Девочка на цепи
Шрифт:
Савушкин первым выскочил из машины, за ним, тенью, Кошкин.
– Ты вызывал милицию? – сурово спросил Савушкин дворника.
– Я, однако! – кивнул тот.
– Где труп?
– Там, – показал дворник на вход в подвал.
– Пошли! – Савушкин подтолкнул дворника.
Дворник отскочил в сторону.
– Не-е, я не пойду!
Савушкин оставил попытку.
– Убийца не выходил?
Дворник покачал головой:
– Нет! Не выходил!
– Не выходил?! – рявкнул Савушкин. – Да ты, наверное, сбежал от страха! В спецовку не навалил? Пошли!
Матильда Жановна было дернулась идти за ними, Никита тут же пресек эту попытку.
– Все остаются здесь! Серега, пошли.
Оба достали пистолеты, а Кошкин приготовил и видеокамеру с фонарем. По ступеням осторожно спустились вниз. Дверь подвала была приоткрыта, на петле висел открытый навесной замок. Кошкин включил фонарь на видеокамере.
Савушкин громко крикнул:
– Это милиция! Выходи с поднятыми руками! Считаю до трех: раз! два! три!
Ответом была могильная тишина.
– Вперед! – тихо скомандовал Савушкин.
Никита рванул первым, за ним – Кошкин с видеокамерой на плечевом ремне.
В первом подвальном помещении не было ни души. По коридору они пробежали дальше и, в конце концов, уперлись в запасный выход – узкую дверь с английским замком. И тут оба одновременно увидели кровавую дорожку: рубиновые капли ярко отражались в свете фонаря. Дверь оказалась закрытой.
– Никого, – констатировал очевидное Савушкин. – Судя по каплям крови, упырь уволок девчонку с собой. Скорей всего, через эту же дверь они и вошли сюда…
– Естественно, ведь на той двери висел наружный замок, – заметил Кошкин.
По кровавым каплям Савушкин и Кошкин вернулись в первое подвальное помещение. Следы крови привели в самый угол.
В подвал спустился Белозеров.
– Ну что?
Савушкин почесал нос.
– Здесь он, видно, и прирезал девчонку. Серега, зови всех сюда! Дворников, понятых… Чертовщина какая-то, Дмитрич…
Кошкин кивнул, поднялся наверх, и через минуту в подвал спустилась целая делегация. Все были возбуждены от предвкушения перестрелки, погони за убийцей и сокровенной мечты лично поймать злодея. Но Кошкин всех разочаровал. Тем не менее тайна подвала оставалась неразгаданной, и все сгорали от любопытства.
Настя первой сбежала вниз по лестнице, за ней – величаво – теща. И уже за ними боязливо дворник и его жена. Кошкин снимал все подряд на камеру.
Савушкин спросил Белозерова:
– Дмитрич, разреши, я начну.
Белозеров кивнул, зная, что пока «горячо», лучшего спеца по допросам не сыщешь во всем Подмосковье.
Савушкин вплотную подошел к дворнику.
– Имя, фамилия…
– Абдул Носиржонов, – торопливо ответил дворник.
– А ваша? – спросил Савушкин женщину.
Дворник махнул рукой:
– Э-э, ей не нада! Это жина…
– Ну и будешь один расхлебывать! Рассказывай все по порядку.
– Какой порядок? – всплеснул руками дворник. – Девушку убили!
– Долго будешь пыль гнать? – перебил Савушкин.
– На мой двор всегда самый лучший порядок! – продолжал разглагольствовать Абдул. – Хочешь, грамоту покажу?
– Кошкин, выключи камеру! – тоном, не предвещающим ничего хорошего, приказал Савушкин. – Рекламная пауза. Сейчас будем «пиарить» дворника. Сам напросился.
– Потом отпиарим жену… – без эмоций добавил Кошкин.
– В хорошем смысле этого слова, – пояснил Савушкин.
– Эй, ты чего говоришь? – испугался дворник. – Меня пярь, жину не надо пярить!
– Ты на что милицию вызвал? – гробовым голосом, усугубленным подвальным эхом, вопросил Савушкин. – Ты мужик или нет? Или, как болонка, уже набздел от страха?
– Я – мужчина! – Дворник гордо выпятил грудь.
– Кошкин, включай камеру!
Кошкин так же без эмоций исполнил приказание. Вспыхнул красный глаз видеосъемки.
– Да, значит, так, – кашлянув, начал Абдул. – Надо било новый метелка взять. Метелка подвал лежит. Замок, значит, открыл, зашел, о, смотрю, фонарь большой светит. И девушка в крови вся. Горло зарезано. Ай! И на цепи она, рука на цепи… А там, – Абдул показал в сторону угла, – очень сильно темно. У-у-у… И тут, где темно, выходит мужик в красный такой халат, и колпак на голове, вот такие дырки.
Дворник показал кружочки пальцами, перевел дух.
– С какими еще дырками? – сурово вопросил Савушкин.
– Ты ОМОН знаешь, да?
– Слышал.
– Во такие во… – показал еще раз дворник. – Выходит и очень мне страшно говорит: иди сюда, красавчик, я тебя тоже зарежу! Я посмотрел вокруг: кто красавчик – я?!
– Ну а дальше? – поторопил Савушкин.
– А дальше стою, ноги почему-то не ходят. А тут жена, глюпый женщин, сюда идет, приходит… да? Абдул, говорит, еще лопату надо забрать… Увидела тут все – как закричит. И тут я сразу хорошо побежал.
– Опиши девушку, какая была? Платье? – продолжил допрос Савушкин.
– Волос – светлый. Блондинка. Платье белый, кружочки такой были.
Савушкин кивнул, обратился к женщине:
– Как вас звать, уважаемая?
– Наиля, – ответила дворничиха.
– Наиля, вы видели все то, что рассказывал сейчас ваш муж? Убитую женщину и убийцу в красном балахоне и маске?
Дворничиха кивнула:
– Видела. У девушки цепь с замком на руке была и вот тут, – Наиля показала на балку, – прицеплена. Платье белое было, узор горошек такой… Она – блондинка, да. Очень молодая. 18—19 лет. Я так испугалась и сильно закричала, дернула Абдула за руку, мы вместе убежали.