Чтение онлайн

В течение трёх следующих месяцев мы отлетали положенные часы на двухместных одномоторных бипланах "Хаукер Харт" и "Одэкс". Дрессировавшие нас флайт-сержанты пробовали определить лётную пригодность каждого, обстругать пилотов, бороздивших небо неведомо где и на чём, под стандарты КВВС. Удавалось плохо, и не от скверного человеческого материала, а уж очень странных этих стандартов.

Я боялся сближаться с кем-то из курсантов или постоянного состава накоротке. Слишком уж легко проколоться "не настоящему" англичанину. Миллион тонкостей. Например, прибывшего со мной в авиашколу Берта Грэхема я безо всякой задней мысли называл "Осси", честно полагая, это - его кличка. Каково же было удивление, когда на "осси" отозвался другой австралиец, а канадец обругал меня английским шовинистом. Выяснилось, что "высшая раса" Британии так зовёт белых австралийцев, естественно - с определённым оттенком презрительности.

Несмотря на изобилие женщин из вспомогательных сил, явно забравшихся поближе к ВВС с далеко идущими целями, я не осмелился на роман ни с одной из них, хотя плоть и шизофрения постоянно об этом напоминали. Терпеть и не раскрываться!

Чуть более доверительные отношения установились лишь с Джоном Брехэмом (10), серьёзным мужиком, которого язык не поворачивался назвать просто Джонни, как я величал мистера Гладстона. Вот уж где воплощение традиционной Англии! Его чуть холодное и высокомерное отношение к простому моряку, до войны проболтавшемуся непонятно где, ни разу не вышло за пределы вежливости, даже когда он пару раз напивался.

К каждым стаканчиком виски он становился критичнее, но не к окружающим, а ко всей системе. Тем более поступающие из Норвегии новости, где британская армия решила воевать по-взрослому, а не как во время польской кампании Вермахта, никоим образом не располагали к оптимизму.

– Видишь ли, Билл, - начинал Джон после первого глотка из ...надцатого стаканчика, затягиваясь сигарой.
– Наша страна с сентября теоретически участвует в войне. По правде говоря, лишь готовится к ней. А если совсем откровенно - делает вид, что готовится. И даже не к текущей, а прежней Мировой, касающейся только континентальной Европы, а нам в худшем случае останется отбиваться от цепеллинов.

– Преувеличиваешь, мой друг. Столько бетонных аэродромов вокруг Лондона и вдоль Ла-Манша, радиолокационные станции, базы во Франции, самолётов хватает.

– Это ты преувеличиваешь. Главное в армии - люди. А они не те, совсем не те... Одни воспоминания о викторианской эпохе и былом могуществе. Наших офицеров видишь? Это же не армия, а джентльменский клуб! Они носят хорошо утюженную форму, говорят друг другу "сэр", изображают службу, потому что таковы клубные традиции. Как реально воевать в воздухе - не представляет совершенно никто! И, боюсь, не собирается.

10. Британский ас, известный не столько подвигами, сколько мемуарами. См.: Брехэм Дж. Быстрый взлёт.
– М.: Центрполиграф, 2005.

Тут сложно возражать. Чего стоят одни только наставления по воздушному бою, так называемые "Атаки Истребительного Командования". Например, "Атака Љ 1" при нападении на бомбардировщики противника предписывает растянуться истребителям в тонкую линию и по одному обстреливать сзади замыкающий самолёт врага с безопасной дистанции. Один отработал - следующий заходит, и так далее.

Брэхем на тактических занятиях осмелился спросить, не лучше ли атаковать одновременно, выстроившись по фронту? Тогда огонь стрелков бомбардировщиков не сосредоточится на единственном истребителе, да и плотность стрельбы по вражеской цели возрастёт многократно. Флайт-лейтенант нашёл безукоризненное возражение.

