Дикий Космос
Шрифт:
Ему по прежнему трудно было примириться с тем, что их было только двое. Двое. Как эти двое могли посеять столько хаоса?
И почему джедаи не могут остановить их? Быть может темная сторона Силы в самом деле более сильна?
Все возможно.
Мне никогда не хотелось знать этого. Я никогда не хотел знать большую часть тех опасных вещей, которые известны мне теперь. Прежде, до сепаратистов, я был в состоянии спать по ночам. Теперь же... со всем, что мне известно... интересно, смогу ли я когда-либо вновь спать спокойно.
Расстроенный, он подбросил последнюю сухую веточку в костер, а затем уставился на небо, где слабо занимаясь наступал очередной рассвет на Зигуле. Ничего схожего с властным великолепием Алдераана или яркой сменой суток Корусканта. Вскоре им предстояло свертывать лагерь. Но он позволил Оби-Вану поспать подольше. Ему по прежнему было необходимо переложить их постепенно истощающиеся припасы и попытаться выяснить наилучший способ добраться отсюда до храма ситхов.
В последний раз взглянув на пребывающего в забытье джедая, уверенный, что огонь будет продолжать гореть, он покинул маленькую поляну, найденную ими предыдущим вечером. Он проталкивался сквозь искривленные деревья и ползучий кустарник, прокладывал себе путь сквозь овраги, вокруг обрывов, в поисках какой-нибудь просеки или разрыва в лесу, который точно укажет ему, сколько им еще идти. Через каждые десять шагов он вырезал отметины на стволах деревьев при помощи ножа, который прихватил с корабля, помня жуткие истории о туристах, затерявшихся в самых глухих местах Алдераана. О горюющих родственниках и побелевших, истертых ветром костях. Кора деревьев Зигулы, там где он ее надрезал начинала сочиться неприятного вида желтоватым соком.
Здесь нет ничего хорошего. Ничего красивого. Ничего приятного или доброго. И это говорит мне все, что я должен знать о ситхах.
Примерно через полчаса упорного медленного продирания сквозь лесные заросли он добрался наконец до конца заросшего деревьями участка и обнаружил себя стоящим на краю узкого ущелья. Не спускающегося отвесно - что было очень удачно - но, тем не менее, пугающе крутого, покрытого камнями, сухой глиной и чахлыми деревцами. Долгий путь предстоял вниз, к его основанию. Падение вниз может и не будет смертельным, но точно причинит вред. Бесспорно, это было бы неплохим испытанием для двоих здоровых, пребывающих в хорошей физической форме мужчин. Но когда один из них психически раздавлен практически до полной неподвижности... и оба они избитые, полуголодные и изможденные до крайности, ну... это было слишком.
Но оно не было непреодолимым. Не за гранью возможного. Просто будет трудно. И нам придется сделать это.
Поскольку на другой стороне ущелья... такого близкого, что будь он птицей, будь у него крылья, умей он летать... находился храмом ситхов, впервые увиденный им, когда они рухнули на Зигулу. На его взгляд тот больше походил на дворец, чем на храм, на дворец из черного камня тускло светящегося в занимающемся бледном рассвете Зигулы. Тупоконечный. Выразительный. Памятник ненависти.
Бэйл резко выдохнул. «Ненавидьте нас сколько вам угодно,» — пробормотал он мрачно. «Но мы все рано сможем использовать ваши тайны против вас. Мы победим вас. Просто подождите и сами убедитесь.»
Он повернулся спиной к зданию и вернулся на поляну быстрее, чем велела ему осторожность, с новым ощущением цели, наполняющим его обманчивой, мимолетной силой. Оби-Ван все еще спал, сковывающая усталость взяла верх над его сверхъестественным ощущением места и времени. Не тревожа его, Бэйл нагрел пакет с очередным пищевым рационом и съел половину. Затем он опорожнил рюкзак, чтобы проверить имеющиеся припасы. Оставалось еще восемь пакетов с пищевыми рационами, но он не был уверен на сколько их хватит. Ему неизвестно было сколько времени, вне холодильника, они останутся пригодными в пищу. Они с Оби-Ваном еще не заработали себе пищевого отравления, но вероятно это является лишь вопросом времени. Так или иначе, их было восемь. И поскольку они съедали по два из них в день...
Но мы покинем эту скалу прежде, чем они закончатся или испортятся. Мы обязаны. Вот и все.
«Разговор с самим собой считается признаком неуравновешенности, если вы в курсе,» — произнес Оби-Ван, его голос казался таким слабым. Таким тусклым. «Мне не следует считать, что есть нечто такое, что вы желаете мне рассказать, верно?»
Бэйл поднял взгляд. Каким-то образом изобразил улыбку. «Да, на самом деле есть. Сегодня это закончится, Оби-Ван.»
Оби-Ван мучительно приподнявшись сел, изо всех сил стараясь завернуться поплотнее в теплоизолирующее покрывало. «Вы обнаружили храм.»
Он указал большим пальцем на лес позади них. «По ту сторону деревьев. Это последняя полоса леса - она довольно труднопроходима, но если мы проявим упорство, то все будет прекрасно - затем ущелье на той стороне. Храм наверху. На другой равнине.»
«Ущелье,» — произнес Оби-Ван, размышляя об этом. «А затем храм ситхов. Я не могу ждать.»
«Ну, да», — сказал он, скорчив гримасу. «Итак. Как вы себя чувствуете? Голос все еще...»
«Да», ю сказал Оби-Ван отрывисто. «Он по прежнему кричит.»
Он покопался в груде припасов из рюкзака и вытащил почти наполовину полную бутылку кореллианского бренди. «Я знаю, что вы как правило не пьете, но... есть ведь есть вероятность, что это может помочь?»
Оби-Ван прищурившись посмотрел на него. «Вы притащили бренди.»
«Я подумал, что оно может нам пригодиться,» — сказал он зная, что это звучит так, будто он оправдывается. «Алкоголь это дезинфицирующее средство, я думал в случае, если...» Он уставился, когда Оби-Ван протянул руку. «Вы уверены?»
«Нет», — пожимая плечами сказал джедай. «Но я уже перепробовал все, до чего мог додуматься, и ничего из этого работает.»
Он протянул Оби-Вану бутылку. Наблюдал, как тот откручивает крышку и опрокидывает содержимое бутылки себе в глотку. Кашель. Задушенное сипение. Взмах, чтобы отшвырнуть ее назад.
«Что... на самом деле... за гадость,» Прохрипел в конце концов Оби-Ван. «Вы пьете это - ради удовольствия? Вы должны быть спятили.»
Бэйл отобрал опустевшую бутылку. «Каждому свое. Но теперь вам необходимо что-нибудь поесть. Выпить столько бренди на пустой желудок, значит напрашиваться на неприятности.» Он передал пакет с оставшейся половиной пищевого рациона. «Валяйте.»
Оби-Ван кисло взглянул на нерфьи котлеты. «Я не голоден.»
«Меня не волнует.»
Оби-Ван, сердитый и неприветливый, схватил упаковку с едой. Потыкал в холодное мясо с одним пальцем, а потом съел его, кусок за куском, с таким видом будто его вот-вот стошнит. Доев порцию он отбросил пустую упаковку, затем сел, скрестив ноги опустив голову и положив руки на колени.
«Итак?» — спросил Бэйл в конце концов. «Каково решение?»
Оби-Ван прижал свои пальцы к глазам. «Так слегка получше,» — наконец сказал он. «Голос... он приглушенный сейчас. Снова шепот, вместо крика.» Он казался удивленным. «Похоже, алкоголь помогает.»