Демон на Миллион
Шрифт:
Вампирская идиома? Я не была точно уверена, что это значит, но звучало не лестно. Мое внимание переключилось на звук щелкающих ботинок. Охранники напряглись, и, как один, они перестали возиться с нашими вещами и подошли, чтобы встать неприятно близко. Очевидно, это был надзиратель, и я посмотрела на Пайка, чтобы он молчал, чтобы я могла слышать, что говорят.
– Каждый был учтен индивидуально. Дважды, - говорил охранник, когда он и мужчина в костюме вошли внутрь.
– Они появились во дворе. Ни один из них не был под чарами. Сэр, я думаю, это действительно она. Мы все еще ждем положительной идентификации этого человека.
– Она сказала, почему она здесь?
– спросил надзиратель, и я глупо улыбнулась ему и слегка помахала рукой, когда он остановился в восьми футах позади и уставился на меня.
Охранник беспокойно заерзал.
– Она сказала, что принесла Ральфу Ларону гамбургер.
– Ее сотовый был рядом с его, верно?
– Взгляд надзирателя переместился на нашу кучу вещей.
– Я здесь случайно, - сказала я, а затем нахмурилась, когда охранница шлепнула меня по ноге своей палочкой. С меня было достаточно, и мои глаза сузились.
– Может быть, я промокла насквозь и посинела, но я не заключенная, - сказала я охраннице, сжав челюсти, когда она опустила тяжелую руку мне на плечо.
– И если ты продолжишь обращаться со мной так, я перестану быть милой. Поняла?
Ни на кого это не произвело впечатления, и Пайк усмехнулся.
– Маленький кусочек, - сказал он, и я почувствовала, что горю.
– Руку. Прочь, - пробормотала я.
– Или я возьму ее с собой, когда буду уходить. Ты знаешь, кто я, - добавила я, и женщина откашлялась и отступила назад.
Озабоченно нахмурив брови, надзиратель подошел к нашей мокрой куче вещей.
– Нет, ты не заключенная, - сказал он, держа амулет над нашими вещами, прежде чем заглянуть в сплющенный пакет с едой и поморщиться. – Ты попала сюда, чтобы вытащить кого-то, и все пошло наперекосяк, или... ты потерялась в лей-линии? Я на это не куплюсь.
– Он поставил пакет на землю, и мой пульс участился.
– Что это?
– спросил он, игнорируя пистолет Пайка и направляясь прямо к амулету.
– Заклинание поиска? От кого ты пыталась сбежать?
– Ни от кого, - сказала я, и Пайк усмехнулся с самодовольным выражением лица.
– Ее учитель-демон разозлился и бросил ее здесь, - сказал Пайк.
– Я готов к поездке. Если бы я мог позвонить, то мог бы прояснить ситуацию.
– Пайк!
– воскликнула я, смутившись, пока он насмешливо не облизнул губы, и тогда я просто разозлилась. Небольшой кусочек.
Но надзиратель кивал.
– В это я мог бы поверить, - сказал он, затем поморщился, когда его телефон загудел.
– Извините меня. Это, наверное, о вас.
– Бросив несущественный амулет поиска обратно в кучу, он отвернулся, прижимая телефон к уху.
– Ты потрясающий, Пайк, - почти прорычала я, когда все, кроме меня, пытались слушать.
– Я не маленький кусочек. Я - целое блюдо, которым Констанс подавится. Я пытаюсь вытащить нас отсюда, так что заткнись и дай мне поговорить.
– Да. Хорошо. Повеселись там.
– Пайк уверенно заерзал на скамейке запасных, но дискомфорт снова начал проявляться на его покрытом шрамами лице, когда баланс адреналина и боли изменился.
– Тебе нужно слушать и смотреть, как играют взрослые, - пробормотала я. Но это было действительно плохо.
– Вау, это больно.
– Пайк театрально вздохнул.
– Если я чему-то и научился, пережив Констанс, так это тому, что сумасшествие работает только тогда, когда твоя власть над ним основана на страхе, и если ты думаешь, что сможешь отговорить себя от проникновения в Алькатрас по своим собственным заслугам, ты сертифицирована – Солнышко.
Я скривила губа, но надзиратель закончил разговор, недоверчиво качая головой. Резким жестом он приказал охранникам отпустить нас, и дыхание, которое я и не подозревала, что сдерживаю, медленно вырвалось наружу. Он отпускал нас?
– Ваша история подтверждается, - сказал он, и Пайк моргнул в шоке, ошеломленная тишина охватила его, когда он повел плечами после того, как они расстегнули его наручники. Мои были следующими, и я потянулась за своим кольцом, когда охранник бросил наши вещи на стол. Ну, по большей части. Они придержал нож и пистолет Пайка, что не очень понравилось мужчине. «Маленький кусочек, а?» подумала я, надевая прохладное кольцо обратно на палец, обеспокоенная тем, что жемчужина оставалась такой же уродливо черной. Мне запретили въезд в Сан-Франциско по какой-то причине, и это было связано с неожиданной реконструкцией центра города.
– Кто поручился за меня?
– спросила я, желая знать, кого добавить в мой список рождественских открыток.
– Вивиан Смит, - сказал надзиратель, и я не смогла сдержать улыбку. Все охранники, кроме одного, вышли, забрав с собой оружие Пайка и пообещав, что вернут его. По опыту я знала, что вся тюрьма узнает о случившемся как минимум через три минуты.
– Глава Ковена Моральных и Этических Норм, и, следовательно, мой босс, - продолжил надзиратель.
– Она сказала, и я цитирую: «Это похоже на Рейчел», а затем посоветовала мне отпустить всех, кто будет с вами, из вежливости к вам.
Пайка резко вскинул голову, отвлекшись от ощупывания своей колотой раны.
– Разве ковен не изгнал тебя в безвременье?
– Ага.
– Я просияла ему, потребность позвонить Тренту росла, когда я засовывала телефон во влажный карман. Не здесь, где все могут услышать.
На лице начальника тюрьмы была слабая улыбка, когда он стоял в конце стола и ждал нас.
– Извините за соляную ванну, - сказал он.
– Мы должны были быть уверены, что кто-то не пронес контрабандой амулет двойника. Не хотите ли принять душ? Следующий пароход прибудет не раньше полуночи.
Боже. Полночь. По крайней мере, у меня был телефон.
– Это было бы здорово, спасибо, - сказал Пайк, но мысли об этой общей душевой комнате не выходили у меня из головы, и я подавила дрожь. Я была свободна, но все еще в Алькатрасе.
– Нет, спасибо, - сказала я, и Пайк уставился на меня, его взгляд пробежал по моим мокрым, липким волосам к синей юбке и промокшим ботинкам, натирающим дырку на пятке.
– Вы можете воспользоваться душем охраны, - сказал надзиратель, казалось, поняв.
– Кому-нибудь из вас нужна медицинская помощь? Еда?
– Он посмотрел на полностью расплющенный пакет с едой.