Чтение онлайн

Я вскинулся и открыл глаза. Во рту стоял мерзкий привкус, сердце стучало редко, но так же громко, как стучали по палубе сапоги. Я сплюнул вязкую слюну, тщательно, со вкусом подбирая слова, высказался в адрес всех, кто надеется увидеть меня в гробу, отдельно пообещав Приалаю, что исполню на его могиле короткий, но зажигательный танец, и побрел, уже не разбирая дороги, по широкому коридору. Или что-то не так было с методиками, которые я применял до этого, или дуракам действительно везет, а может быть, правы те, кто утверждает, что с чувством произнесенная брань тоже имеет какую-то магическую силу. В очередной раз ткнувшись носом в стену, я задумался о количестве содержащейся в местной плесени влаги. Даже с поправкой на съедобность, выходило малоутешительно. И тут до моего уха донесся едва слышный плеск. Разом забыв о голоде, усталости и тяжести рюкзака с хламом, который я все это время упорно волок за собой, я бросился на звук. Узкий коридор внезапно закончился коротким выступом, с которого я и ухнулся прямо в воду.

Как оказалось, воды тут было примерно по пояс, но и этого мне хватило, чтобы едва не утонуть от радости. Нимало не задумавшись о том, что может в этой воде содержаться, я сделал несколько больших глотков и только огромным усилием воли не упился до смерти. Когда я наконец пришел в себя и поднял голову, меня ожидал неприятный сюрприз. Примерно в пяти метрах от меня, на выступающем из воды камне, стоял тот самый некромант, что пытался скормить меня привидению. Вид у него был просто кошмарный: разорванная одежда, заросшее бородой лицо было покрыто коркой запекшейся крови, а левая рука висела вдоль тела так непринужденно, как это может сделать только сломанная конечность. Зато в правой руке он держал заряженный арбалет.

– Как удачно, - ухмыльнулся он.
– А я-то боялся, что уже не свидимся.

– И не говори, - искренне согласился я.

Здраво оценивая ситуацию, у меня было крайне мало шансов увернуться от болта, стоя по пояс в воде. Но после нескольких дней блуждания по лабиринту, в котором я заблудился, кстати говоря, по милости, в том числе, и этого головореза, здравый смысл почему-то перестал подавать голос. Сейчас все представало передо мной в ином свете: вот вода - напился; вот гаденыш, который во всем виноват - убью; рядом с гаденышем сумка - поем; под гаденышем и сумкой камень - высплюсь. Так что когда некромант, вместо того, чтобы выстрелить, как-то странно квакнул и упал лицом вперед, я испытал некоторое разочарование. В нескольких метрах позади камня, на котором так и осталась стоять вожделенная сумка, на почти таком же камне стоял, помахивая пращей, Аламарин и широко улыбался.

– - Глава 8

Круг Закона очерчивает свет, отделяя его от тьмы. В центре круга стоит Чаша Вины. Чья вина переполняет эту чашу, тот изгоняется из круга и предается тьме и суду акши.

Кодекс. Том 32. Тем-о-ро.

– Где мы?
– Мой рот был набит рыбой, но Сорно меня понял.

– Сами не знаем.

Историк заботливо пододвинул ко мне еще одну пучеглазую тушку и, подперев рукой щеку, будто заботливая супруга, принялся с умилением наблюдать, как я порчу себе желудок. Рыба (если эти существа с лапками и глазами на стебельках можно было так назвать), была острой во всех отношениях: кости торчали из самых неожиданных мест, а мясо было будто натерто перцем.

– Когда Паук упал, я сразу в боковой коридор нырнул, а там нарвался на двоих. Пока от них оторвался, заблудился в конец. Долго выход искал, а потом на Ро и девушек наткнулся. Кадавр нас к воде и вывел - чутье у него, как у ищейки. Тут цепь подземных озер, в них эти вот водятся, - историк смахнул с камня остатки костей.
– Еще раньше были крысы, но они быстро кончились. Решили тебя дожидаться. Ро рыбу ушел ловить, Ал и Горилика за мхом отправились. Тут мох водится сухой, горит почти без дыма, вот мы из него костер и разводим. Ро пару раз в лабиринт уходил, тебя искать, но только на пару бандитов наткнулся - мешки их принес. Сюда из лабиринта несколько ходов выводят, вот я каждый день обходил, тебя искал. А сегодня опять пошел, смотрю - некромант этот, а потом, почти сразу - ты...

