Чтение онлайн

Самым разумным было и мне вернуться домой и лечь в кровать.

«Лучше подтвердить подозрение, чем оставить его гноиться», — заявил прагматик.

«Вперед!» — подхватил святоша.

Назад к театру, по неровной дорожке, огибающей здания, и наконец я поставила машину рядом с кустами. В бардачке у меня был моток изоленты, и я заклеила включатель, чтобы в салоне не зажигался свет каждый раз, когда я открываю дверь. Затем я скинула кожаные сандалии и обулась в стоптанные кроссовки, которые всегда вожу в багажнике рядом с запертой сумкой с инструментами.

В этой сумке поверх отверток и плоскогубцев лежал заряженный револьвер 38-го калибра, который дал мне папа в ответ на заявление о том, что я обойдусь без защитника-мужчины. Убедившись, что револьвер поставлен на предохранитель, я застегнула на ноге кобуру, которой пользуюсь время от времени, когда одна еду куда-нибудь ночью. Разумеется, скрытное ношение незарегистрированного оружия является противозаконным, но одно из преимуществ быть в наших краях белой хорошо одетой женщиной состоит в том, что тебя никто не будет обыскивать. Особенно если с самого начала дать понять, какая у тебя профессия.

Рассовав по карманам фонарик, перочинный нож и ключи, я закрыла багажник и постояла у машины, давая глазам привыкнуть к темноте.

Темно было очень. Луна должна была взойти не раньше чем через час, и на небе, до сих пор затянутом дождевыми тучами, не было даже звезд. Если бы не зарево огней Роли, отражающееся от низких облаков, темнота была бы кромешной. Поежившись, я пожалела, что не оставила куртку Дена.

Сюда, вниз к распухшему от дождя ручью шум машин с шоссе не доносился. С противоположного берега время от времени слышался лай собаки, но в остальном тишину нарушали лишь крики пересмешника, затаившегося в окрестных кустах, да стрекот вездесущих цикад.

Когда мой взгляд наконец приспособился к темноте, я подошла к зданию, смутно белевшему на фоне темных сосен. Если бы мысль приехать сюда пришла мне раньше, я бы оставила окно незапертым или вытащила шпингалет из второй створки входных дверей, чтобы можно было их открыть.

На стоянке никого. Все застыло. Я поднялась на бетонный пандус, теша себя слабой надеждой, что Джек Джемисон не запер дверь.

Форт Нокс [4] .

Неужели придется совершать взлом и незаконное проникновение? А у меня нет ничего кроме перочинного ножа, чтобы вскрыть замок.

«Отправляйся домой, — предложил прагматик. — Минни и Хелен считают, что у тебя и без этого хватает неприятностей. Что они скажут, когда ты предстанешь перед Перри Бирдом по обвинению в воровстве?»

«Кто не рискует, тот не пьет шампанское», — боязливо возразил святоша.

Обходя старое деревянное здание и проверяя окна, я вдруг услышала посторонний звук и застыла. Тишина. Выждав, я дошла до конца западной стены и увидела мелькающие на шоссе огни фар. Наверное, это был обрывок громкого радио.

Через мгновение я поняла, что мне повезло. Словно приглашение в мир по другую сторону закона, я увидела окно — если я правильно помнила, мужского туалета, — не только не запертое, но и чуть приоткрытое. Значит, мне все же не придется хвататься за камень. Поднявшись на цыпочки, я надавила на разбухшую деревянную раму, открывая ее. Тут меня ждало новое разочарование. Я обнаружила, что уже не могу забраться в окно так же ловко, как когда-то лазала по деревьям и крышам. Судя по всему, одной утренней зарядки больше недостаточно. Чтобы вернуть былую силу, надо будет заняться чем-нибудь более основательным.

Неуклюже вскарабкавшись на подоконник, я грохнулась на ряд писсуаров. Слава богу, никто не увидел этого позора.

Внутри было чернее, чем в немытой душе сатаны, но я наощупь выбралась в коридор, не имеющий окон, и закрыла за собой дверь. Только здесь я рискнула на мгновение включить фонарик. Сориентировавшись, я направилась в комнату хранения реквизита, дрожа от нервного напряжения.

Открыв дверь, я услышала какой-то шорох, и все красные кровяные тельца моего тела поспешно спрятались за ближайшими белыми.

Вспомнив, что выключатель находится у самой двери, я быстрым движением достала револьвер, сняла его с предохранителя и зажгла свет.

У меня перед глазами возникло просторное захламленное помещение.

Никого.

Я выпустила выдох, задержанный с прошлой недели. Наверное, это была мышь, а я-то уже собралась прикончить ее метким выстрелом. Я убрала револьвер в кобуру на лодыжке. Пора прекратить пугать себя воображаемыми чудовищами и найти подходящее укрытие. Если я не ошиблась, ждать мне придется недолго.

Открытые полки не подходят для укрытия. За вешалкой?

Предоставляю это дешевым комикам. К тому же, мои стоптанные кроссовки все равно будут видны.

В дальнем конце вытянутого помещения громоздились друг на друге разрозненные предметы обстановки, а в углу стояла непременная принадлежность комического фарса — ширма.

Отлично!

Погасив свет, я зажгла фонарик, чтобы не налететь на столы и не споткнуться о завалы, и направилась в дальний угол к ширме.

Вдруг меня захлестнуло ощущение опасности, и чем ближе к углу я подходила, тем сильнее оно становилось.

Когда я уже протянула было руку, чтобы отодвинуть ширму и прошмыгнуть за нее, послышался шумный вздох.

Луч моего фонарика скользнул по огромным мужским ботинкам, длинным мужским ногам и остановился на ухмыляющемся лице.

Я едва не вскрикнула.

— Бах! — сказал Дуайт.

— Ты меня до смерти напугал! — бушевала я.

— Слушай, что, по-твоему, должен был почувствовать я, увидев тебя, размахивающую револьвером? — спросил Дуайт. — Кстати, Боу Пул дал тебе разрешение на его ношение?