Чтение онлайн

Будто почувствовав присутствие Брута, Алексайос приоткрыл глаза и нашел его взглядом.

— Что произошло? — вкрадчиво спросил Брут, стараясь говорить как можно сдержаннее. — Ламия здесь?

— Госпожа Селена… — прохрипел Алексайос, едва шевеля губами.

Брут не знал никакой Селены. Хотя… он пару раз слышал это имя от бесов, когда заходил на кухню за очередной бутылкой. Скорее всего, так звали рыжую девчонку, которую Ваал привел с собой. Да и черт с ней!

— А Ламия? — надавил Брут.

— Асмодей… забрал… — прохрипел Алексайос, прежде чем потерял сознание.

Поднявшись, Брут выругался. Он так и не выяснил, что здесь стряслось. Пострадала ли Ламия? Вряд ли с ней что-нибудь случилось рядом с Асмодеем — перворожденному демону под силу справиться практически с любой угрозой, — но вдруг он забрал ее уже раненую?

Бруту нужно было это выяснить. Немедленно. Нужно было убедиться, что с ней все в порядке, даже если она не желала его видеть.

Велев бесам позаботиться об Алексайосе, он поспешил к покоям Асмодея, на выходе из библиотеки сунув бутылку в руки одному из слуг.

— Выброси, — велел Брут. — Или допей. Мне плевать.

Быстрым шагом он поспешил к Ламии, едва сдерживаясь, чтобы не перейти на бег. Несколько поворотов, два лестничных пролета, и вот он — гостевой флигель.

Брут направился прямиком к покоям Асмодея и сходу постучал в дверь.

— Асмодей! — громко позвал он, ничуть не заботясь, что может отвлечь повелителя Третьего круга от важных дел.

— Помогите! — раздался из-за двери женский крик. — Умоляю!

Ламия? Или нет? Сложно было сказать из-за того, каким надрывным был вопль.

Не тратя времени на раздумья, Брут отошел на несколько шагов и просто влетел плечом в дверь. Она поддалась легко и упала вовнутрь покоев.

Окинув взглядом открывшуюся картину, он замер.

Асмодей стоял у кровати с голым торсом и расстегнутыми штанами. Ничего удивительного для демона похоти — предаваться плотским утехам даже в разгар нападения на город — но он начал принимать боевую ипостась.

Ламия стояла рядом с ним. Она выглядела здоровой и очень недовольной. Такого выражения Брут еще ни разу не видел на ее красивом лице. Ожесточение и… обреченность. Ламия держала в руках тяжелый мужской ремень.

Но больше всего в этой сцене поражала голая бледная женщина, забившаяся в угол. Она подтянула к себе ноги и, закрыв руками голову, испуганно смотрела на Брута. Эту рыжую копну волос он сразу узнал. Какого черта здесь забыла смертная, которую притащил с собой Ваал?

— Что происходит? — нахмурился Брут.

— Ламия? — хмыкнул Асмодей, глянув на нее. — Кажется, это к тебе

Тяжело вздохнув, она отбросила ремень на кровать и направилась к Бруту, покачивая бедрами.

До чего же красивая… Платье идеально подчеркивало ее безупречную фигуру — крутые бедра, осиную талию, полные округлые груди. А эти волосы… Длинные, чернее воронова крыла… Брут помнил их запах. Такой сладкий, пьянящий… А на ощупь — как дорогой шелк…

Больше всего на свете ему хотелось снова коснуться их, сжать в кулаке, уткнуться в них носом… Обвить руками тонкий стан…

— Брут? — проворковала Ламия. — Что ты здесь делаешь? Меня искал, м? — она подошла к нему вплотную и, запрокинув голову, заглянула ему в лицо.

Темные глаза смотрели на него ласково. Бархатный взгляд. Он гладил и согревал. Так женщина смотрит лишь на того мужчину, который ей дорог. Бесконечно дорог.

Брут расслабился и улыбнулся Ламии.

Сейчас он хотел лишь одного — дотронуться до ее волос и увидеть, как они разметаются по подушке... Вновь попробовать на вкус ее полные алые губы, особенно когда она своими стройными ногами обовьет его талию. Затем облизать каждое потаенное местечко на этом гибком, таком желанном теле…

— Ты хотел со мной поговорить? — улыбнулась Ламия в ответ. — Хорошо, я только рада. Идем? — она взяла его под руку и потянула к двери.

Все будет хорошо. Теперь Брут в этом уверился. Седьмой круг быстро восстановится. На суде Ваал не будет слишком суров, ведь они дружат с детства. Он поймет. А эта чудесная женщина будет рядом, поддержит и утешит, если потребуется.

— Конечно, — кивнул Брут и сам повел Ламию к выходу.

Они уже дошли до двери, когда внезапно до него донесся шепот тихий, как шелест ветра.

— Брут… — горько, обреченно.

Остановившись, он снова нахмурился. Принялся озираться.

— Милый? — промурлыкала Ламия. — Так мы идем?

— Пожалуйста… — выдохнула рыжеволосая женщина в углу.

— Молчать! — зашипел на нее Асмодей.

Она тихонько захныкала. Как же ее звали? Ах да, Селена. Что она забыла в спальне повелителя Третьего круга? Бруту вспомнилась разруха в библиотеке... Разбросанные книги... Распластавшийся на полу дворецкий...

— Ламия, — Брут посмотрел на нее, наблюдавшую за ним с тем же теплом. — Что у вас произошло?

— Пойдем, я все тебе расскажу, — легко отозвалась она, словно речь шла о каком-то пустяке, над которым можно вместе посмеяться.

— Почему эта смертная в чужой спальне? — кивком указал Брут на рыжую женщину.

— Милый, сегодня Селена с Асмодеем, — погладила его по плечу Ламия.

— Ваал знает?

— Он и слова против не сказал, — пожал Асмодей плечами.

— Тогда с чего ты вдруг начал превращаться?

Ведь все бы ничего, однако если допустить, что они развлекались с позволения Ваала, тогда зачем Асмодею понадобились когти, чешуя, клыки? Ни одна женщина не переживет соития с демоном в его боевой ипостаси, о чем Асмодей не мог не знать. Разве что Ваал подписал своей ведьме смертный приговор, в чем Брут очень сомневался.

— Давай же! — поторопила его Ламия. — Не будем им мешать. В конце концов, у всех свои предпочтения. Мы ведь и сами собираемся поиграть так, как нравится нам двоим. Разве ты этого не хочешь?