Я кивал в такт рассказу историка, жевал и осматривал наскоро обустроенный лагерь. В небольшую пещеру вели четыре хода: два смежных, идущих параллельно, в стене, которую я произвольно обозвал южной, и по одному в восточной и северной. Довольно неплохо, учитывая, что с собой у всех был только минимум вещей. Ро и Ал к кочевой жизни не привыкать, да и Сорно не всегда имел собственную усадьбу, а вот за Горилику я беспокоился. Она, конечно, сорви-голова, но все же ночевка в гамаке в Королевском парке или на камнях подземного некрополя - дело разное. Впрочем, эти пещеры вовсе не были похожи на искусственные. Мы оказались далеко в стороне от исследованной части подземелий.

– Похоже, это исток Белой реки, - сделал вывод я, - правого притока Искры.

– Не знал, что у Искры есть правый приток, - Аламарин сочувственно посмотрел на меня, тяжело вздохнул и извлек откуда-то из-под плаща флягу.
– Держи. Тебе нужнее.

Я отвинтил крышку и почувствовал знакомый запах.

– М-м-м... Теморанское! Откуда такое богатство?

– Берег на случай твоего появления.
– Сорно скромно потупил очи.

– Спасибо, - искренне поблагодарил я, сделал довольно скромный глоток и вернул флягу.
– Что до Белой, то она выходит из-под земли всего в паре километров от впадения в Искру, так что некоторые ее и за реку-то не считают. Мне попадались в архиве отчеты об экспедиции: некроманты надеялись пройти вверх по руслу в неисследованную часть подземного некрополя, но безуспешно: вода наполняет пещеры до самого верха и течение быстрое.

– И что теперь? Никакого выхода?
– Сорно отхлебнул из фляги и сунул ее за пазуху.

– Никто не говорит о том, что его нет. Они искали вход, и только в одном месте, а выходов может быть даже несколько. Взять хотя бы эти пещеры. Ты говоришь, что сюда выводят из лабиринта сразу несколько ходов, но ни о каких подземных озерах нигде не упоминается. Значит, если какие-то разумные существа сюда и добирались, то их было достаточно немного, чтобы сохранить это место в тайне.

– Или они все здесь передохли, - вздохнул Аламарин.

– Точно не здесь, - донеслось из-за моей спины.

Я обернулся. У одного из южных тоннелей стоял Ро. У адепта был несколько запущенный вид: щетина превратилась в полноценную бороду, правый рукав по локоть отсутствовал, один сапог просил каши. Повязки у него на лице уже не было и ярко-синие глаза, абсолютно лишенные зрачков, казались искусственными. Будто в глазные яблоки воткнули по сапфиру. На его фоне слегка взъерошенный Аламарин казался ухоженным домашним мальчиком.

– Здесь точно никто не умирал, - адепт сбросил с плеча связку таких же рыб, какими меня накормил Сорно.
– Я бы почувствовал.

Я вопросительно посмотрел на Аламарина.

– Они мне все рассказали, - страшно округлив глаза, громким шепотом сообщил историк.

Ро махнул рукой, как бы стряхивая с уцелевшего рукава мусор, и я увидел, что он показывает мне четыре пальца. Я облегченно вздохнул: болтливому охотнику за неизведанным скормили версию номер четыре. Таких версий у акши и рори имелось около десятка, на все случаи жизни, и романтичному историку скормили самую абсурдную.

– Хорошо, что ты нашел выход, - сказал Ро, подходя к нам.
– Некромант этот, он конечно тут не главный. Да и какой из него некромант: обвешался амулетами да артефактами, а толку - ноль. Но за нами идет еще одна группа и с ними, я чувствую, кто-то более серьезный. Они скоро будут здесь.