– "Атаки Истребительного Командования" утверждены лично главкомом истребительной авиации КВВС главным маршалом авиации сэром Даудингом и имеют силу приказа для вас, мистер Брехэм! В военное время извольте исполнять, а не обсуждать приказ.

И что тут попишешь? Сэр Даун... извините, Даудинг, герой Мировой войны, бравый дед около шестидесяти лет, имеет собственный взгляд на тактику, стратегию и материально-техническое оснащение. Очень особенный взгляд. В итоге нам вдалбливают, что современный воздушный бой по определению не может быть маневренным из-за высоких скоростей и неизбежных перегрузок при резких эволюциях, если аэроплан разогнан свыше трёхсот миль в час. Атака в лоб невозможна из-за слишком малого времени для прицеливания и стрельбы, а также рискованна из-за столкновения. Атака сбоку бесполезна из-за неизбежной ошибки упреждения.

Сначала не верилось. Косность преподносимой нам науки боя поражала, даже в ВВС РККА наставления предусматривали большую гибкость. Мы подозревали в клиническом консерватизме преподавателя, но позже получили под роспись совершенно секретные документы, не оставившие сомнений, что идиотизм стекает сверху как шоколад через край из забившегося и переполненного ватерклозета. В "Руководстве по тактике ведения воздушного боя", изданном в 1938 году, в главе VIII так и сказано: "Маневрирование на высоких скоростях в воздушном бою невозможно, так как воздействие перегрузки на человеческий организм при резкой смене направления полёта на большой скорости может привести к временной потере сознания. Действия одиночного истребителя должны ограничиваться атаками на противника сзади со стороны хвоста". Поэтому догоняем только в хвост и плотно сколоченной тройкой, расстояние между законцовками крыльев соседних истребителей в бою не превышает трёх-четырёх футов. Метр, короче говоря.

– Билл, а как в Испании получалось?

Коллега отвлёк от воспоминаний об административном шедевре Дауна. Пиво приятной терпкой струйкой скользнуло по языку. Я аккуратно высылал большую часть заработка ненасытному спонсору, поэтому позволял себе только очень мелкие глотки.

– По-разному. Сначала красные навезли кучу похожих нелепых инструкций, потом сами же их повесили на гвоздь, - пришлось объяснить джентльмену, что в Испании не вся бумага в гальюне подобна мягкому пипифаксу.
– Летали и двойками, и четвёрками, сбивали "Фиатов" и старые "Хейнкели". К тридцать восьмому появились "Мессеры", на этом шутки кончились.

– То есть и у нас "Атаки Истребительного Командования" не переживут первой встречи с врагом.

– Конечно. Главное - чтобы лётчики пережили. В Норвегии наверняка уже иначе летают.

Об этом нам рассказал чуть позже флайт-сержант МакГрегори, прибывший в авиашколу после лёгкого ранения для преподавания тактики. Естественно, получил вопрос в лоб о том, как ему леталось и почему был сбит в первом же бою.

– Мне достался замечательный самолёт "Дефиант". Слышали о таком? Действительно, замечательная машина... На земле. Я прошёл подготовку на "Харрикейне", "Дефиант" на него похож даже внешне. Взлетели. Привык к самостоятельным полётам на разведку, в кабине - один, вокруг никого, даже птиц. Наедине с Господом. Вдруг мне ладонью по плечу - хлоп! И голос: "Босс, пива хочешь?" Честно, чуть не обо... в смысле, чуть не испачкал самолёт. Оказывается, мой стрелок побоялся, что внутренние разговоры попадут в эфир, отключился от бортовой сети, прополз ко мне через фюзеляж и сунул бутылку холодного пива! В общем, выпил я пива, хоть это не положено, стало замечательно хорошо воевать. Тут - гунны. А в "Дефианте" все четыре пулемёта смонтированы в турели у стрелка, у меня даже рогатки нет. В "Хари" привык бить по конусу - прицел навёл и жми на спуск. А тут...