Чтение онлайн

Мама постучала лопаткой по столу:

— Смотри у меня! А пока думаешь, накрой на стол.

Лилли вынула из ящика три бамбуковые салфетки и развернула их. Одну положила себе, ту, что с черными китайскими лошадками и красными иероглифами. По одной для мальчиков: Майклу — с тремя монахами в капюшонах, залитых затвердевшим томатным соусом, Симусу — с райскими птичками. Он давно оторвал бумажную подкладку, и когти птичек тонули в хлебных крошках и остатках сосиски. Симус не умеет правильно выговаривать собственное имя, зато обожает все рвать.

Она положила на стол ножи и вилки, а посередине поставила кетчуп, солонку и перечницу.

— Мама, наша бабушка умеет вязать?

Мама подлила на сковороду масла и покачала головой. Яичный белок расползся коричневыми кружевами.

— Лилли, твоя бабушка не может собственную задницу вытереть, а ты о вязании! Кто вбил тебе в голову всю эту чушь?

— Не важно, — ответила она, водя кончиком ножа по красным иероглифам сбоку от галопирующей лошадки.

— За-а-ад! — сказал Симус, наливая кетчуп на птичий клюв и посыпая перья птицы солью.

Она разгладила подол пушистой безрукавки. Найджел скоро увидит ее. Еще шагов семь, и она выйдет из-под арки, образованной дубами, обступившими тропинку. Ее увидят все! Она покусала губы и растерла щеки ладонями, отчего лицо пошло яркими пятнами. Она вышла из тени и очутилась на большой поляне, освещенной лучами закатного солнца.

В вечерней смене был перерыв; он сидел с другими рабочими на стене сухой кладки, огораживавшей амбар на краю Трюиновой фермы. Даже издали было видно, что отцовский комбинезон ему велик. Он закатал штанины, и все равно из-под них виднелись только носки ботинок. Он курил самокрутку, стараясь, чтобы она не выпадала из угла рта, когда он разговаривал. За амбаром виднелась узкая и высокая фабричная труба. Из нее вырывались клубы синего и оранжевого дыма, окрашивая низко нависшие облака. Крышу возле трубы когда-то залатали ржавым железом. Она была похожа на старые рабочие штаны ее отца: линялая и вся в заплатах.

— Привет, Найджел, — промямлила Лилли, внезапно оробев.

Он поднял глаза и, вынув изо рта самокрутку, прошептал что-то мужчине, сидевшему рядом. Тот улыбнулся; его смуглое морщинистое лицо походило на старый ношеный башмак. Волосы у него были длинные и кудрявые. Он был похож на цыгана. Цыгане крадут машины. Они украли свинцовые полосы с церковной крыши. Так сказал ей отец.

— Привет, Лилли. Что ты здесь делаешь?

— Да вот, пришла тебя повидать. Может, сходим поесть рыбы с жареной картошкой?

— Соскучилась по горяченькому, Лилли? — спросил Найджел, и цыган откинул голову и расхохотался.

Она увидела у него в ухе золотую серьгу; волосы распались на отдельные кудельки, как у Симуса, когда она мыла ему голову в ванной по воскресеньям.

— У нас на… обед была только яичница с бобами.

Найджел улыбнулся:

— Как же малыш Симус справился с обедом?

— Что ты имеешь в виду?

— Он обед съел или на себя опрокинул? — Найджел хихикнул.

Цыган встал, отер руки о комбинезон и как-то медленно и лениво потянулся. Лилли нутром почуяла ту самую беду, о которой говорила мать. Прикусила верхнюю губу, стараясь, чтобы она была поменьше.

— Она твоя подружка, Найджел? — спросил цыган, не сводя с нее глаз.

— Нет, не что чтобы. Она… она просто Лилли. — Найджел достал из коробки сандвич и откусил изрядный кусок.

— Рад с вами познакомиться, мисс. Знаете, а у вас красивые глаза. — Цыган говорил с ирландским акцентом, как ее отец.

Лилли вспыхнула и принялась разглядывать воображаемую нитку на подоле.

— Лилли, похоже, ты девушка умная, — сказал он. — Что, скажешь, ты не умная? — Цыган склонил голову набок, по-прежнему не сводя с нее взгляда.

Лилли перестала разглядывать подол, подняла голову и посмотрела ему прямо в глаза. Отец всегда учил ее смотреть злым собакам в глаза — они этого боятся.

— У меня пятерка по английскому.

Цыган что-то прошептал одному из коллег и расхохотался.

— Значит, ты понимаешь, в чем разница между общением и сношением?

— Нет. Мы пока сказки читаем.

— Ну, тогда, может, приляжешь тут на травку, а я дам тебе бесплатный урок.

Все мужчины, в том числе и Найджел, расхохотались, и Лилли вдруг стало стыдно, хотя она сама не понимала почему. И еще она разозлилась. Жаль, что у нее нет ножа, вроде того, с каким отец ходит рыбачить на канал. Ей хотелось ударить цыгана в живот, вспороть ему брюхо. До самого горла!

Но она повернулась к Найджелу:

— Так ты пойдешь есть рыбу с жареной картошкой или нет?

— А кто платит — я? — спросил он, захлопывая крышку жестяной коробки для завтрака.

— У меня ни гроша. Я получу карманные деньги только в пятницу.

— Пошли сначала в амбар, — предложил Найджел. — Я тебя уже сто лет не видел. — Он сунул коробку в карман комбинезона. — Пойдешь?

Лилли подоткнула юбку и перелезла через каменную ограду, слегка задев ногой острый камень на вершине. Длинная трава ожгла ей кожу. Над ней в вечернем небе носились ласточки, ловя комаров и мух, и перекрикивались, сидя на телеграфных проводах.

Ласточки щебетали, рассевшись на карнизе амбара. Найджел поддернул штаны и заправил в них футболку. Потом натянул комбинезон и достал из кармана коробку для завтрака. Оттуда он вытащил сосиску в тесте и впился в нее зубами; на сено полетели хлопья слоеного теста, похожие на снежинки. Мятые безрукавка и юбка Лилли валялись в углу. Трусики так и были спущены до лодыжек. Она потянулась за одеждой и подтянула трусы.

— Ну а теперь пойдем есть картошку, Найджел?

Он встал и, опершись на половинку дверцы амбара, все поддергивал штаны, пока не стали видны ботинки. Голова венчалась нимбом яркого солнечного света, заливавшего луг снаружи. Он был похож на святого в витражном церковном окне — такой же прямой, синий и золотой. Лилли подумала: когда она вырастет, она выйдет за него замуж. Когда он сделает ей предложение.

— Лилли, тебе нравится мой напарник? — спросил он.

Она поправила трусы и села, преклонив голову к двери конюшни, которая никогда не закрывалась.

— Да так… Он что, цыган?

Найджел рассмеялся.

— Он умеет жить. — Он подошел к ней поближе. — Ты ему нравишься, Лилли, — добавил он со странной, взрослой улыбкой на лице. — Он обещает замолвить за меня словечко перед боссом. Может, меня возьмут на полную ставку.

— Правда? — Лилли натянула юбку, поправила складки, застегнула «молнию». Потом встряхнула безрукавку.