей комнате. Теперь, когда Стеф вычистила все остальное, она выглядит грязной.

– Ты убьешь себя, пытаясь быть тем, кем не являешься, - насмехался он, когда я уходила, что еще больше злило меня.

Расстроенная, я рывком открыла дверцу, не решаясь оглянуться, когда садилась внутрь. Он уже направлялся по дорожке к дому, задумчиво опустив голову. Честно говоря, я была удивлена, что он вообще вышел.

– Он отправит нас всех обратно к Повороту, - пробормотала я, злясь на его неспособность позволить кому-либо иметь противоположное мнение.

Грубым движением я выключила телефон из режима полета и подключила его к сети для зарядки. Мой телефон зазвонил, потом снова зазвонил. Нахмурившись, я рискнула взглянуть на него, когда он звякнул в третий раз. Голосовые сообщения.

– Разве мир не может вращаться в течение часа без меня?
– сказала я, затем поставила машину обратно на паркинг и взяла телефон. Я отключила его всего на час.

Сжав губы, я уставилась на экран. Н. Лендорски. Я не знала Н. Лендорски. Но потом я нахмурилась еще сильнее. Местный номер. Из монастыря. Кто бы это ни был, он звонил из дьюара.

«Нэш?» подумала я, и холодное чувство проскользнуло сквозь меня. Большой, неуклюжий светловолосый эльф, служащий телохранителем Зака, Нэш?

Снова зазвонил телефон. Дженкс тоже оставил мне сообщение, но я сначала прослушала сообщение от Нэша.

– Рейчел, они забрали его, - произнес напряженный мужской голос, и я сжала телефон сильнее. Это был Нэш. Я узнаю его музыкальный баритон где угодно.
– Он ушел. Мне нужна твоя помощь. Это были вампиры. Я чувствую их запах повсюду. Они были здесь, а Зак исчез. Это был Лэндон. Он вырубил меня.
– Последовала пауза.
– О, Боже. Кухня разрушена, - сказал он срывающимся голосом.
– Он затеял драку, а меня здесь не было. Я оставил сообщение на стойке регистрации, чтобы тебя впустили. Я в монастыре. Позвони мне.