Чтение онлайн

В восемнадцать, Слепнев младший привел в дом потрепанную деваху по имени Катенька и, не терпящим возражений голосом, заявил, что это его невеста и теперь она будет жить с ним в его комнате.

Катенька задержалась на две недели больше, чем Женик, до того времени, пока терпение Тимофея не лопнула и он не решил навести о своей невестке справки. Оказалось, что Катеньке совсем не восемнадцать, а уже тридцатка и ее разыскивают в соседней области.

После этого случая он выгнал из дома и Катеньку и свою жену, которая методично выносила ему мозг, а сына отправил в армию.

– Слушай, опять в туалете на Ирку нарвался, – вместо приветствия начал Андрей, заглянув к нему в кабинет.

– Может кофе? – спросил Тимофей.

– Какой кофе? Времени нет. Поеду в люди, поработаю, – ответил Андрей и закрыл за собой дверь.

Спускаясь по лестнице, Климов злорадно усмехался, потому что знал, что интеллигентный до ужаса Слепнев, теперь целый день будет стесняться сходить в туалет, опасаясь потревожить там Ирку.

Как обычно, служебной машины не оказалось на месте, потому что она ездила неизвестно где, по неизвестно каким вопросам, поэтому Андрей поехал к последнему адресу местонахождения Карины на своей.

Ее квартира располагалась на первом этаже шестнадцатиэтажного дома. На лавочке возле подъезда сидела добродушного вида старушка и подозрительно изучала личность Климова. Решив, ей в этом помочь, Андрей подошел к ней и показал свое удостоверение.

После того, как старушка, подслеповато щурясь, сверила соответствие фотографии на удостоверении с его лицом и проверила наличие гербовой печати с водяными знаками, Климов спросил:

– Вы Власову Карину из четвертой квартиры знали?

– Эту проститутку все знали, – ошарашила Андрея старушка.

– Чего же она проститутка? Она же работала в строительной фирме.

– Днем работала, а ночью шалавила, – безапелляционно заявила бабулька.

– С чего вы так решили? – начинал сердиться Андрей.

– Днем она такая прилежная, здоровается со всеми, а вечером губы намажет, лицо размалюет и шалавить пошла, – зло прошипела вредная бабка.

– Да, что вы такое говорите, – вмешался усатый пожилой мужчина с балкона первого этажа, случайно подслушавший их разговор.

– Нормальная она была девчонка. Работала, за квартиру съемную вовремя платила, с соседями хорошо общалась…

– Проститутка она, – взвилась старуха. – Я сама видела, как она три месяца назад в одних трусах к себе через балкон лезла. На улице апрель, а она голая по ночам разгуливает.

– Не слушайте ее, – запротестовал мужчина. – Хорошая она девочка. Только последнее время, что-то странное с ней происходить стало.

– О чем вы? – заинтересовался Андрей и, оставив вреднющую бабку в одиночестве, подошел ближе к балкону.

– Как-то изменилась она, – пояснил мужчина. – До этого она всегда жизнерадостная была, улыбчивая, а последнее время замкнулась. Постоянно задумчивая ходила… Я однажды ее в подъезде окликнул, так она так испугалась, бедняжка, что я уж думал, что у нее сердечко выскочит от страха.

– Еще что-нибудь вам показалось в ее поведении странным? – осторожно спросил Климов.

– Она сама по себе странная стала. Наверное, с какими-то сектантами спуталась, – ответил мужчина и закрыл балконную раму, дав понять, что разговор на этом окончен.

Андрей решил осмотреть ее квартиру еще раз, но до хозяина квартиры он не дозвонился. Поэтому пришлось довольствоваться материалами уголовного дела. Пролистав тоненькую папочку с допросами соседей и отца Карины, Климов еще раз внимательно перечитал протокол осмотра квартиры и изучил фотографии с места. Из протокола следовало, что порядок вещей в квартире не нарушен, следов борьбы нет, однако входная дверь была заперта изнутри. Только на балконе было открыто окно, через которое она, по версии следствия, и ушла из квартиры.

Решив на следующий день поговорить с ее подругой, которая была с ней в тот вечер, когда он познакомился с Кариной в баре, Андрей, не заезжая в управление, поехал домой.

По дороге он набрал Лерке и сообщил, что он за ней сейчас заедет.

Ему очень не хотелось оставаться этой ночью одному. Да и соскучился он по ней за время командировки изрядно…

Они лежали в кровати после страстного секса и не могли отдышаться…

Его Лерка – стройная зеленоглазая блондинка с шикарными, не испорченными химией, волосами, доходившими ей до талии, до их встречи, не имела особого сексуального опыта, но быстро всему училась и теперь вовсю постаралась, чтобы порадовать своего мужчину.

– Домой поедешь или у меня останешься на ночь? – спросил Андрей.

Лера прижалась к нему плотнее и ответила:

– Отец опять пьяный, а мачеха мне весь мозг уже выела… Не хочу туда вообще возвращаться.

– Может, ко мне с вещами переедешь? – немного помедлив, осторожно поинтересовался Климов.

Она немного напряглась, но ничего не ответила.

– Так что? – спросил он и, приподняв ее голову, посмотрел ей в глаза.

В ее завораживающих зеленых глазах маленькими изумрудинками стояли слезы…

– Я… Я не знаю… Мне страшно… Ты такой взрослый… А я…

– Я не понял, – приподнялся на локтях Климов. – Я что? Для тебя уже старый пердун?

– Что ты, что ты, – зачастила Лера. – Я имела в виду, что ты уже самостоятельный, а моей зарплаты учителя математики только на прокладки и помаду хватает. Я не хочу висеть у тебя на шее и быть обузой.

– Ну что ты. Какая обуза? – поцеловал ее в изящный носик Андрей. – Это была твоя первая зарплата. Первая всегда самая маленькая. Моя первая вообще закончилась в тот же вечер, потому что мои коллеги уверяли меня, что традиции надо соблюдать. Это я уже потом понял, что алкоголики традицию могут сделать из чего угодно, лишь бы выпить на халяву. Тем более не важно, какая зарплата у тебя. Важно совсем другое.