Дом
Шрифт:
сфокусироваться на факте, что Дэлайле совершенно здесь не место. Он должен
был почувствовать желание защитить Дом, а не странное желание притянуть
Дэлайлу к себе поближе. До этого никто не осмеливался перелезать через
изгородь, окружающую Дом, и уж тем более за многие годы никто не пытался
подобраться настолько близко. Для Гэвина это было в новинку – говорить с
другим человеком, в то время как позади него молча вибрирует Дом.
Он сомневался, что на таком расстоянии Дэлайла могла ощущать это, но он
мог.
А когда она так близко, Гэвину с трудом удавалось не смотреть на ее рот: губы были мягкими и розовыми, а верхняя такая же полная, как и нижняя. Этот
рот явно создан для греха, а губы – чтобы их кусали.
За последние шесть лет, видя ее мельком и издалека во время ее приездов
на школьные каникулы, он представлял себе, как она изменилась и повзрослела, и с недавних пор эти мысли включали в себя любопытство, что он почувствует, когда наконец поцелует Дэлайлу Блу. А сейчас, стоя с ней на тротуаре возле
своего дома, он был близко к ней, как никогда раньше.
– Больше не ходи за мной, – как можно мягче сказал он. – Пожалуйста, Дэлайла, больше никогда не ходи за мной домой.
– Мне было любопытно, – призналась она и добавила: – Когда ворота… Я
просто хотела убедиться, все ли с тобой в порядке.
Ее челюсть напряглась со знакомым защитническим выражением.
– А почему это должно быть не так? – не глядя ей в глаза, спросил Гэвин.
Дэлайла передвинулась и посмотрела на Дом позади него, словно всамо
существование такого вопроса было спорным.
– Люди говорят об этом месте, – сказала она.
– Люди говорят и о тебе, – заметил он.
– Зато они не думают, будто я окружена призраками.
– Спорю, тебя бы это не оскорбило, даже если бы они так и думали, – он не
забыл ее рисунки на полях учебника по английскому.
– Нет, не оскорбило бы, – их разговор на мгновение зашел в тупик, пока она
не добавила: – Так там есть призраки?
– А ты как думаешь? – спросил Гэвин.
– Я не знаю, – ответила она, и ему было понятно, что она действительно не
знает. – Возможно, я не знаю точно, почему он так выглядит, но я не слепая, Гэвин. Посмотри на него.
Ему не нужно было оборачиваться и смотреть на дом, он знал его лучше, чем кто-либо.
– Дэлайла, мне приятно, что ты хотела убедиться в моей безопасности. И я
уверяю тебя: все хорошо. Но прошу тебя больше так не делать.
Он совсем не это хотел сказать, но понимал, что так будет лучше. Дэлайла
больше никогда не подойдет к нему так близко и уж тем не войдет внутрь.
Она прищурилась, и на минуту ее взгляд стал жестким и решительным. Он
не смог сдержать расплывающуюся на лице улыбку. На секунду ему показалось, что она его ударит, потому что, судя по ее виду, ей этого очень хотелось, да и он
всегда хотел узнать, каково это – ощутить ее сильный удар. Дэлайла задержала
взгляд на нем еще немного, потом развернулась и ушла прочь.
Гэвин не знал, чего ждать от Дэлайлы на следующий день. Он всегда знал
про слухи о его доме, как он будто заселен призраками, или что тут произошло
убийство всей его семьи, а самый любимый из них – что его дом был
неофициальной штаб-квартирой сатанинских сект Канзаса. Он не знал, верил
ли кто-то в эти рассказы, но даже ужасающая вероятность заставляла их
держаться подальше от этого места.
За исключением Дэлайлы. Она шла за ним и не испугалась ворот, в отличие
от всех остальных. И даже когда он поймал ее на тротуаре, она выглядела
смущенной больше из-за того, что ее поймали, нежели испуганной, что ее
удерживали ветки с его ограды. Кажется, она была совершенно бесстрашной. А
хотел ли он, чтобы она боялась?
Гэвин всегда плохо разбирался в людях и давно перестал даже пытаться, после того как пригласил друга в гости на выходные, а тот выбежал из дома, крича, что тут полно призраков. Всю последующую неделю он ловил на себе
взгляды и слышал перешептывания, но они прекратились сразу после того как
Дэлайла побила двух хулиганов на спортивной площадке. Ее перевели в
католическую школу за восемь штатов отсюда.
Даже в одиннадцать лет Гэвин был высоким и сутулым, долговязым с
длинными волосами, бледной кожей, но на удивление добрыми глазами. Но
после того как Дэлайла – самая красивая и дерзкая девчонка в школе –
заступилась за него, нападки со стороны хулиганов прекратились. Конечно же, люди его игнорировали, но, по крайней мере, они оставили его в покое. Он
жалел, что так и не смог поблагодарить ее.
Тем же вечером, после того как она ушла, оставив Гэвина немного
ошеломленным, он вернулся в дом и нашел в Чулане запыленную коробку, в
которой хранил свои старые рисунки.
На дне этого бардака он нашел записку шестилетней давности, написанную
корявым почерком дикой и покровительствующей Дэлайлы.
«Я не хочу, чтобы ты прятался. Ты мне нравишься».
Гэвин перечитывал ее снова и снова, пытаясь понять, каково это – кому-то