Дочь за отца
Шрифт:
Они расплатились, вышли из кафе, Кокон глянул на свою «Ауди». Машина не новая, но на ходу, ездит быстро, мотор на скаку не глохнет. В общем, без проблем, но, глянув на стоящий рядом новенький «Гелендваген», он уныло вздохнул. Вот это всем тачкам тачка! Черный лак на зимнем солнце загадочно блестит, взгляд завораживает, литые диски отсвечивают, стальной кожух запасного колеса. А сам автомобиль – это что-то с чем-то, формы, стать, мощь, двести десять лошадей в движке. В общем, чистой воды крутяк.
Кокон и не заметил, как ткнулся лбом в боковое стекло, пытаясь заглянуть в салон машины.
– Может, угоним? – то ли в шутку, то ли всерьез спросил Катафалк.
– Я тебе сейчас угоню! – грозно громыхнул чей-то бас.
К машине откуда-то со стороны лесочка за кафе шли мощного телосложения парни в теплых кожаных куртках нараспашку. Четыре «быка», и все как на подбор. Один уже надвигался на Катафалка, собираясь его атаковать.
– Эй, пацаны, все нормально! – крикнул Кокон.
Драка у дороги – как раз то, в чем он сейчас нуждался меньше всего.
– Вы кто такие? – спросил качок с багровым шрамом от глаза к виску.
– А что не так? – колыхнулся Катафалк, расправляя плечи.
Он привык внушать страх своим видом, но меченый не испугался и уверенно ударил ногой. Не останавливаясь ударил, усиливая мощь ноги движением всего тела. А Катафалк не успел принять меры, и нога с лету въехала ему в низ живота.
Катафалк всего лишь слегка согнулся и тут же сдал назад, чтобы не нарваться на добивающий удар. Но меченый и не собирался его больше бить, он выхватил из-под куртки ствол и навел на него.
– Пацаны, да что за дела? – взвыл от возмущения Кокон.
И у него имелся ствол, но ведь он же не собирался его доставать. Зачем, если все вопросы можно решить миром? Они же ничего такого не делали! Ну заглянули в машину, ну ляпнул Катафалк не подумав.
– Дела у тебя на параше!.. Кто такие? – спросил верзила с такой же массивной головой, как у Катафалка. – Почему не знаю?
Борцовская шея, покатые плечи, рукава куртки вот-вот, казалось, лопнут под натиском бицепсов. Меченый держал на прицеле Катафалка, а верзила надвигался на Кокона.
– Так сначала спросить надо!
– Так спрашиваю… – вроде как миролюбиво улыбнулся верзила и коварно ударил Кокону кулаком в лоб.
У того в глазах померкло, он и сам не понял, как удержался на ногах.
– Кто такие, спрашиваю?
– Кокон я!.. Кокон, Катафалк… Турмановские мы!
– Не знаю таких.
– Да знаешь… Не можешь не знать!
Верзила дернулся, нацеливаясь на удар, Кокон отпрянул, собираясь поставить блок, но тревога оказалась ложной. Бандиты засмеялись.
– Тебе сказали, не знаем, значит, не знаем!
– Тачку хотел угнать? – спросил меченый, люто глядя на Катафалка.
– Да пошутил он… Мы тут по делам, должник у нас, «Велес-банк», слышал?
– Не знаю… Ну че стоишь, обыщи ушлепков! – сказал Верзила, обращаясь к стоящему справа от него парню.
– Эй, вы чего, пацаны? – возмущенно мотнул головой Катафалк. – Так дела не делаются!
– Да класть мы на твои дела хотели!
Бугай обыскал Катафалка, вынул у него из-под куртки ствол, передал его меченому, но на этом не остановился. Он развернул его спиной, похлопал по спине, полез под куртку и вытащил тот самый золотой ствол, который Кокон видел сегодня возле трупа.
– Ну ты в натуре! – возмущенно глянув на своего дружка, процедил он.
– Ниччёссе! Золотой, что ли? – спросил Верзила.
– Да нет, позолоченный, – мотнул головой Кокон, еще раз глянув на своего напарника.
Не надо говорить, что ствол паленый, пусть эти идиоты забирают, пусть берут на себя убийство.
– Слушай, а я тебя спрашиваю? – спросил Верзила.
И снова дернулся, как будто собираясь ударить, на этот раз Кокон не повелся. И как оказалось, зря. Верзила все-таки ударил его – кулаком в живот.
– Чего делать будем? – спросил Верзила, обращаясь к меченому.
– А что, пусть едут! И больше здесь не появляются!
Верзила хотел что-то сказать, но, махнув рукой, указал Кокону на его машину. Пусть валят, пока живы.
– А стволы? – спросил Кокон.
– Стволы денег стоят, – недолго думая сказал меченый. Он с интересом рассматривал золотой ПМ. – Этот за сто штук вернем, за остальные по пятихатке… Ну чего стоим, пошли отсюда!
– Ну хорошо!
В голосе Кокона прозвучала угроза, Верзила это заметил, резко надвинулся на него. Пришлось отступать, садиться в машину. И Катафалк занял свое место, громко хлопнув дверью.
Кокон сорвал «Ауди» с места, с разгона влился в поток, только затем бросил взгляд в зеркало заднего вида. Бандиты стояли у «Гелендвагена» и, наслаждаясь своей крутизной, смотрели им вслед. И оскорбительно скалились.
– Смеется тот, кто стреляет первым, – озлобленно проговорил Катафалк.
– Угнал тачку? – едко спросил Кокон.
– Да, чисто прикололся!
– А ствол золотой! Утащил все-таки!
– Ну-у… Может, ментам позвоним? Сдадим этих козлов?
– Ментам?! – удивленно повел бровью Кокон.
Он думал о том, что меченый может конкретно влететь, если его вдруг повяжут менты, но чтобы самим позвонить и сдать… Не такой уж он и дебил, этот Катафалк.
– А чего! Так, мол, и так!..
– Из автомата!
– Зачем из автомата? Патроны на этих уродов тратить.
– Из телефона-автомата.
– А-а…
– У этих бакланов наши стволы. Менты их повяжут, они нас сдадут. По номерам просчитают…
– Так чистые же стволы, – задумался Катафалк.
– Да стволы-то, может, и чистые, мы засвеченные. Видели нас у трупа, а этих бакланов не видели. Да и стволы у нас незаконные… Не надо ментам, а то сами влетим…