Дочь моего врага
Шрифт:
– Что-о-о? Какие приключения? Лиля при мне отправилась спать в свою комнату!
Владимирский бросился к ноутбуку, нашел информацию и побагровел.
– Виктор, не надо так! – кинулась к нему жена. – Все разрешится. Миша уже работает над этим.
– Вон из моего кабинета! – закричал Владимирский Чуме. С него мгновенно слетел весь цивилизованный лоск. – Не хочешь вознаграждения – проваливай!
Чума усмехнулся, но остался доволен. Пусть на минуту, но он выдернул этого человека из зоны комфорта. Больше давить на Владимирского нельзя. Он умный мужик, когда перебесится, сообразит, о чем ему только что сказали.
Он забрал грязную рубашку и вышел из кабинета. В гостиной увидел свой пиджак. Кто-то заботливо положил его на спинку кресла. Игорь хотел накинуть его, но у него не получилось с первого раза: перевязанное левое плечо пока плохо работало.
Вдруг кто-то выдернул пиджак из его пальцев. Чума оглянулся: сзади стоял помощник Миша.
– Зайдите на минуту в кабинет.
«Вот! Сразу бы так!» – подумал Чума, но насторожился. Конкретного плана у него по-прежнему не было, придется действовать по ситуации.
– Поясни свою мысль! – приказал Владимирский.
Он стоял у окна. Щеки по-прежнему пылали огнем, на скулах гуляли желваки. Блондинки в комнате не было.
– Какую? – притворился дурачком Чума. – Мы о многом говорили.
– О том, что моя дочь в опасности.
– Вы известный человек, так сказал ваш помощник, и, судя по дому, богатый. Достичь такой высоты в бизнесе невозможно, не нажив врагов. А куда они будут бить? В самое слабое место – в вашу семью. Отсюда статья о дочери на первой полосе желтой прессы.
– И что?
– Ничего. Но следом за статьей – понесшая лошадь. Вы думаете – это совпадение?
– У меня хорошая охрана.
– Вы уверены? А я не соглашусь. Везде камеры слежения, секьюрити, прислуга, но, когда вы отправили меня в служебные помещения, я заметил несколько недочетов.
– Каких? – Владимирский и Миша переглянулись.
– Сразу видно, что вы давно не меняли охрану. Оба секьюрити сидели в кухне и пили кофе, мило болтая с прислугой. А кто находился в это время у мониторов?
– Не твое собачье дело!
– Согласен, не мое. О, погодите! – Игорь не давал даже опомниться хозяину. – А как девушка вышла ночью из дома, если вы говорите, что она спала в своей комнате? Как вернулась обратно? И почему вас охрана не предупредила об исчезновении?
– Я сам с этим разберусь. Свободен.
– Как знаете.
– И конверт возьми!
– Нет. Я сказал, что мне нужна работа.
– Я подумаю. Оставь Михаилу номер телефона, – приказал Владимирский и размашистым шагом вышел из кабинета.
«С дочкой разбираться отправился, – ухмыльнулся Чума. – Вот сразу бы так!»
Он продиктовал номер телефона помощнику и пошел к выходу. Петр наверняка уже на дерьмо перевел свои нервы. Но первым, кого он увидел на подъездной аллее, был Владимирский, который уже сел в машину.
«Что за прикол? Ты куда намылился? – возмутился про себя Чума. – А с дочкой поговорить? С женой разобраться? Ни фига себе поворот!»
Получается, он просто уехал? Это открытие ножом резануло по сердцу. Все, что он сделал сегодня утром, чтобы приблизиться к семье Владимирского, оказалось зря. «Ладно, проехали! Придумаю новый план!»
Увидев, что босс появился в дверях целый и невредимый, Петруха бросился к нему, но Чума слегка покачал головой, что означало: «Держи дистанцию! Потом все расскажу».
Он осторожно открыл дверь машины, как вдруг над головой раздался крик. Игорь посмотрел: Лилия Владимирская собственной персоной махала ему перевязанной ладошкой.
«А, вот и славненько! Новые возможности!»
Он стоял у машины и ждал, пока девчонка спустится вниз. «Интересно, что ей надо? Хочет нормально сказать спасибо?
Она появилась на крыльце в ореоле длинных, развевающихся на ветру волос, и сердце Чумы отчего-то забилось чаще. «Вот черт! Надо сегодня опять буфера позвать, – невольно подумал он. Еще не хватало, чтобы на дочку врага колом торчать!»
Девушка подлетела к нему, запыхавшись, мельком глянула, будто прострелила до печенок синими, как у матери, глазами, и, ничего не говоря, побежала вокруг машины.
– Оксана, видишь, я тебе говорила! – крикнула она хорошенькой девушке, стоявшей на крыльце и во все глаза рассматривавшей Чуму. В ее взгляде так и читалось: «Вау!»
– Ты про шо? – мягко спросила та.
– Это она, та машина! Джип! Он стоял на дороге! Па-па, не уезжай! – бросилась она наперерез БМВ отца. – Это он виноват в том, что Березка понесла!
Но отец был слишком сердит, чтобы услышать дочь.
– Я с тобой потом разберусь! – крикнул он в открытое окно.
Его автомобиль объехал фонтан и направился к воротам.
– Па-па! Выслушай меня! – топнула ногой девушка.
– Игорь Сергеевич, о чем она говорит? – тихо спросил водитель.
– Мы с тобой не знакомы, – сквозь зубы процедил Чума. – И я теперь Петр.
Петруха растерянно посмотрел на него и захлопнул рот. Девушка подбежала к ним.
– Что тебе надо от меня и моей семьи? – крикнула она, смело глядя в лицо Чумы.
«Дерзкая девица! Ну-ну, что ты против меня имеешь? Посмотрим, насколько ты смелая», – усмехнулся он и ответил:
– От тебя? Ничего. А вот ты с меня глаз не сводишь. Хочешь прикоснуться? Ну же, попробуй. – Он схватил девушку за руку и притянул к себе.