Дочь колдуньи
Шрифт:
– Это-то я знаю. А вот видишь ли ты в темноте? Смогла бы ты вывести нас отсюда?
Утрата молчала.
– Ну, попытайся, – попросил Тим. – Закрой глаза и попробуй…
Утрата закрыла глаза.
– Что ты хочешь, чтобы я увидела?
– Просто… просто, чтобы ты нашла выход отсюда.
Девочка молча стояла с закрытыми глазами, лицо ее ничего не выражало. Наблюдая за ней, Тим вдруг воспрял духом. А что если колдуньи и впрямь существуют? Конечно, он в это не верит, ну, во всяком случае, раньше не верил, но теперь – другое дело. Может, в этом часть самого колдовства: если веришь во что-то, то оно и осуществляется. Он тоже закрыл глаза и внутренне напрягся, губы его шевелились.
– Я верю в колдуний, я верю в колдуний, я верю в колдуний…
– Что ты делаешь? – удивилась Утрата.
Тим открыл глаза и увидел, что она пристально смотрит на него.
– Ничего, – ответил он смущенно и добавил:
– Ну как, получилось?
Утрата покачала головой.
– Я старалась вспомнить тот путь, которым мы пришли сюда, но ничего не вышло. Я не могу найти дорогу в темноте. В такой кромешной темноте. – Она поежилась. – А что если за нами никто не придет?
Глаза девочки расширились от испуга.
– Не бойся, – успокоил ее Тим. Утрата казалась такой маленькой и худенькой, не старше Джени…
– Я и не… – Утрата запнулась. У нее появилось новое чувство, совсем не знакомое: она ощутила, как ледяная дрожь спускается от груди вниз в желудок, как будто она проглотила что-то очень холодное.
– Мне только страшно, – прошептала она. Жалость Тима исчезла, и ему захотелось как следует встряхнуть девочку.
– Ничего удивительного! – сказал Тим. – Представь, что будет, если Фантик никому про нас не расскажет или скажет слишком поздно…
Ясное дело, он не станет звонить с Трулла, вдруг понял Тим. Ведь это для него слишком рискованно. Он подождет, пока доберется до Глазго или до Лондона, или до какого-нибудь аэропорта, откуда самолеты летают прямо в Южную Америку. А то решит выждать еще подольше: Тим с ужасом представил, как жалость мистера Джонса просыпается только спустя неделю, когда он уже на другом конце земли.
– Тогда мы умрем, – произнес он печально. – Тогда мы умрем от холода и голода…
У Утраты задрожали губы.
– А какое колдовство ты умеешь делать? – поспешно спросил мальчик. – Ну, кроме того, чтобы видеть сквозь стены или представлять, что летишь…
– Я могу заставить Анни сделать что-нибудь, – медленно произнесла девочка. – Если я смотрю на нее не отрываясь. Когда я лежу в кровати, то могу заставить ее подняться ко мне и сказать спокойной ночи.
«Никакое это не колдовство», – подумал Тим с досадой. Иногда, когда родители сердились и в наказание отправляли его спать раньше времени, он так и поступал: напрягался изо всех сил, пытался как следует сосредоточиться и думал только об одном: пусть они придут. Обычно это срабатывало, но Тим прекрасно понимал: происходило это лишь потому, что взрослые сами начинали раскаиваться, что слишком строго обошлись с ним. И все же попробовать стоило. Это была их единственная надежда.
– А можешь сделать так, чтобы Анни пришла сюда? – спросил он.
– Да она не дойдет, у нее же ревматизм, – рассмеялась девочка. – У нее колени знаешь как болят, особенно в эту пору.
Тим подумал, что это весьма странная отговорка для настоящей колдуньи. Но, может, она лучше в этом разбирается.
– Ну, – проговорил он медленно, – тогда еще кто-нибудь. Тут любой сгодится, хотя я бы предпочел, чтобы это был кто-то тебе знакомый. Так тебе легче сосредоточиться.
– Кроме мистера Смита я здесь больше никого не знаю, – сказала Утрата.
Мистер Смит. Но мистер Смит мошенник. Главарь всей шайки. По крайней мере, так понял Тим из рассказа Фантика, только поначалу не придал этому значения: слишком был поглощен их собственными бедами. А теперь он задумался. Все эти слова мистера Джонса о том, чтобы спрятать награбленное в надежном месте – что может быть надежнее Скуа, верно? Надежнее не придумаешь. На острове нет полицейских. И никто сюда не приезжает. Если затаиться и не привлекать к себе внимания…
– А когда мистер Смит появился на Скуа? – спросил Тим.
Утрата задумалась.
– Не прошлым летом и не позапрошлым… три года назад. Мне тогда исполнилось восемь.
– Три года, – Тим тихонько присвистнул. – Выходит, он и есть главарь шайки!
– Какой шайки? – переспросила Утрата, и Тим, как умел, рассказал ей, что такое шайки грабителей, что такое организованная преступность и как и зачем воруют драгоценности. Но объяснить про Америку оказалось гораздо сложнее. Тим догадался, что, хотя девочка и слушала его внимательно, пока он читал ей статью из газеты, она все же не могла взять в толк, о чем идет речь. На Скуа не было преступников, а Утрата никогда не смотрела телевизор и не читала книг. Поняв это, Тим попытался растолковать все девочке как можно проще, но она все равно слушала его с недоумением.
– Но мистер Смит совсем неплохой человек, – заявила она наконец. – Он был добр к нам с Анни.
Тим вздохнул и принялся объяснять, что и плохой человек может обладать хорошими качествами, но тут Джени окликнула брата.
– Тим, Тим… где ты? Мне надоело петь.
– Иду, – крикнул мальчик и прошептал Утрате: – Вот и сделай так, чтобы твой мистер Смит пришел и спас нас. Постарайся хорошенько.
Он пошел к Джени, которая сидела надувшись.
– Ты совсем запропал, – пожаловалась девочка. – Я замерзла и хочу есть.
– Мы были поблизости. Тут рядом в другом конце пещеры.
– Рубины искали? Нашли что-нибудь? – оживилась Джени.
– Нет. Не думаю, что здесь что-то есть.
Хотя он и решил не волновать и не пугать Джени, но не мог совладать с голосом и тот звучал весьма печально. Сестра нащупала его руку и ободряюще сжала ее.
– Не беда. Когда полиция поймает наших грабителей, тебе вернут твой рубин, ведь так?
«Ага, только шансов на это маловато, – подумал Тим. – Когда они выберутся из пещеры – если вообще выберутся – Фантик уже будет за тысячи миль отсюда на другом конце света. А с ним и драгоценности, по крайней мере, его доля». Тим вздохнул. Вот если бы им удалось выбраться до того, как улизнет мистер Смит! Он снова вздохнул – представил себе заголовки газет: МАЛЬЧИК ЛОВИТ ПОХИТИТЕЛЕЙ ДРАГОЦЕННОСТЕЙ. ТАЙНА ПРОПАВШИХ ДРАГОЦЕННОСТЕЙ РАЗГАДАНА ТИМОМ ХОГГАРТОМ. КОРОЛЕВА ВРУЧАЕТ НАГРАДУ ХРАБРОМУ МАЛЬЧИКУ-СЫЩИКУ. СУПЕРИНТЕНДАНТ ГОВОРИТ: ИМЕННО ТАКИЕ МАЛЬЧИШКИ НУЖНЫ НАШЕЙ ПОЛИЦИИ.