Чтение онлайн

Если бы он не был богат и молод, каким бы монстром он стал?

Вероятно, самым известным серийным убийцей века.

Я прижимаю рюкзак к груди, как щит, и выхожу из машины. Если я начинаю свой танец с дьяволом, то могу сделать это прямо сейчас.

Эйден одаривает меня своей золотой улыбкой, запирая машину.

Ненавижу эту улыбку.

Это фальшивка, которую он дарит всем остальным. У меня уже было представление о том, кто он на самом деле, так что он мог бы также прекратить притворство вокруг меня.

Судя по гранитным стенам и древнему ощущению снаружи, я ожидала, что кофейня будет антикварной.

Мои ожидания рушатся, когда мы входим внутрь.

Стены оклеены пастельно-зелеными обоями, а столы окрашены в гладкий коричневатый цвет. С потолка свисает несколько черно-белых мотивационных цитат.

Обстановка успокаивающая, а атмосфера..уютная, мягко говоря.

Несколько посетителей сидят в разных концах, но Эйден не занимает ни один из свободных столиков. Он кладет руку мне на поясницу. Странное осознание закручивается под кожей, и я вздрагиваю от контакта.

Он ведет меня вверх по потайной лестнице с пастельно-зелеными и белыми ступенями. Там только мужчина, стоящий лицом к огромному стеклянному окну.

На вид ему за сорок, он одет в белую рубашку и читает газету, потягивая кофе.

Эйден ведет меня к одному из столов с диваном.

Я сажусь, ожидая, что Эйден сядет напротив.

И, к удивлению, он не оправдывает ожиданий.

Он садится прямо рядом со мной. Расстояние, между нами, настолько ничтожное, что я чувствую тепло его тела и ощущая его чистый, ядовитый запах.

Черт бы побрал его запах.

Я поджимаю губы, борясь с протестом, жаждущим освободиться. Если я скажу ему пересесть, он сделает прямо противоположное. Черт, он сделает все возможное, чтобы у меня по коже побежали мурашки.

Он кладет локоть на стол, а голову на ладонь, наблюдая за мной с ухмылкой.

— Что? — я срываюсь.

— Ты такая выразительная, что это восхищает.

— А ты нет.

— Я могу жить с тем, что я не восхитителен.

— Я имела в виду, что ты не выразителен. Образ звезды не в счет. Я знаю, что это маска.

— Ты знаешь, что это маска, да?

— Не мог бы ты перестать повторять то, что я говорю?

— Знаешь, как это эйфорично забраться тебе под кожу, Холодное Сердце?

— Откуда, черт возьми, мне это знать?

— Вот именно. — он усмехается, протягивая руку, чтобы ущипнуть меня за щеку. — Ты бы видела, как они становятся красными. Я так сильно на тебя влияю?

Я уклоняюсь от его прикосновения.

— Скорее, ты меня бесишь.

— Можешь лгать мне сколько угодно, милая. Но ты думаешь, что это хорошая идея лгать себе?

— Может, мы все лжем самим себе. — я повторяю его жест и опираюсь на свою ладонь. Это способ обезоружить его, заставить поверить, что он добирается до меня. — Ты тоже все время носишь маску.

— Маску, а?

— Что? Станешь отрицать, что показываешь миру просчитанный образ того, кем ты хочешь, чтобы все тебя считали?

— Это идет вместе с фамилией. — он подмигивает. — Я не могу быть вечно плачущим, эмоциональным беспорядком, если собираюсь стать лидером.

Я сосредотачиваюсь на нем. Как бы, по-настоящему сосредотачиваюсь на нем. Не на мудаке Эйдене, короле школы или нападающем Элиты, а на другом Эйдене. На Эйдене Кинге. На наследнике King Enterprises.

Если он такой зрелый в этом возрасте и точно знает, как себя вести и что делать для своей руководящей должности, то, должно быть, в детстве на него оказывалось большое давление.

Социопатами становятся.

Моя спина дергается от этой мысли. Переживал ли он.. надругательства? Не то чтобы это оправдывало его поступки — и продолжает оправдывать — по отношению ко мне, но это могло бы собрать некоторые кусочки головоломки воедино.

Я делаю глоток воды.

— Твой отец был строг с тобой?

— Ни один из моих родителей не издевался надо мной, если ты об этом думаешь.

Черт. Я недостаточно гладко высказала свои предположения.

Теперь, когда все раскрыто, ничего не поделаешь.

— Если это не твой отец, то над тобой издевался кто-то другой?

Он пристально смотрит на меня. Тяжело. Энергия, исходящая от него, становится туманной и удушающей.

Если бы его глаза были руками, он бы уже задушил меня до смерти.

Официантка подходит к нашему столику, прерывая этот момент.

— Минеральной воды, пожалуйста, — говорю я.

— Вареные яйца. Бекон. Большой протеиновый коктейль. — Эйден перечисляет, не заглядывая в меню. — И вегетарианский

завтрак с нулевым содержанием жирных кислот.

Мои губы приоткрываются. Я собиралась спросить, есть ли у них меню завтрака без жирных кислот, так как в большинстве ресторанов их нет.

Официантка записывает наш заказ, кивает и уходит.

Я смотрю на Эйдена.

— Как ты узнал, что я ем только такую пищу?

— Твоя тетя упаковывала вегетарианский обед, и на твоём столе для завтрака лежала специальная пачка печенья без жирных кислот. — он смотрит на меня. — Кроме того, в школе ты ешь свою еду.

— Ты наблюдал за мной в школе?

Он игнорирует мой вопрос и наклоняет голову.

— Почему ты спрашиваешь в кафетерии свою еду?

Я пожимаю плечами.

— Мне не нравится есть в кафетерии.

— Почему нет?

— Вот где издевательства становятся еще хуже.

Он напевает, будто никогда об этом не думал.